– Красавица моя! Папа соскучился, весь день своих девочек не видел. А мама где?
– Там! – громко заявила дочь, и Джеф вошел в кухню, неся девочку на руках.
– Привет, Марго. – Он чмокнул меня в щеку, и я виновато забормотала что-то об отсутствии ужина, но от внимательного Джефа не укрылось мое странное состояние.
Поставив Машу на пол, он развернул меня к себе, вынул из руки нож, которым я собиралась резать курицу, и заглянул в глаза:
– Что-то случилось?
Скрывать уже не имело смысла – лучше пусть он узнает от меня, чем от кого-то еще.
– Мне надо поговорить с тобой, – произнесла я, и Джеф сразу напрягся:
– Чувствую, я уже знаю, о чем пойдет речь. Вернее – о ком. Угадал?
– Угадал, – вздохнула я. – У него проблемы, Джеф, и я пытаюсь понять, кто…
– Марго! – прервал муж, увлекая меня за собой в комнату и усаживая там на диван. – Марго, мы с тобой не первый день знакомы. Ты прекрасно знаешь мое отношение ко всему, что связано с Алексом. Скажи – зачем ты полезла в это снова?
– Я не полезла бы, если бы…
– Я не прошу оправдываться, я прошу объяснить, – настойчиво, но пока еще мягко повторил Джеф, усаживая на колени подбежавшую Машу. – Я никак не могу понять, что тебя теперь-то связывает с ним? Воспоминания? Или ты стремишься выяснить, до какого предела я буду терпеть это?
– Джеф! Я умоляю тебя – не начинай! К тебе это вообще не имеет никакого отношения!
– Да? У моей жены есть дела, не имеющие отношения ко мне? Не находишь, что это странно?
– О господи! – взмолилась я. – Как ты не поймешь… он столько раз помогал мне, я и жива-то, может, потому, что он был рядом, а ты…
– А что я? – жестко спросил муж. – Что – я? Разве я не помогал тебе? Конечно, не так, как он, но все же? Марго, тебе пора понять – все, что связано с этим человеком, опасно, о-пас-но! Как мне донести это до тебя в той форме, которую ты наконец воспримешь?
– Я очень тебя прошу – выслушай меня сейчас, мне не с кем больше посоветоваться, – упрямо твердила я, чувствуя, что уже перегибаю палку. – Там происходит что-то странное, что-то такое, чему никто не может найти объяснения.
Джеф замолчал, думая о чем-то, а я боялась даже дышать. Чертов Алекс, опять ты лезешь в мою жизнь и рушишь ее! Я не могу потерять Джефа, просто не могу – я его люблю, у нас дочь! Почему так происходит? Ну почему, за что я так прогневала бога, что он обрек меня на такие мучения? Я вынуждена разрываться между двумя мужчинами, каждый из которых дорог мне по-своему, и потерять их обоих мне страшно. Как сделать так, чтобы всем было хорошо? Ну как?!
– Хорошо, Марго, – заговорил наконец Джеф. – Я постараюсь помочь тебе на этот раз. Но пообещай, что больше никогда ты не станешь иметь с ним дел. Я серьезно. Мне очень неприятно, что я припер тебя к стенке и заставляю делать выбор, но ты пойми и меня тоже. Я хочу семью, понимаешь? Нормальную семью, мою, ту, где нас трое – а не четверо. Я очень устал мириться с его присутствием рядом с нами, мне это надоело. Да, я тоже благодарен ему за многое, в том числе и за тебя, но – хватит, понимаешь? Хватит!
Я понуро опустила голову. Джеф был так убийственно прав, что у меня даже не находилось слов, чтобы возразить. В самом деле – почему он должен страдать из-за призраков моего прошлого? За что ему такой груз? Он ведь не так много хочет – семью, обычную семью, как у людей, а не это криминальное трио, и его можно понять. И нужно понять – если я не собираюсь остаться одна.
– Я поняла тебя. Но сейчас ты выслушаешь то, что я скажу?
– У меня нет выбора, ведь так? – печально улыбнулся муж, взяв свободной рукой мою руку, а второй крепко прижимая к себе Машу.
– Только тогда давай сперва приготовим ужин, хорошо?
Мы вместе быстро приготовили жаркое из курицы с овощами, нарезали салат, поели. Маша закапризничала, требуя внимания, и я пошла с ней в комнату, а Джеф зашумел водой, моя посуду. Идиллия… Если бы еще не раскиданные по всей квартире перья моего ангела-хранителя…
Позже, когда наигравшаяся и выкупанная Маша уснула в кроватке, сложив под щеку крепко сжатые кулачки, мы, оставив ей ночник, снова ушли в кухню. Именно там всегда легче протекали разговоры, уж не знаю почему.
– Говори, – произнес Джеф, закуривая сигарету.
Я выложила все, что узнала от Арсена и адвоката, а также добавила кое-какие собственные соображения на этот счет. Когда же умолкла, хлебнув чаю, Джеф вдруг захохотал.
– Ты… что?
– Марго, это просто анекдот какой-то, не находишь? – отсмеявшись, проговорил муж. – Ну ты сама подумай: Алекс – и винтовка Мосина! Даже если допустить, что это самоновейший экземпляр, созданный по заказу, – есть такие, штучно выпускаются. Но даже это не делает их пригодными для такого рода операций, понимаешь? Пять патронов в магазине, очень тугой механизм перезарядки – ему потребовалось бы довольно много времени, чтобы снова ее зарядить, а ты говоришь – десять трупов. Это как же выглядело? «Подождите, господа, не шевелитесь, я перезаряжу?» – так, что ли? Ну ведь плохой сериал, честное слово! Алекс ведь не идиот.
«Ну хоть какие-то достоинства ты за ним признаешь», – подумала я про себя с сарказмом.
А Джеф продолжал:
– Я ведь его хорошо знаю, он ни за что не пошел бы на необдуманный риск. Да и оружие выбрал бы поудачнее – «калаш» чем плох в такой ситуации? Напротив – идеальная вещь. Вошел, дал очередь от живота – и все, фарш, а тебя поминай как звали. Я голову могу прозакладывать – если бы это был Алекс, он бы так и сделал.
– Ты что хочешь сказать? – медленно спросила я, поднимая на мужа глаза. – Что это был не он?
– Марго, ведь ты и сама так думаешь.
– Но тогда почему его арестовали? Арестовали в ту же ночь, в гостинице!
– Вот тебе и еще одна накладка. Что же – Алекс, уложив из «дубья» такую тучу народа, отправился ночевать в гостиницу? Если наверняка знал, что его опознают и арестуют? Лежал в коечке, покуривал трубку и ждал, когда за ним нагрянут? Ну идиотизм ведь, Марго! И совершенно на него не похоже.
– Да… но тогда…
– Тогда выходит, что он был в N, но по другой надобности, а кто-то знал об этом. Знал – и вот так все обставил.
– Погоди, – перебила я, – но тогда получается, что за ним кто-то следил? Иначе откуда сведения, что он в N собирается? Этого даже я не знала, а мы последний раз общались в аське совсем недавно, и он вообще не обмолвился, что собирается куда-то ехать. Наоборот – сказал, что дома все время, с Маргошей.
Джеф поморщился. Информация о том, что я общаюсь с Алексом, всегда была ему неприятна, хотя я особенно ничего не скрывала. Между нами не было флирта, никаких намеков – словом, ничего, на что мой муж мог бы отреагировать ревностью, например. Просто наши отношения с Алексом уже давно вышли за рамки общепринятых и понятных, и даже Джеф не мог найти объяснения этому факту. Но ему – я видела – это неприятно.
– Давай рассуждать, – глубоко вздохнув, проговорил он. – Алекс едет в N. Что за дела у него могут там быть, мы вряд ли поймем. Но есть еще кто-то, кто об этом знает. И есть группа – заметь, группа! – товарищей, которые кому-то на что-то наступили. Иначе к чему такая скотобойня в ресторане? И Алекс явно в курсе этих событий, потому что иначе его никаким боком к горе трупов не пристегнешь. Так?
Я кивнула.
– Дальше. Откуда ты узнала про марку оружия?
– От Арсена. Это его сводный брат. А ему кто-то добыл информацию у следователя, ведущего дело.
– Марго, мы уже определились, что это больше смахивает на анекдот, чем на исполнение «заказа».
Уж кто-кто, а мой муж в этом понимал – сам много лет принадлежал к той же лавочке, что и Алекс. Работал на довольно крупную нелегальную контору, промышлявшую исполнением заказных убийств в разных странах. Алекс сумел выкупить его контракт, и об этом знала только я, хотя Джеф, кажется, догадывался, почему от него вдруг отстали.
– Джеф, милый, даже я прекрасно понимаю, что это бред, – но уж за что купила, за то и продаю, – вздохнула я, поднялась со стула и обняла мужа за плечи, прижавшись грудью к плечу.
– Погоди, давай не будем отвлекаться, – попросил он, – ты мешаешь мне сосредоточиться. Нужно выяснить, кто были эти люди – в смысле убитые. Ты сможешь как-то узнать это через Арсена?
– Попробую.
– Хорошо. И уже от этого мы будем отталкиваться. А теперь… – его рука недвусмысленно поползла под мой халат.
В конце концов, не могу же я постоянно думать о судьбе Призрака, у меня ведь и муж имеется…
В эту ночь мне приснилась Мэри, как, впрочем, всегда после визитов на кладбище. Она сидела в кресле с неизменным мундштуком в руке, то и дело прикладываясь к нему губами, делала затяжки и смотрела на меня в упор. Я тоже рассматривала Мэри, ее прическу, ее длинную тонкую юбку, спадавшую на пол шлейфом, полупрозрачную блузку с камеей у горла – она всегда прикалывала ее на такие вот блузки. Моя Мэри…
– Ты его вытащишь, Марго. Потому что он не делал этого. Но вытащить его можешь только ты.
– Но как, как, Мэри? Я ничего не могу…
– Можешь. И ты сама знаешь, как это сделать. Тебе поверят.
Я хотела спросить, что она имеет в виду, но образ Мэри вдруг стал бледнеть и наконец совсем растаял, а я открыла глаза и поняла, что уже утро. Но почему-то мне почудился в комнате легкий запах ментоловых сигарет…
То, что рассказал через два дня по телефону Арсен, привело меня в замешательство. Убитые оказались членами одной крупной армянской диаспоры, с которой Алекс вел какие-то совершенно легальные дела здесь, в России. Самое удивительное заключалось в том, что ехал он в N как раз на встречу с ними – чтобы обсудить некоторые вопросы, и уж точно у него не было причины превращать деловой разговор в бойню. Все шло ровно и мирно, он действительно был в ресторане, и его там видело множество народа. И даже нашлись люди, которые вспомнили, во сколько он ушел. Но никто из них не мог точно сказать, не возвращался ли Алекс в ресторан позже и с оружием.