— Бедняга.
— Что? Да, конечно, ситуация не из приятных. Вы обратили внимание на небольшой инцидент в конце обеда? Нет, ничего особенного не произошло. Просто доктор пристально посмотрел на Ника через стол и пробормотал что-то по-немецки.
— Вы намекаете, что, возможно, он шпион?
— Ни в коем случае. Просто у него как-то все на виду. И наверное, он действительно напугал Ника. Мой дорогой Обри, я заметил, что вас больше привлекает старший Комплайн, Уильям. Я знаю братьев с рождения и настоятельно рекомендую обратить внимание на Николаса. Он очень быстро становится если не первым любовником, то по крайней мере центральным персонажем нашей драмы. В Николасе мы видим тщеславного, полного самомнения мужчину, однако трусоватого. Он ловелас, которому приятно возбуждать в других мужчинах ревность и который неожиданно осознает, что разбудил в сопернике дьявола. И он тут же решает немедленно уехать, прямо ночью. Придумал кучу предлогов, но суть в том, что он струсил.
— Как вам удалось его отговорить? — спросил Мэндрейк.
— Как? — Джонатан гордо вскинул подбородок. — Во-первых, Ник всегда прислушивается к моим советам, а во-вторых, еще больше, чем угрозы доктора, его испугало, что я всем расскажу о его страхе. Этого Ник допустить не мог и потому остался.
— А насколько, по-вашему, серьезны угрозы доктора?
— Не знаю. Харт человек скрытный, но я сомневаюсь, что он замыслил убийство.
Они помолчали.
— А может, не стоило его останавливать? — проговорил Мэндрейк. — Пусть бы уехал.
Джонатан вскинул голову.
— Почему?
— Ну, как говорится, от греха подальше. Я наблюдал сегодня за Хартом. Он не в себе.
— И что же, вы думаете, он бросится на Ника с кухонным ножом?
— Кто знает, что у него на уме? Я допускаю, что доктор вполне может потерять голову.
— Чепуха это, мой друг. Просто он сегодня немного перепил.
— Кстати, Николас тоже. И довольно успешно дразнил Харта. И вот доигрался.
Ройал усмехнулся:
— Обри, не надо меня разочаровывать. Наш драматургический эксперимент идет полным ходом, а вы вдруг…
— Уверяю вас, мне это безумно интересно. И если вы считаете, что все будет в порядке, то я, разумеется, не возражаю.
— Вот и замечательно. И все будет в порядке, можете не сомневаться. Я собрал труппу, поставил спектакль, а вам, мой друг, предоставил место в первом ряду партера. Так зачем же останавливать спектакль после первого акта, который завершает Ник, уходя из библиотеки? За этим еще должен последовать громкий щелчок.
— Какой щелчок?
— Когда Николас Комплайн поворачивает ключ, запирая дверь своей комнаты.
— Очень хочется, чтобы вы оказались правы, — проговорил Мэндрейк.
Глава 5Толчок в спину
Утром Мэндрейка разбудила горничная, когда раздвигала шторы. Он глянул в окно, и дух захватило от неземной белизны. Горничная сказала, что всю усадьбу занесло снегом. Сейчас вроде снегопад поутих, но к вечеру снова ожидается метель. Она разожгла камин и вышла.
Мэндрейк решил, что выспался. Встал, умылся, оделся и спустился в столовую. Там завтракал один Уильям.
— Доброе утро. Вы не считаете, что сегодняшняя погода прекрасно подходит для купания?
— Что? — не понял Мэндрейк.
— Скоро Ник должен будет искупаться в бассейне, — напомнил ему Уильям. — Иначе проиграет десять фунтов.
— Может, не надо?
— Почему? Если он не захочет лезть в бассейн, это его дело. Но Ник захочет. Не любит мой брат признавать поражение.
— Но я слышал, у него слабое сердце.
— Чепуха. Купание ему не повредит. Я выходил посмотреть. Все в порядке, бассейн не замерз. Плавать он не умеет, так что ему надо будет только влезть в воду там, где мелко, окунуться и быстро назад. — Уильям усмехнулся. — Думаю, такое испытание он выдержит.
— А не отменить ли вам пари?
— Чего ради я должен отменять? — сердито произнес Уильям. — Он согласился, пусть теперь сам и отменяет.
Некоторое время они ели молча, пока не появились Херси и Клорис, а следом за ними Джонатан.
Хозяин дома пребывал в прекрасном настроении.
— Какое-то время погода будет солнечной, — объявил он. — Правда, к сожалению, не надолго. Так что давайте ловить момент.
— Если ты намерен звать нас лепить снеговика, то я отказываюсь, — сказала Херси.
Уильям вскинул голову.
— А что, занятие интересное. Я не прочь поупражняться на свежем воздухе. Но только после купания Ника. Довожу до вашего сведения: Ник должен окунуться в бассейн. Таковы условия пари, которое мы заключили.
Херси кивнула:
— Твоя мама мне говорила. Но ты ведь не станешь настаивать?
— У него есть право отказаться.
— Но, Билл, скажи ему, что ты пошутил, — с надеждой попросила Клорис.
— Нет, нет, — упрямо проговорил Уильям. — Пари есть пари.
— Мне кажется, это жестоко.
Жених внимательно посмотрел на нее.
— Боишься, что он подхватит легкий насморк? Да это же чепуха. Совсем недавно во Франции я почти полчаса просидел в ледяной воде, и то ничего.
— Я знаю, дорогой, но…
— А вот и сам Ник, — невозмутимо возвестил Уильям. — Доброе утро. А мы только что тебя вспоминали. Все считают, что ты должен отказаться от нашего пари.
— Чего это ради? — возмутился Николас. — Тебе придется выложить десятку.
— А я что говорил! — Уильям улыбнулся. — Он это сделает. Только не мочи свою красивую форму. Ник. Надеюсь, Джонатан снабдит тебя купальным костюмом. А можешь взять мою. Ее не жалко, она уже…
И тут все, находящиеся в комнате, заговорили одновременно, а Уильям, усмехнувшись, налил себе еще чашку кофе.
Николас направился к буфету, а Мэндрейк все ждал, когда вмешается Джонатан. Но тот только пробормотал что-то о том, какие современные молодые люди смелые, и принялся сравнивать их с древнегреческими воинами. Николас же тем временем опять разошелся. Мэндрейка даже покоробило его фальшивое веселье.
— Вы придете на меня посмотреть, Клорис? — спросил младший Комплайн, присаживаясь рядом.
— Я вашего безрассудства не одобряю, — ответила девушка.
— Да что вы, Клорис. Не надо на меня сердиться. Я этого не переживу. Скажите, что вы не сердитесь. Ну пожалуйста. И приходите. Мне нужны зрители, без них я не могу.
— Не дурачьтесь.
«Надо же, — подумал Мэндрейк, — а ведь она кокетничает. Вот уж не ожидал».
Вошел доктор Харт. Сухо поздоровался со всеми, начал есть. Выглядел он ужасно и на завтрак взял себе только тост и черный кофе. Николас бросил на него взгляд, где любопытным образом сочетались злоба и нервозность, и заговорил еще громче о своем пари с Уильямом, обращаясь к Клорис.
Херси, которой, очевидно, надоела его болтовня, поинтересовалась, не пора ли перейти от слов к делу.
— Но еще не все собрались, — заметил Уильям. — Нет мадам Лиссе.
— Это дивное создание еще в постели! — картинно воскликнул Николас, скосив глаза на доктора.
— Откуда ты знаешь? — спросил Уильям, видимо, не чувствуя, как всем остальным не хочется, чтобы он задавал этот вопрос.
— Я проверил, — с готовностью отозвался брат. — По пути сюда заглянул к ней сказать доброе утро.
Доктор Харт с шумом поставил чашку и быстро вышел.
— Ну и глупец же ты, Ник, — еле слышно пробормотала Херси.
Уильям допил кофе.
— Опять пошел снег. Так что тебе стоит поторопиться с купанием.
Это пари никому не нравилось. Даже Джонатан, когда они перешли в библиотеку, попытался отговорить Ника. Правда, не очень решительно. А Херси вообще заявила, что вся эта затея сплошная глупость. Клорис тоже принялась просить Уильяма отменить пари. Каким-то образом узнавшая об этом миссис Комплайн передала через горничную, что запрещает сыну купание в бассейне. Затем от мадам Лиссе сообщили, что она намерена наблюдать подвиг Николаса из окна своей комнаты. Мэндрейк предложил гостям поиграть в бадминтон в пустом амбаре, но никто не заинтересовался. При этом Уильям сохранял благодушие, а его брат оставался веселым.
Они договорились, что Николас отправится в павильон, где переоденется в купальный костюм, а затем окунется в самом мелком месте бассейна. В качестве обязательного условия он потребовал, чтобы за этим, кроме Уильяма, наблюдал еще один свидетель. Херси и Клорис идти к бассейну отказались, Джонатан куда-то подевался, и получилось так, что на этом глупом представлении, которое устраивали братья Комплайны, пришлось присутствовать Мэндрейку. Ворча что-то себе под нос, он последовал за ними в холл.
Остальные гости все куда-то исчезли. Николас разгладил усы и с улыбкой посмотрел на Мэндрейка.
— Глупо все как-то выглядит, вам не кажется?
Мэндрейк кивнул:
— Я с вами согласен. Вдобавок ко всему идет снег. Может, для вас лучше проиграть пари?
— Отдавать Биллу десятку? Еще чего. — Николас помолчал. — Так вы идете?
— Сейчас, только поднимусь наверх за пальто, — с неохотой произнес Мэндрейк.
— Зачем куда-то идти? Смотрите, тут много всего. Я, например, надену тирольский плащ.
— Джонатана?
Николас усмехнулся:
— А может, и Харта. Какой подойдет. Ладно, я иду в этот чертов павильон переодеваться, и вы не задерживайтесь. Скоро там появится Билл.
Николас скрылся в гардеробной и вскоре вышел в тирольском плаще. Другой протянул Мэндрейку.
— Вот, надевайте и не задерживайтесь.
Он набросил на голову капюшон и вышел через парадную дверь. Пару секунд Мэндрейк видел его, окруженного снежным вихрем, а затем Николас исчез.
Из-за больной ноги Мэндрейк не мог идти быстро. Пришлось выбрать путь покороче. Он вспомнил, что боковая дверь выходит прямо на дорожку, ведущую к бассейну. Уильям, наверное, пойдет тем же путем, но Обри решил его не дожидаться, ему не нравилось, когда идущие рядом вынуждены приноравливаться к его хромоте.
Накинув на голову капюшон, Мэндрейк двинулся по коридору. У двери его кто-то окликнул из глубины дома, но он не обернулся и, злясь на себя за то, что согласился участвовать во всей этой глупости, похромал в метель.