— Да.
— Так вот, сэр, туда бросили обрывок бечевки или что-то такое. И он сгорел не до конца. Мы нашли кусок, обугленный, конечно, но цвет разобрать можно. Зеленый.
— Замечательно, Бейли. Я этого не заметил.
— Так мы светили лампой в пятьсот ватт, сэр. Выглядит так, будто веревочку бросили в огонь и сверху положили два полена, а те потом развалились. Веревочка до конца не сгорела еще и потому, что сделана из плотного материала с тонкими волокнами. Возможно, шелк. Большая часть его рассыпалась при прикосновении. Что дальше, сэр?
— Надо снять у всех в доме отпечатки пальцев. Вряд ли они станут возражать. Мистер Ройал предупрежден. У вас есть что-нибудь интересное?
— На бронзовой фигуре два отчетливых отпечатка. Такие же на каменном топорике. На ручке, правда, есть что-то еще, но вряд ли это удастся идентифицировать. Зато на острие лучше не бывает.
— А как приемник?
— Там обычная мешанина, мистер Аллейн, как вы и ожидали. Что-то неотчетливое на регуляторе громкости. — Бейли пожал плечами. — Возможно, работали в перчатках.
— Это уж как водится, — сказал Аллейн. — А теперь, пожалуйста, заприте дверь и слушайте. Мы с Фоксом собрались провести эксперимент. Вы будете наблюдать здесь. Если все получится, мы потом кое-что продемонстрируем избранной публике.
Он присел на корточки и положил на пол кусок лески.
— Надо же, — вздохнула Клорис, — в таком большом доме просто некуда пойти. А на тех, кто сейчас в гостиной, просто смотреть не хочется.
— Есть еще будуар, — заметил Мэндрейк.
— Неужели там не сидят полицейские?
— Сейчас нет. Аллейн со своим рыжим помощником отправился к бассейну. Пойдемте в будуар.
— Ладно.
Шторы здесь были задвинуты, в камине весело потрескивали поленья.
Клорис прохаживаясь по комнате, тревожно посматривая на дверь в курительную.
— Все в порядке, — заверил ее Обри. — Уильяма там уже нет, а полицейские, кажется, засели в библиотеке.
Неожиданно за дверью громко заработал приемник, заставив их вздрогнуть.
— Значит, они в курительной, — прошептала Клорис.
— Сейчас посмотрим, что там творится. — Мэндрейк нагнулся к замочной скважине.
— Не надо, — попросила девушка.
— Тут не очень-то и видно, — пробурчал Обри. — Мешает ключ. Что они там могут делать, да еще при таком шуме?
— Прошу вас, отойдите.
— Погодите минутку. Так-так, вот она, красная ширма перед дверью в библиотеку. Но… — Он замолк. В этот момент приемник выключили.
— Что там такое? — спросила мисс Уинн, но Мэндрейк предостерегающе поднял руку. Затем отвел девушку в дальний угол.
— Очень странно все это. Мы знаем, что в доме четверо полицейских. Аллейн, рыжий и еще двое. Я видел, как они приехали. Так вот, они только что все вошли в курительную из библиотеки. Кто же тогда там включил радио?
— Может, они вначале включили и вышли, а теперь снова вошли?
— Нет, когда приемник заработал, я сразу посмотрел в замочную скважину. Там уже никого не было. Да и зачем они включили приемник и быстро перешли в библиотеку?
Обри подошел к ней и взял за руки.
— Клорис, дорогая. Мы с вами говорим совсем не о том. Это все неинтересно. Я намерен на вас жениться. Предварительно официально поменяю фамилию, так что вы не будете Клорис Футлин. А если фамилия Мэндрейк вам тоже не подходит, мы вместе подберем что-нибудь получше. Впрочем, и это не важно. Главное, я вас люблю. Скажите, у меня есть надежда?
— Давайте пока не будем об этом, — отозвалась Клорис. — Мне здесь страшно. Понимаете, страшно. Я хочу домой, к маме. Хочу ходить на военные курсы, гулять с собакой. Тогда я приглашу вас к себе, и мы обо всем спокойно поговорим. А пока не надо. — Голос девушки дрогнул.
— Надеюсь, нас всех очень скоро отсюда отпустят. Полиции мы наверняка не нужны, так что…
В дверь постучали, на пороге появился сержант Бейли.
— Прошу прощения. Инспектор Аллейн поручил мне снять у вас отпечатки пальцев. Это формальность, но ее необходимо соблюсти. — Он посмотрел на девушку. — Позвольте приступить, мисс?
— Пожалуйста, сержант.
— Премного обязан. — Бейли нахмурился и поставил на столик сумку.
Они молча наблюдали, как он достает оттуда стеклянную пластинку, два листа бумаги, вату, резиновый валик, толстый тюбик и небольшую бутылочку, из которой при открывании распространился сильный запах эфира.
— Нам будут делать операцию под наркозом? — спросил Мэндрейк с нервозной усмешкой.
Бейли неодобрительно глянул на него, затем выдавил из тюбика на пластинку немного черной пасты и раскатал в тонкую пленку.
— Разрешите протереть вам пальцы.
— Но у нас руки совершенно чистые, — сказал Мэндрейк.
— Да, — согласился Бейли, — но тут требуется химическая чистота. Так что позвольте. — Он протер им пальцы. — А теперь прошу вас по очереди прижать каждый палец к пластинке. И, пожалуйста, не напрягайте руку, сэр.
Когда они счищали с пальцев остатки краски, в комнату вошел улыбающийся Фокс.
— Я вижу, вы уже закончили. Согласен, неприятная процедура, особенно для дам. Но ничего не поделаешь, таков порядок. И не надо на нас гневаться, мы ведь всего лишь выполняем свои обязанности. — Он встретился с вопросительным взглядом Бейли и произнес, не меняя тона: — В гостиной. — Бейли собрал принадлежности и вышел. Дождавшись, когда за ним закроется дверь, детектив продолжил: — Мистер Мэндрейк, шеф просит вас зайти через десять минут в библиотеку.
— Хорошо, я приду.
— А мне оставаться здесь? — тихо спросила Клорис.
— Это как вам угодно, мисс Уинн, — ответил Фокс, доброжелательно глядя на нее. — Ждать всегда неприятно. А в одиночестве время тянется особенно долго. Так что я посоветовал бы вам присоединиться к обществу в гостиной.
Клорис смутилась.
— Особого желания у меня нет, но я вижу, придется.
— Вот и чудесно, мисс. — Лицо Фокса осветилось улыбкой. — А мистер Мэндрейк даже успеет вас проводить. Мы ждем вас в библиотеке через десять минут, сэр. Вам напомнит сержант Бейли, как только закончит свои дела в гостиной. И еще я вас попрошу, сэр, как-нибудь ненавязчиво попросите мистера Ройала и мистера Комплайна тоже прийти. — Он открыл дверь, выпуская Мэндрейка и Клорис.
— Ну что, дружище Фокс, все прошло спокойно? — спросил Аллейн.
— Да, сэр. Бейли в гостиной обрабатывает остальных. Я выпустил доктора. Глупо держать его под замком, который любой болван откроет за считанные минуты. Я попросил Харта пройти в гостиную. А его супруга не желала давать отпечатки пальцев.
Аллейн усмехнулся:
— Как же иначе. Такая красотка.
— Молодая парочка там же, — продолжил Фокс. — Я заметил, что мистер Мэндрейк проявил любопытство относительно того, что мы делаем в курительной. Я попросил его привести с собой этих двоих, когда будет сигнал. Полагаю, вам нужны независимые свидетели, сэр.
— Конечно. А что леди Херси?
— С ней я не говорил. Но даму можно туда привести, если понадобится.
— Да, пошлем за ней Бейли, — пробормотал Аллейн и повернулся к детективу. — Должен признаться, у меня еще никогда не было так мало сочувствия к убийце. Это все казалось бы просто глупостью, если бы не было таким омерзительным хладнокровным преступлением. И самое главное, противоестественным. Однако действовать мы должны осмотрительно. Не допустить ошибок. Не очень люблю эти театрализованные представления по воспроизведению преступления, но они полезны. Главное, чтобы у нас получилось.
— Обязательно получится, — заверил шефа Фокс. — Мы ведь все проработали до мелочей. Попробовали полдюжины раз. Неужели после этого сорвется?
— Я говорю о деле в целом.
— Вы опять, как обычно, сомневаетесь, мистер Аллейн. Но сейчас нет причины. Я никогда не видел дела яснее.
Инспектор поднялся из-за стола и заходил по комнате.
— И у нас теперь есть улики.
— Неопровержимые, сэр.
— Забавно, но все дело держится на свидетельстве этого весельчака Томаса. Танцующего лакея. Именно с его помощью мы установили время совершения убийства, а также сколько потребовалось преступнику на его действия. Прибавим к этому золу, удочку старины Ройала, то, что мы нашли на приемнике, и канцелярскую кнопку, принадлежащую Уильяму. Разве это не дело?
— Замечательное дело.
— Замечательное, не замечательное, но все же… — Аллейн замолк и посмотрел на детектива. — Фокс, я никогда вас не спрашивал, что вы думаете о войне.
Детектив удивленно вскинул голову.
— О войне? Да, сэр, об этом вы меня не спрашивали. По-моему, она еще не началась.
— Я тоже так считаю. Пройдет год, и мы будем вспоминать об этих зимних неделях как о чем-то фантастическом. Вам не кажется странным, Фокс, что сейчас мы радуемся, что выследили одного ничтожного убийцу, в то время как прямо над нашими головами уже висят сотни орудий? Перед нами рушится мир, а мы орудуем мухобойкой.
— Такова наша работа.
— Конечно, мы будем ее продолжать. Не обращайте внимания, это просто такое настроение. Так что давайте вернемся к нашим делам. Вот и Бейли. Вы закончили?
— Да, сэр, — ответил дактилоскопист, ставя на пол сумку.
— Кто-то противился?
— Дама-иностранка. Ей не нравилось, что я собрался пачкать ее пальцы. Так она сказала. Пришлось потратить время на уговоры.
— А остальные как себя ведут?
— Мне показалось, сэр, что они взволнованы. Помолчат, помолчат, а потом вдруг заговорят все вместе. Мистер Ройал и Комплайн посматривают на доктора враждебно. А ему хоть бы что. Сидит себе спокойно, о чем-то думает. Свою супругу просто не замечает, только иногда вдруг посмотрит, словно чем-то удивлен. Отпечатки смотреть будете, мистер Аллейн?
— Да, давайте сравним их с теми, что вы нашли на предметах. Это вряд ли что-то прояснит, но сделать надо. А потом позовем сюда этих четверых, чтобы закончить. Начинаем, Фокс.
— Который час? — спросил Николас.