– Теперь тебе точно влетит! – она прижалась к нему, пряча покрасневшую мордашку.
– Не, пока еще до рукоприкладства не дойдет, – оглянулся на мужиков Серега. – А вот если поцелуешь!..
Тайка захохотала в голос, не обращая ни на кого внимания. Композиция неожиданно для нее сменилась, она растерянно остановилась.
– Пойдем, – Сережка аккуратно повел ее к столу.
Он все еще улыбался, а она с трудом пыталась сдержать смех. Сергей помог ей сесть, вернулся на место сам. Тая, прикрывающая рот кулачком, исподлобья смотрела на парней. Когда Андрей нахмурился и грозно зыркнул на Сергея, не выдержала и снова расхохоталась. А Серый еле сдержал расплывавшуюся на лице улыбку.
– Ой, я не могу, – Тая подскочила и убежала в туалет.
Настя удивленно вскинула брови, посмотрела на Катю и пошла следом за таракашкой. Ребята остались за столом.
– И чем это ты ее так насмешил? – с угрозой в голосе спросил Андрюха.
– Там слишком много рассказывать, – отмахнулся Серый. – Ты не поймешь.
– А ты попробуй! – Андрей готов был выяснять отношения прямо здесь.
Серый поднял на него спокойный, уверенный взгляд:
– Конкретно фраза была: «Помни об античных статуях», – у него у самого губы дрогнули в улыбке. – Но, чтобы тебе тоже было смешно, рассказывать надо дохрена и больше.
– Это когда это у вас такие шуточки успели завестись? – Андрей повысил голос.
– А у тебя что, монополия на общение с ней? – Серый взгляд не опускал, и улыбка исчезла с его лица.
– Слушайте, – вмешался Игорь, – вроде ничего ж криминального не произошло! Девчонка сидела кислая, сейчас хохочет. Вроде все норм? – он очень внимательно посмотрел на Андрея.
– Норм, – нехотя согласился тот.
Серый прищурился, опустил взгляд. Из дамской комнаты вернулись женщины, обе в отличном настроении. Настя заговорщически посмотрела на Игоря, чему-то хитро улыбнулась и предложила заказать еще по коктейлю. На этот вечер тема была закрыта.
Домой возвращались поздно. Тайке заказали такси, Андрей уехал на метро, Игорь с Настей тоже взяли такси. Марк с Катей жили недалеко и решили прогуляться.
Стоило соседям остаться наедине, и Леха припер Серого к стенке:
– Ты чего на рожон лезешь?
– В смысле? – Серый все понимал, но как же ему это надоело.
– Какого черта танцевать ее повел? Еще и представление это устроил?
– Лех, я это представление, как ты выразился, для нее устроил! Не для вас! – его глаза блестели, он сорвался на крик. Достали! Честное слово! – Вы вообще видели, в каком она состоянии сидела за столом? Она не разговаривала, не танцевала. Блин! Она не ела ничего! Чтобы Тайка и не ела?!
Леха нахмурился. А Серый уже завелся:
– Вы вообще о ней хоть иногда думаете? – орал он, перекрывая шум метро. – Или только свои собственнические инстинкты удовлетворяете? Хоть один из вас спросил, что случилось? Ведь явно же что-то случилось! Ее что-то расстроило! Или кто-то! И это совершенно точно был не я! Кто с ней был на Новый год на вечеринке?
Леха задумался. Он действительно почувствовал себя виноватым. Серый вернулся только сегодня утром, но Леха-то со второго дома. Мог бы хоть поговорить с Таей. В чем-то Серега прав, Лешка о девушке точно не подумал.
***
После истории в клубе мужики успокоились. Серый подумал, что наконец-то выгрыз свое право спокойно общаться с их таракашкой. К нему никто не лез ни с какими вопросами, и Тайку от квартиры не отваживали.
У нее дома был очередной виток маминого сумасшествия, и она часто оставалась ночевать у Лешки с Сергеем. Недели через полторы ей показалось, что можно вернуться домой – маман куда-то уехала, но опять произошла какая-то фигня, и Тайка снова оказалась в квартире у ребят. Пришла к ним прямо с пар. Что-то нашла в холодильнике, высказалась, что у них, как обычно, есть нечего и готовить не из чего.
– Напиши список, чего надо, я схожу, – предложил Серый.
Лешки дома не было, а Серега, напротив, только вернулся с длинного заказа. Возился по хозяйству – раскладывал стирку, бросал на спинку дивана то, что требует глажки.
– Там погода мерзкая, – отозвалась с кухни.
– Эту погоду вытерпеть легче, чем твое ворчание, – поддразнил ее.
Сработало. Тая появилась в дверях его комнаты, сверкая глазами.
– Ах так?! – притворно возмутилась она.
Сережка восхищенно на нее уставился:
– Ты прекрасна в гневе!
Тая заливисто расхохоталась. Серый отвернулся к гладильной доске, широко улыбаясь постиранным брюкам и рубашкам.
– А Лешка сегодня будет? Давай ему список отошлем?
– Нет, – покачал головой. – Леха, скорее всего, на сутки, может, даже больше, – обернулся к Тайке. – Я тебе говорю, у нас некому есть дома!
– Да? – она будто не услышала окончания фразы. – На сутки?
– Так ты список напишешь? – Сережка не заметил ее реакции.
– Ты сейчас пойдешь или позже?
– Давай сейчас, и так лениво, позже вообще не захочется…
Усмехнулась, фыркнула.
– Лениво – не ходи.
– Надо же тебя кормить, – тепло ей улыбнулся.
– Ладно. Сейчас напишу.
Они весь вечер провели каждый в своих делах. Он гладил, она готовила. После ужина Сережка остался вымыть посуду, а Тая ушла рисовать. Возмущалась тусклым светом у Лехи. В Серегиной комнате был торшер, она подвинула к нему кресло:
– Можно я у тебя? Так хоть что-то видно.
– Да пожалуйста, – она ему и правда не мешала.
Закончил с посудой, вытянулся на диване. Хотел посмотреть какой-нибудь фильм, но не хотел ее отвлекать, открыл книжку.
– Сереж… – она поглядела на него искоса, умолкла, опустила носик.
– Чего? – он только сейчас понял, что уже пару минут не слышит скрипа карандаша.
– Не… Ниче… Я так… – мотнула головой. Передумала.
Серега внимательно на нее посмотрел, вернулся к книге, но… Затылок аж покалывало. Тая? Посмотрел на нее. Точно. Резко отвернулась.
– Ну говори, что случилось, – отложил телефон, сел, обернулся к ней.
Она молчала.
– Тая, – кажется, только он в их компании всегда звал ее без вот этого уменьшительно-уничижительного «ка»... Ему нравилось ее твердое, но певучее имя.
– Сереж, – набралась смелости, посмотрела ему прямо в глаза. – Лиши меня девственности!
Глава 23
– Что?! – почти выкрикнул, опешив.
– Что слышал, – надулась, обхватила себя руками.
Он смотрел на нее и не мог понять, что вообще происходит.
– Тая, я не знаю, что у тебя случилось, но так нельзя. Так не делается, – встал с дивана, потянулся к сигаретам.
– А как делается? – вскочила с кресла, уронив на пол рисунок. – Вот кто мне расскажет, как делается?
– Тай, в идеале встретить мальчика, влюбиться и лишаться девственности с ним.
– Тебе легко говорить! – нахмурилась, чуть не плача. – Встретить, влюбиться! Ты вообще представляешь, как в современных компаниях отношения строятся?
Сергей промолчал. Конечно, он понятия не имел о таких тонкостях. Никогда не строил отношений вот так. Была только Лерка, но она была всегда.
– Никто нынче серенады не поет, и даже конфет и букетов уже не таскают! Они сразу тянут в постель! – Тая чуть не плакала от возмущения и напряжения. – А я! А я… – зажала рот ладонью, чтобы и впрямь не зареветь.
Так вот что произошло у нее на вечеринке в честь Нового года! Сережка попросту взбесился!
– Бля, Тая! – он сделал круг по комнате. – Какой-то мудак попрекнул тебя девственностью, и ты всерьез думаешь, с кем бы целку порвать?
Она посмотрела на него испуганно, широко раскрыв глаза, губы задрожали, по щекам потекли слезы.
– Черт! Ну нет! – подошел к ней, но замер в полушаге, боясь коснуться, взмахнул рукой. – Пожалуйста, прости. Это было слишком грубо, – зажмурился, мотнул головой. – Тай…
У нее дрожал подбородок, грудь вздрагивала от всхлипов. Сережка не выдержал:
– Глупая ты, – сгреб ее в охапку, прижал к себе. – Ну так нельзя, так не делается, – поцеловал в макушку.
Тая уткнулась носом в его грудь, тихонько шмыгая, положила на футболку ладонь.
– Тай, – отстранил ее от себя.
– Ну пожалуйста, – проговорила срывающимся голосом.
– Тай, ты с ума сошла? Ты подумала, что потом будет?
– Я никому ничего не скажу!
– Да я не об этом, черт! – стиснул зубы. – Нам с тобой потом как общаться?
Пожала плечами, уставилась в пол. А он вдруг ясно понял, что точка невозврата уже пройдена. Что как прежде уже не будет. Переспит он с ней сейчас или нет, это уже ничего не изменит. Дружба кончилась.
– Тая… – его голос срывался и хрипел. Терять общение с ней было жутко тяжело.
– Ладно, забудь… – спрятала лицо в ладонях, повернулась к нему спиной. – Найду, как решить эту проблему!
Черт! И реально ж найдет! Кого-то, кто сделает ей попросту больно, физически и морально, вместо того чтобы… Серега выругался про себя. Ненавидел этого «кого-то» заранее. Убить был готов.
Приблизился к ней, взял за плечи, уткнулся носом в макушку, притянул к груди.
– Тай…
Она рвано вздохнула, резко обернулась, обхватила его руками. Ему только оставалось ее обнять. Провел рукой по волосам. Она запрокинула голову, всматриваясь в его лицо, Сережка помедлил секунду и накрыл ее рот своими губами.
Вот и все. Решение принято. Назад пути нет.
– Тая, – прошептал, снова коснулся, чуть сильнее, чуть настойчивее. Втянул в себя ее нижнюю губу, прикусил ее зубами, тронул кончиком языка.
Она ойкнула, чуть дернулась, удивленно на него посмотрела. «Черт! – выругался про себя Сережка. – Неужели целоваться пацаны тоже не умеют?» Улыбнулся ей, снова вернулся к ее губам. Теперь уже почти не играл, накрывал ее рот, втягивал в себя ее губы, дразнился языком, выманивая ее. Вот, дождался, кончик ее язычка у него на губах, поймал, тронул своим, втянул.
Тая! Какая же ты сладкая!
Наконец накрыл ее рот хозяйским, всепоглощающим поцелуем, покусывал, втягивал в себя, целовал, целовал, целовал. Тайка застонала, обмякла в его руках.