ак всегда пока проигрывала только я. Но ничего, вот выиграю, и попрошу себе домик с работой, и заживу новой и яркой жизнью.
– Если ты хочешь,– ответила, ворочаясь на его коленях и старалась не выдать свой интерес.
– А ты не хочешь? – спросил, и я почувствовала, как в попу кое-что упирается. Очень огромное и уже каменное!
– Хочу,– ответила с придыханием, ерзая, а потом поняла, что это прозвучало очень двусмысленно!
– Не бойся меня, ангел мой, я не обижу, наоборот…– и такой многообещающий взгляд.
– Ангелина, я рад, что ты на нашей стороне и отвлекаешь его, то теперь он вообще игру забросил, а так я не смогу победить,– вдруг сказал Валера, и я вздрогнула.
– Так вот какой у тебя был план, коварный братец. Но хочу тебя огорчить: если раньше я думал поддаться вам и уступить хотя бы шагов пять, то сейчас у меня есть куда более интересное дело, так что…– довольно объявил Борис и переставил ферзя.
– ЧТО?! МАТ?! – возмутился братец, подскакивая.– Так, мне срочно надо выпить! Это просто немыслимо!
– Поздравляю, сынок,– отец тоже поднялся. Пожал руку сыну, а потом подал руку своей даме.– Думаю, на сегодня с меня хватит проигрышей, прогуляемся, дорогая?
– С радостью!– согласилась Регина, и парочка ушла, а вот Валера подошел к нам и серьёзно посмотрел на меня.
– Ангелина, я вызываю тебя на бой!
– Что? Я?– это шутка такая?
– Да, мне срочно надо повысить самооценку. Сыграй со мной!– вот нахал. Нашел слабое звено.
– Давай, ангел, это хорошая практика. Да и я считаю, что мозгов у братца мало даже для тебя!– это меня так взбодрить решили?
– Хорошо, почему бы и нет,– согласилась. Хорошо, хоть не на желание играем, а то и с него станется.
Борис сам расставил фигурки и повернул доску так, чтобы я играла белыми.
– Ты у меня умная девочка, давай, и не бойся.
И я сделала первый ход.
Играли мы не в быстрые шахматы, поэтому партия затянулась на добрых полчаса. Всё это время я сидела на коленях у Бориса, который довольно поглаживал мой животик, бедра и зарывался лицом в волосы.
– Да что ж такое! Сегодня точно не мой день!– воскликнул Валера, а я не могла поверить в то, что я выиграла! Невероятно!
Может, у меня всё же есть шанс на победу над Борисом?
– В утешение даю тебе добро на посещение моего винного погреба,– хозяин перевел взгляд на печальное лицо братишки.
– А вот это другой разговор! Я ушел, не ждите,– и его как ветром сдуло, оставляя нас двоих.
– Наконец-то,– прорычал Борис, разворачивая меня к себе лицом, чтобы впиться страстным поцелуем в губы.
– Что?– только и спросила удивленно, когда мне позволили сделать вдох.
– Это награда победителю!– и опять припал к губам, прижимая меня к пылающему телу и зарывшись рукой в мои волосы. Удерживал голову, чтобы я не могла увернуться. Но этого и не требовалась, так как я сама стала с жаром отвечать, а потом и вовсе обняла его за сильную шею и прижалась грудью. Что мы творим?!
Ласки из жарких стали слишком неприличными. Его рука нагло хозяйничала под футболкой и сжимала грудь, вызывая мой стон. Я же не осмеливалась это повторить, так что довольствовалась касанием к телу через футболку. Его накаченное тело можно было и так ощутить, каждую мышцу, каждый кубик пресса. А как он вздрагивал, когда я осмелела и положила руку на ширинку. Нет, это какое-то безумие!
– Борис, у тебя гости. Мы не можем,– простонала, наслаждалась поцелуями на чувствительной шее.
– Они не дети, и так всё поймут и мешать не будут,– лишь ответил, а потом принялся расстёгивать мои брюки.
Не так быстро!
– Я так не могу! Прошу, давай перестанем, ведь…– и замолчала. А что ведь? Он меня купил именно для этого, и даже спросил у меня, согласна ли я на это. И вот теперь, когда он хочет получить то, за что заплатил, я ещё и упрямлюсь.
– Ты чего вдруг так приуныла?– бархатный голос над ушком, от которого я вздрагиваю.
– Я ведь не имею права просить подождать с этим делом?– шепчу, опуская глаза, так как боюсь увидеть гнев.
– Так, ангел мой, а ну, взгляни на меня!– требовательный голос, а потом моё лицо приподнимают за подбородок, и я смотрю в потемневшие глаза. Он точно зол.
– Ты чего так боишься меня? Я ведь уже сказал ночью, что я не насильник!– прорычал, сжимая меня за талию.
– Я знаю, что должна быть с вами добровольно.
– Не должна! Вернее… черт, как бы всё объяснить по-нормальному,– тяжело вздохнул, поглядывая на меня.
– Я помню, для чего мы меня выкупили, и поверьте, ваша клетка лучше той. Просто дайте мне время принять это и смириться с новыми обязанностями. Прошу, ещё день или два,– и с мольбой смотрю на мужчину, который начинает хмуриться, а я решаюсь встать.
Но меня резка усаживает обратно, и теперь я спиной чувствую, какая каменная у него грудь, а ещё очень большое достоинство.
– Так, Ангелина, пришло время нам серьёзно поговорить. Отрицать очевидного не буду, я хочу тебя! Но я хочу, чтобы и ты меня хотела, а не делала всё с тяжелым сердцем и переступая через себя, потому что так надо. Мы оба должны получать удовольствие.
– Я попробую.
– Нет, мой Ангел, пробовать не надо, надо жить! Я помню, что с тобой сделали в том гадюшнике, и представляю, как это могло отразиться на тебе. Но жить с таким страхом – не выход. Давай будем привыкать друг другу постепенно, и я тебе постепенно покажу удовольствие. Будем исправлять твои страхи пошагово! Что скажешь?
– Звучит интересно,– отвечаю и поворачиваюсь в его руках, чтобы взглянуть в глаза и увидеть, что он не лжёт.
Зачем ему так возится со мной? Неужели у него нет девушек, захотелось сломанную игрушку?
– Вам скучно?– только и спросила, а он нахмурился.
– Нет, просто ты мне дорогá.
Глава 15
Наш разговор был прерван приглашением на обед. Борис хмуро посмотрел на слугу, а я же уцепилась за него, как за соломинку, так как мне нужно было время, чтобы переварить сказанное хозяином.
В просторной столовой собралась вся семья, и пока вносили блюдо за блюдом, они о чём-то весело болтали, одна я молчала и чувствовала себя лишней.
Давно у меня не было таких посиделок. Даже когда родители были живы, мы редко собирались за столом, каждый ел, где хотел, и когда. Я впервые пожалела, что у меня не было так же.
Да и что я сейчас сказать могу? За новинками я не следила последние годы, было не до этого. Я драила полы и стирала пожелтевшие простыни, умудряясь терпеть домогательства хозяйкиного сына. Ещё помнила ту обжигающую боль в ребрах и щеке после подаренной мной ему пощечины в попытке отбиться.
Мужчины сильнее нас, и не стоит об этом забывать. Если почти все сильны физически, есть ещё и те, кто опасен. Наглядный пример сидел передо мной. И я говорю не только про Бориса, а про всю семью. Отец и брат хоть и хотят казаться милыми, но я помню их лица и металлические голоса, когда они отдавали приказы по телефону.
Да и Регина далеко не милый цветочек. Рядом с такими мужчинами просто нельзя оставаться аленьким цветочком, тут отрастут не только шипы, но и яд появится.
– Ангелина, с тобой всё хорошо?– раздался голос женщины, и я удивленно подняла глаза.
– Да, всё хорошо,– шепчу, ковыряя в рыбе вилкой.
– Ты уверена? Я уже доедаю десерт, а ты с основным блюдом еще не справилась,– и только сейчас я заметила, что мужчины пьют кофе, а женщина чай. Вокруг неё стоят подносы с десертами, а я со своей рыбой.
– Простите, что-то аппетита нет. Можно я к себе пойду?– говорю, и по привычке смотрю на Бориса, ожидая его разрешения.
По его недовольному лицу понимаю, что ему не нравится моя идея, а также его что-то тревожит, но он сдерживается.
– Ангелина, подожди меня в комнате с шахматами,– только проговорил, а я уже выбегаю из столовой. Это, конечно, не то, что я хотела, но тоже неплохо.
Зайдя в комнату, села на кожаный диван, и рука сама потянулась к доске, чтобы расставить фигурки по местам. Кажется, мне обещали новые правила, так зачем ждать до вечера. Не думаю, что Борис заставит себя долго ждать.
Я слабо слышала голоса из столовой, но четко понимала, что отец чем-то недоволен, да и хозяин злится и рычит. Надеюсь, не я тому виной.
Пока сидела в пустой комнате, было время подумать над словами Бориса. Он сказал, что я ему дорога, и ему важно, чтобы я легла под него добровольно, но в тоже время он держит меня в доме, как вещь, и мы частенько играем, чтобы я могла «выкупить» себя.
Неужели за последние два года мир так изменился, и теперь есть только такие отношения «товар и покупатель»? Или дело в самом мужчине, который думает, что всё можно купить?
Как всё сложно. И ситуация моя непонятная, хозяин странная личность, и что дальше делать, я тоже не знаю. Подыграть и сдаться? Стать постельной грелкой и ждать, пока я ему не надоем? И сколько ждать – неделю, месяц, год? И где гарантии, что меня потом, и правда, отпустят, а не сошлют куда-то.
Сбежать не вариант, охрана подготовленная, а про волков я вообще молчу. Проглотят и не подавятся. Хотя, я приглянулась их вожаку, так что, скорее всего, со мной будут играть, как с забавной игрушкой, пока не сломаюсь.
И судя по той махине, игра будет короткой.
– У тебя такое печальное лицо, словно ты узнала о раке и скоро умрешь,– раздался голос над ухом, и я вздрогнула, заметив Бориса, который стоял возле меня. И как он так бесшумно подобрался?
– Нет, что ты. Просто вспомнила свою семью и позавидовала вашему застолью. У нас был каждый сам по себе, хоть мама и пыталась нас иногда усадить за общий стол.
Лицо Бориса смягчилось, и он сел в кресло напротив.
– Ты очень понравилась моей семье,– сказал, и я застыла. Как можно понравиться людям, которые ничего о тебе не знают, да и я сама кроме имен ничего не ведаю.
– Они у тебя хорошие. На праздники приехали?
Пока сидела за столом, вспомнила, что через две недели Новый год. И даже обрадовалась, что встречу его в тепле и сытая, а не на холодном полу, или бегая по номерам принося выпивку и обслуживая пьяных водил.