– Ангел, просыпайся,– шептал Борис, начиная прикусывать кожу, и я, улыбаясь, начала чуть вздрагивать от этого.
– Имей совесть, – простонала, переворачиваясь и смотря в пылающие глаза.
– Это ты имей совесть, проспала почти три дня, перепугала всех,– проворчал он, сбрасывая с нас одеяло, а я насторожилась.
– Как три дня?– спросила, хватая за его руки.
– Вот так. Но ничего, мама сказала, ты в порядке, хотя она бы с тобой поговорила,– Борис продолжил целовать шею, ключицу, грудь.
– А твоя мама…
– Она врач, психолог, хирург, и много кто ещё. Она сказала, не уедет, пока не убедится, что с тобой всё хорошо, а так же она будет спрашивать, хорошо ли я себя веду. Будь добра, скажи, что я паинька,– и так хитро смотрит, а потом прикусывает вершинку и одновременно проникает пальцами в уже изнывающее лоно.
– А ты паинька?– весело спросила, наслаждаясь лаской и закрывая глаза.
– Не веришь? – удивляется, нависая надо мной. Его руки расположилась по разные стороны моей головы, тело прижато к моему, и я чувствую, как его член уже трется об мои мокрые складочки. И да, я хочу этого!
– Если ты сейчас же не возьмешь меня, скажу, что ты издеваешься надо мной!
– Твоё желание – закон,– довольно прорычал и одним ударом наполнил меня, накрывая губы в поцелуе, глуша мой крик.
Теперь не было никакой нежности, лишь дикая страсть. Мужчина буквально вколачивался в меня с такой силой, что я боялась не выдержать. Но меня крепко держали, и я кайфовала, улетая раз за разом к небесам.
– Мой дикий волчонок,– довольно урчал он, когда наша страсть немного утихла, и я пыталась отдышаться, смотря в потолок своей комнаты. Кстати, а почему мы здесь?
– Борь, а почему ты принёс меня сюда?– спросила мужчину, который водил пальцем по животу и выводил узоры.
– В нашей спальне родители спали. Они дежурили возле тебя, а меня отправили проветриться, так как я просидел рядом два дня, не выходя. Но ты проснулась и сама вышла ко мне.
– К тебе? – спросила, а потом вспомнила, как и правда пошла ночью бродить по дому, а потом вышла на улицу, где был тот самый волк, который решил, что я теперь его. Мы сидели на снегу, и я гладила его.
– Я гулял по территории и увидел тебя спящую в обнимку с волком. Понес домой, и ты проснулась,– тут же сказал он, приподнимаясь.
Это помню!
А потом посмотрела на смежную дверь, а ведь родители через стенку! Покраснела, как рак, и теперь думала, как им в лицо смотреть.
– Эй, ты чего? Опять плохо?– заботливо спрашивает, нависая сверху.
– Нет, просто твои родители были там, а мы тут. Они ведь всё слышали!
– Ох, Ангел, не пугай меня так больше. А что касается них. Так мы все взрослые люди, думаешь, у них нет секса?
– Ты что, говори тише!– шикнула на него, и он весело рассмеялся.
– Не волнуйся так, они все понимают. И даже рады за нас! Давай, вставай, и идём кушать, – сказал после того, как мой животик заурчал.
– Мне бы сперва в душ,– и только я успела сказать, как меня подхватывают на руки и несут в ванную.
– Борь, отпусти, я сама. Боюсь, с тобой купание затянется,– проворчала и хотела выпутаться из его рук, но получилось плохо. Меня держали крепко.
– Обещаю тебя лишь искупать, одну не оставлю, даже не проси. Мне и так скоро придется уехать на работу буквально часа на три, и я не знаю, как тебя оставить,– с грустью говорил он, намыливая меня мылом. Мочалку не брал, обошёлся своими руками.
– Я подожду тебя дома. Фильм посмотрю или почитаю. Надо бы и на работу позвонить, и Светлане Михайловне, а то она волнуется. Кстати, что там у нас с партией, мы будем ещё играть?
– Обязательно! Ты ведь хочешь, чтобы я исполнил твоё желание! И у меня есть новые условия, думаю, они тебе понравятся, но я расскажу их только вечером, когда мы с тобой сядем играть. Ты ведь не против?
– Конечно, нет! Мне нравится эта игра. Жаль только, что я в жизни не успела просчитать ходы наперед, и сразу после двух ходов получила мат.
Будь я умнее, подумала бы, что делать после моего выселения, заранее. Как жить, и как не встретиться с Глебом. От последнего холодок прошел по телу, но тут же испарился, стоило посмотреть на своего мужчину. Он сказал, что всё уладил, а значит, с тем чудовищем я больше не встречусь.
– Ты жалеешь, что вернулась? Хочешь вернуться к той бабушке?– настороженно спросил и даже замер.
А я ответила честно.
– Нет, я на нужном месте!– мои губы тут же накрыли в поцелуе и, подхватив за попу, усадили на бедра и прижали к стене.
– Завтрак подождет,– прорычал Борис, наполняя меня, а я усмехнулась и порадовалась тому, что мужчина нарушил своё слово. И почему меня опять к нему так дико тянет?
Из душа мы вышли через полчаса, уставшие, голодные, но счастливые. Мужчина ушел переодеваться в свою гардеробную, а я заглянула в свою, где было на удивление мало вещей. Кажется, меня переселили. Ничего, надену, что осталось.
Взгляд упал на джинсовые короткие шортики и шоколадного цвета блузку с рукавами три четверти. Бельё тоже здесь было, так что я смело надела черный кружевной набор. Потом натянула одежду и поняла, что блузка чуть просвечивает, ну и пусть, дома ведь. На ножки нашлись босоножки на среднем каблучке шпильке. Волосы я расчесала и так и оставила, не хочу заплетать хвостик.
Когда я вышла, то увидела уже собранного Бориса. Он был в идеальном костюме тёмно-синего цвета, с белой рубашкой и тонким галстуком почти в тон костюма. Стильно и шикарно. Волосы чуть взлохмаченные, но это делало его сексуальным. И как такой мужчина мог достаться мне?
А ведь он сказал, что провел возле меня пару дней. Неужели я, и правда, ему так дорога? Но мы ведь почти не знакомы, хотя мне сейчас кажется, что мы знаем друг друга давно. Словно у нас есть что-то общее.
Как набраться храбрости и спросить о чувствах? А может, я боюсь услышать ответ, что это лишь временная интрижка, и не стоит быть наивной девочкой. Что выбрать, молчание или неведение? Сладкая жизнь и все её блага, но лишь на время. Или жить, зная, что скоро сказка кончится?
Как же всё сложно, да и я ещё та трусиха.
Борис говорил по телефону, строго отдавая приказы, но увидев меня, улыбнулся, и его голос смягчился. Его горящие глаза прошлись по моей фигуре, и я поняла, что он доволен, и даже очень. Пожалуй, пока помолчу и поживу в розовых очках. Моя жизнь в последнее время и так не сахар, так почему бы себя не побаловать дивной сказкой.
Мне протянули руку, и я подошла к нему, улыбаясь, чтобы принять её. Пусть он говорит, что я навеки его, сказа, конечно, и слишком невероятные слова, но я не против в ней немного пожить.
В столовую мы вошли, взявшись за руки, чем очень порадовали родителей, которые только нас и ждали. Борис помог мне сесть, и в столовую тут же стали вносить тарелки с приятно пахнущими блинчиками, омлетом, свежим хлебом. Я с вожделением смотрела на мясную тарелку. Как же я голодна!
Золотистые блинчики я прикончила первыми, затем умяла тарелку каши, не отказалась и от семи бутербродов, и даже десерт в виде приличного куска торта в меня влез. Только тогда я перестала чувствовать голод и откинулась на спинку стула, медленно допивая третью чашку чая. Подняла взгляд и увидела удивленные глаза Регины и довольный Бориса.
– Деточка, как ты себя чествуешь?– заботливо спросила женщина, переглядываясь странным взглядом с мужем, который словно сиял от радости. Чего это он?
– Отлично! Не волнуйтесь, всё хорошо, просто я была очень голодна.
– Да, это заметно. Аппетит у тебя волчий,– прошептала она, смотря, как Борис отдает мне последний блинчик, который я на своё удивление с радостью приняла и вмиг проглотила.
– Милая, оставь девочку, видишь, и так худая. Ей надо побольше есть, двигаться. Кстати, Ангелина, я бы вам посоветовал посетить спортзал. И Бориса берите с собой, а то отлынивать стал,– сказал Василий, а я лишь улыбнулась, так как вспомнила ночь. Борис явно не отлынивал, и выложился лучше, чем на любом тренажёре, но идея посетить зал, и правда, была заманчивая.
Да и опять силы стали появляться, и мне просто дико хотелось куда-то бежать, или занять себя чем-то активным. Видно, сказывается долгое лежание.
– Пожалуй, я и правда, схожу,– ответила, убирая чашку.
– А я подыщу тебе тренера, нечего просто так силы впустую гонять. Тренер тебе покажет, что и как делать правильно,– сказал Борис, вставая.– А теперь прошу меня простить, пора на работу, но я быстро.
Сказал и, подойдя ко мне наклонился и подарил жаркий поцелуй.
– Не скучай, Снежинка, я быстро.
Борис ушел, оставляя меня одну с его родителями. И я уже насторожилась, думая, что сейчас будет допрос, или что-то подобное, но Василий увёл Регину по делам, а я осталась одна. Правда, женщина сказала, что чуть позже ко мне подойдёт и спросит про самочувствие.
И так, с чего начать. Почитать? А может, порисовать? Мне неожиданно захотелось нарисовать свой сон. Снежную гору, цветущую долину, домик, речку. И я бы, может, и взялась за краски, как раз помню, что покупала их, но сила бурлила, хотелось активности, так что я решила сбегать в зал. Посмотрю, что там есть, глядишь, смогу успокоиться.
Быстренько переоделась, благо Виктория уговорила меня купить спортивную одежу, и отправилась искать зал. Но стоило выйти из комнаты, как я столкнулась с удивленным Никитой.
Ты-то мне и нужен!
– Ангелина, вам уже лучше,– радостно улыбнулся он, подходя ближе.
– Не то слово. Энергия так и прёт. Подскажи, кстати, где у вас спортзал?
– Так внизу, пойдёмте, я вас провожу.
И я пошла.
Комната нашлась в самом конце левого крыла. И чего там только не было. Огромные железные махины, на которых занималось несколько охранников. Они тягали руками и ногами такой груз, что даже и не верилось. Парочка поднимали огромные гири, и я не удивилась, увидев цифру 150.
– С чего хотите начать?– спросил охранник, поворачиваясь ко мне. И тут все, как по команде, посмотрели на нас. Ого, сколько удивления в их лицах. Не ожидали?