– Не верю. Такие предметы делаются под определенного владельца. Если его дали тебе, то только ты и сможешь его применить.
Тина поняла, что замерзла: куртка была предназначена для быстрой ходьбы, а не перетаптывания на месте, да и домашний костюм не особо грел.
– Послушайте, – устало сказала она, – я была неправа, что не использовала компас в полной мере раньше. Но сейчас я правда хочу вам помочь. Поэтому подскажите мне хоть что-нибудь!
Дракон вздохнул. Неестественно яркие глаза окинули Тину взглядом, а затем существо подернулось легкой дымкой. Пара минут – и на грязную землю опустилась белая крылатая ящерка с локоть длиной. Она взлетела и уселась на плечо Тины.
– Что стоишь, дитя Адама? Я даю тебе возможность помочь нам, и даже готов побыть твоим спутником.
Тина хотела сказать что-нибудь, но только махнула рукой и пошла домой. Ящерка тоже молчала.
Поднявшись в квартиру и устроившись в комнате, Тина принялась расспрашивать дракона, но тот устроился на подушке и притворился спящим.
– Тоже мне, спутник! – шепотом рассердилась Тина. – Никакой помощи.
Она отыскала в шкатулке компас, подвешенный на веревочку – он изображал кулон, – и надела его на шею, спрятав под джемпер. Посмотрела на вроде как спящего дракона и пошла в школу.
При малейшей возможности Тина поглядывала на компас, но стрелка не изменяла себе. Показывать направление она упорно не желала.
Домой Тина возвращалась изрядно недовольная. Она не знала, что ей делать, а советчиков поблизости не наблюдалось.
– Дракон! – сердито потормошила она сказочного гостя, оказавшись в комнате. – Как я могу что-то сделать, если у меня нет информации?
– У тебя есть компас, – приоткрыл фиолетовый глаз дракон. – А за информацией – в интернет. Кажется, так ваша инфосистема называется?
– Но я не знаю, как им пользоваться. Компасом, в смысле. А в интернете нужен четкий поисковый запрос.
– Вот, вот она, ваша беда, дитя Адама. Вы верите технике и не верите сердцу.
И больше из дракона ничего вытянуть не удалось.
– Сердцу верить, – ворчала сердито Тина, швыряя на стол тетради из школьного рюкзака. – Какой прок от веры непонятно во что? Нужны точные сведения, а интуиция – прошлый век.
Но слова дракона не выходили у нее из головы и на следующий день, и на следующий, и позже. Просто верить? Но во что? В волшебство? В себя? В бога?
– Дракон! – снова растормошила она все сильнее бледнеющую ящерку – время для нее стремительно утекало. – Во что именно я должна верить? Подскажите хотя бы это.
– Дети Адама, – ворчливо сказал тот, – как же мне надоела ваша беспомощность, когда речь идет о большем, что нельзя осязать. Просто закрой глаза и загляни в себя.
Тине захотелось его стукнуть. Взрослое мудрое волшебное существо, а толку – меньше, чем от котенка. Но она села в кресло, закрыла глаза и сжала в ладони компас.
Тик-так, отсчитывались минуты. Ничего не менялось. Но Тина упорно сидела с закрытыми глазами, пытаясь найти ответ где-то в себе.
Тук-тук. Тук-тук. Компас в ладони пульсировал, словно сердце. И как она раньше этого не замечала?
Перед по-прежнему закрытыми глазами возникла тонкая серебристая нить. Она несомненно указывала на что-то.
Тина неуверенно открыла глаза и взглянула на раскрытую ладонь. От компаса действительно тянулась куда-то в стену нить, а стрелка больше не дрожала, показывая точное направление.
– Идем, – велел дракон, взлетая.
– Куда? Подождите, я оденусь…
– Нет времени. – Дракон подлетел к стене. – Идешь?
– В стену? – В голосе Тины прорвалось ехидство. – «Вижу цель – не вижу препятствий»?
– Арсений Денисович! – вместо ответа позвал дракон. – Где ты, хозяин дома?
– Здесь я, – отозвались из угла. – Что вам угодно будет?
– Открой нам путь, будь так добр, хозяин. Мне и дитяти Адама.
И стена расступилась. За ней была темнота.
– Быстрее, – велел дракон. Тина же медлила. Как-то остро захотелось сказать, что к ней это все, на самом-то деле, не имеет ни малейшего отношения; что пусть волшебные существа справляются сами – на то они и волшебные; что…
– Быстрее!
Стена медленно смыкалась.
– Не удержу я больше, силенки не те, – с усилием проговорил Арсений Денисович. – Ты уж решайся, девочка.
Тине стало страшно. Она никогда в жизни ничего так не боялась, как в эту минуту. Впервые ей нужно было принять решение, от которого зависело так много. Ведь для нее не существовало возможности при неправильном решении «перезагрузить сохраненную игру».
– Я… не могу. – Она сделала шаг назад. – Правда!
– Что же. Никогда не верил в людей. – Дракон подлетел, вырвал у нее из руки компас и скрылся в тут же сомкнувшейся стене.
Домовой укоризненно покачал головой и тоже исчез, не сказав ни слова.
Тина осталась одна. Вроде бы все правильно, к ней дела волшебного мира не имеют отношения, пусть справляются сами, она ничем не способна помочь… Но почему же так пусто на душе, словно она поступила подло? Предала кого-то?
– Я ничего никому не обещала! – крикнула Тина в пустоту.
«Обещала, – сидела в голове едкая мыслишка. – Только ты думала, что это не потребует от тебя никаких усилий. Как у персонажа в игрушке: ты лишь двигаешь мышкой да нажимаешь на кнопки, и все происходит само собой. А стоило образоваться малейшему препятствию – и ты тут же сдалась. Ведь это гораздо легче, чем сделать что-то настоящее».
Тина схватила подушку и швырнула в стену.
– Трусиха, – едва шевельнуло губами отражение.
Или это Тина сказала?
«Я имею полное право бояться», – тут же возразила она самой себе. Кто знает, что с ней может произойти? А у нее родители, бабушка с дедушкой и еще бабушка, и дядя… И Светка расстроится, если подруга пострадает. Тина просто заботилась о близких.
Она кругами заходила по комнате, понимая, что лжет самой себе. Ее остановило вовсе не беспокойство о родных. На самом деле… на самом деле она испугалась, и испугалась того, что ее осудят в случае неудачи! – осознала наконец Тина. Ей так хочется, чтобы все думали о ней только хорошо, что проще не делать ничего, чем пробовать и рисковать даже в хороших поступках. А ведь даже если у нее не получится – это же лучше, чем вовсе не делать, потому что так точно ничего не выйдет.
Тина еще долго ходила по комнате, одолеваемая сомнениями. Неужели она позволит такому глупому страху победить себя?
Время приближалось к полуночи. Но откладывать все более выкристаллизовывавшееся решение девочка не стала.
– Арсений Денисович, – позвала Тина, – покажитесь, пожалуйста.
Домовой промолчал.
– Арсений Денисович! Пожалуйста, помогите мне. Последний раз. Откройте путь к Камню, как вы делали это для дракона.
– Зачем? – не выдержал домовой, не показываясь. – Да и не хватит у меня сил еще раз проход в Застенье открыть.
– Но должны же быть еще какие-то пути!
– Зазеркалье подойдет? – В голосе Арсения Денисовича прозвучал сарказм. – По нему и волшебники бродить отказываются.
– А я найду дорогу? – засомневалась Тина. – Компаса ведь больше нет…
– Могу дать клубочек-проводник. Он к компасу тебя отведет.
– Спасибо.
– Застенье куда безопаснее Зазеркалья, – проявился домовой. Из его рук выкатился на пол небольшой зеленый клубочек. – Не советую. Не захотела идти безопасным путем, так зачем рисковать куда больше?
– Я была неправа, я уже поняла это, не надо напоминать, пожалуйста, – умоляюще протараторила Тина, поднимая холодный, пахнущий лавандой, шерстистый клубочек. – Лучше помогите мне открыть путь. Я ведь этого делать не умею.
– Жди, – велел домовой.
Тина пожала плечами и стала ждать.
– Бум! – гулко пробили… часы? Но в их квартире не было таких часов, только обычные будильники. – Бум.
– Полночь, – покивал сам себе Арсений Денисович и коснулся ладошкой большого зеркала в двери одежного шкафа. То пошло кругами, словно вода, в которую кинули камень. – Вперед, если опять не передумала.
Тина сжала зубы и метнулась к зеркалу, провалившись в липкую синеватую хмарь с резким ментоловым запахом. «Бум»! – последний раз пробили часы, и стало тихо.
Руки мгновенно замерзли от промозглого влажного тумана вокруг. Тина еле-еле смогла отцепить от засветившегося яркой зеленью клубочка кончик нитки и привязать его к запястью. Бросила под ноги и пошла за ним.
Здесь не было ничего – только синеватый туман, в котором Тина едва различала собственные очертания да светился впереди волшебный клубок.
Она старалась не думать, что может водиться в этом тумане, лишь пыталась отогреть дыханием мерзнущие руки, не замечая, что все хуже чувствует ноги.
Она брела и брела, потеряв ощущение времени. Остались только холод, туман, да редкие звуки, словно где-то капала на камень вода. Если бы не клубочек, Тина давно бы села на подобие пола под ногами и уснула – такой она стала безучастной. Забыла все на свете: кто она, зачем идет куда-то. Единственное, что позволяло ей держаться, – мысль, что надо идти за клубком. Обязательно. Иначе она исчезнет.
А исчезнуть хотелось. Это было самым простым выходом. Исчезнуть – и не будет ни холода, ни усталости, ни раздражающего капанья, ни самой Тины. Идеально. И легко.
Но Тина шла, шла из последних сил, причем устала больше не столько телом, сколько душой. «Я не исчезну», – твердила она сама себе, словно заклинание. «Я сильная, я не сдамся. Я дойду».
Но ноги все же подкосились. Тина упала в мягкий туман, чувствуя, как гаснут мысли и чувства. Клубочек исчез.
Что дало ей сил рвануться – она сама не знала. Скорее всего, злость – чувство, которое она всегда себе запрещала, но которое сейчас вытеснило поглотившее ее безразличие. Тина рванулась из цепких объятий тумана. Он пошел рябью…
И она очутилась в небольшой пещере с тонкой струйкой воды на стене, напротив зеркала, из которого вывалилась. «Кап, кап»… В пещере было неожиданно светло: светился крупный, с полметра диаметром, круглый красноватый камень.