Струхнул он, ничего не скажешь… но кто же знал, что так все выйдет?
– Так, давай еще раз, по порядку, с самого начала, – велел Босс. – Ничего не упускай.
– Само собой, такое дело. – И Антон пересказал все, что случилось на вокзале и после.
– Очень странно, что мальчишка что-то вообще заметил, – протянул Босс. – Удивительно. Обычные люди ничего не видят вокруг себя… – в его голосе все же проявилась досада. – Проклятье, ведь не может быть, чтобы все пошло насмарку из-за глупой случайности? Отвратительно! Барахло необходимо вернуть, ты это понимаешь? А недоросля ко мне доставить. Он видел кое-что, чего не должен был видеть ни в коем случае, и мы сделаем так, чтобы он не смог об этом рассказать… Ты понимаешь?
– Конечно, а как же, – подтвердил Антон, хотя на самом деле мало что уразумел.
Он не знал, для чего все затеяно, почему нужно взять дорогущую, наверняка антикварную вещь и выкинуть ее на вокзале. Да и не мог знать, если честно – все подробности плана наверняка ведал только сам Босс. Для него, сидящего на вершине башни-небоскреба, управляющего колоссальной бизнес-империей, все остальные не больше чем исполнители, юниты в огромной компьютерной игре.
Что такого опасного мог увидеть пацан, тоже совершенно не ясно. Разве что – попытался зажать Предмет…
Но если Босс говорит, значит так дело и обстоит.
– Жди там, где потерял мальчишку, – велел тот. – Я пришлю тех, кто найдет его и в аду.
– В лучшем виде! – Антон хмыкнул и понял, что разговаривает с безмолвным коммуникатором.
Босс разорвал связь, как всегда, без предупреждения.
Анне Юрьевне Москва не нравилась – очень шумно, слишком много людей, все куда-то спешат, несутся как угорелые, и лица даже у дворников надменные, словно у английских лордов. Еще меньше ее радовало метро с его толчеей, нехваткой воздуха и ощущением нависшей над головой опасной тяжести.
Поэтому, оказавшись на поверхности, она вздохнула с облегчением.
– Так, давай посчитаемся. Все здесь? – спросила Анна Юрьевна, разворачиваясь.
Какое счастье, что на экскурсию не отправился класс в полном составе – два с половиной десятка детей вовсе не в два раза хуже, чем дюжина. Кто-то не смог по болезни, у других родители не нашли денег, ну а тех, кто поехал в Москву за счет школы, и вовсе пять человек.
Счастье, что Елена Владимировна собралась с дочерью, двое взрослых куда лучше одного, да и есть с кем поболтать.
– Еремина – тут, Андрей Орлов – тут, – привычно считала Анна Юрьевна. – Котлов…
Мишу она нашла не сразу, почему-то он прятался за спиной Ереминой и глядел в сторону, так что виднелся только поднятый капюшон. Но как он был одет, она помнила, ошибиться не могла, и поэтому повела взгляд дальше… Вон Семененко, Олег, Света Лапырева, Фридман, вроде как все… сейчас еще раз пересчитаем, точно убедимся, что никто из детей не пропал.
– Во сколько начинается экскурсия? – спросила Елена Владимировна из-за спины дочери.
– Сейчас посмотрю, – отозвалась Анна Юрьевна.
Билеты в Исторический музей они заказывали заранее, по телефону, и распечатка должна лежать в сумочке. Найти ее среди прочего оказалось непросто, и только после пяти минут поисков сложенная вчетверо бумага зашуршала в пальцах.
– В десять часов ровно, – проговорила она. – А сейчас у нас сколько?
– Без пятнадцати, – ровным, каким-то унылым голосом произнесла Елена Владимировна. – Далеко тут идти?
– Господи, да я не знаю. – Анну Юрьевну заколотило от волнения: не хватало опоздать! – Пошли быстрее! Бегом-бегом, а не то…
И она, решительно взмахнув сумочкой, первой устремилась прочь от выхода из метро. Мысль о том, что нужно пересчитать детей еще раз, сгинула без следа, потерялась в ворохе более злободневных.
Глава вторая
«Ох, влепил бы мне Юрий Анатольич за такой бег», – думал Мишка, пытаясь отдышаться.
Выложился, словно не тренировался никогда – сердце колотится как бешеное, ноги трясутся. Странно еще, что пришедшая ему на выручку девчонка даже не запыхалась, на лице ни капли пота.
– Что ты на меня смотришь? – спросила она, и Мишка сообразил, что пялится на москвичку.
– И вовсе не смотрю. – Он торопливо отвел глаза, по щекам побежала горячая волна.
Ну вот, не хватало еще покраснеть!
– Он нас не догонит? – поинтересовался Мишка, оглядываясь.
– Нет, – уверенно ответила девчонка и погладила по голове сидевшую рядом собаку. – Молодец, Кучка, здорово ты его шуганул.
Барбос, большой, серый, лохматый, умильно прищурился и заелозил по полу хвостом.
«Странное имя», – подумал Мишка, но вслух сказал:
– Я – Михаил… э, спасибо тебе. А тебя как зовут?
– Ну надо же! Ничего себе! – Девчонка рассмеялась. – Тебе до Михаила еще расти и расти!
От этого смеха Мишку охватила злость: чего она ржет, как сумасшедшая? Нашла повод…
– Прости. – Она сделала извиняющийся жест, светлые глаза лукаво блеснули. – Я – Алиса. Этого вот ненавистника кошек зовут Кучка, и он тоже рад с тобой познакомиться.
– То-то я вижу, как рад, – буркнул Мишка, оттаивая. – А почему ты мне помогла?
– Помощь всегда приходит к тому, кто в ней по-настоящему нуждается. – Алиса повела плечом. – Не беспокойся, тот… – она подыскала нужное слово, – человек сюда не попадет. Просто не сможет.
– Да я не боюсь! Я… – Мишка осекся, поскольку вспомнил, что вообще-то он в Москве, отстал от экскурсии, и Анна Юрьевна наверняка с ума сходит – как же, мальчик потерялся. – Позвонить мне надо…
И он неловко полез в карман за телефоном.
Алиса с улыбкой отвернулась, принялась чесать Кучку за ухом.
Сотовый оказался на месте, только на экране обнаружилась надпись «Сеть не найдена». Мишка удивленно хмыкнул – такое он видел, но это было, когда они ходили в поход, в диком лесу на Керженце.
Сейчас-то он вроде не в глухой чащобе?
На всякий случай потряс телефон, выключил и включил, но помогло это как улитке костыли.
– Ух ты, елки, – пробормотал Мишка, оглядываясь. – Что это вообще за место такое?
Станция выглядела обычно – два пути, отделенные от середины зала белоснежными колоннами, украшенные позолотой арки, с одного конца эскалатор, с другого – глухая стена, выложенная мраморной плиткой.
Вот только пусто и тихо, ни единого человека… и поездов до сих пор не было, ни одного!
А они уж здесь стоят минут пятнадцать!
– Ты же видел – «Чудово», – медовым голоском сообщила Алиса, отрываясь от собаки. – Красиво тут, правда?
– Ух ты, дело святое. – Мишка не нашелся, чего сказать, решил, что станция новая, только что построенная, но пока не открытая.
Непонятно только, почему они так легко сюда попали…
– Ты чего нервничаешь? – спросила Алиса, и он сбился с мысли.
– Ну как, я потерялся, а позвонить своим не могу… А, ты мне сотовый не одолжишь?
У нее может быть другой оператор, или на этой станции работают мобильники только у москвичей.
– Ничего не выйдет, – Алиса улыбнулась. – Тут обычной связи нет. Но ты не беспокойся. Потеряться ты не можешь, ведь ты знаешь, где находишься?
– Ну, как бы не совсем, да, – Мишка поскреб в затылке.
Да, он видел в интернете схему московского метро, но вряд ли на ней отмечена еще не открытая станция… Ну пусть даже и отмечена, но названия «Чудово» он не помнил и сейчас не мог сказать, на какой ветке очутился, в какую сторону от вокзала уехал и что расположено на поверхности.
– Может быть, это остальные потерялись, а ты как раз находишься там, где и должен быть? – продолжала Алиса.
И почему-то тревога от ее слов уходила, становилось легче на душе, возвращалась уверенность. Мишка больше не опасался, что по эскалатору сбежит щуплый преследователь, его не беспокоило, что он заблудился в огромной Москве.
Его вообще ничего не беспокоило… это было удивительно и приятно.
Словно не лохматую собаку, а его самого чесала за ухом чудная девчонка в остроконечной шапке.
– Ну вот, так лучше… – сказала она, потом неожиданно хихикнула и поинтересовалась: – Куда тебе нужно, ведь ты знаешь?
– Конечно. – Мишка напрягся, вспоминая.
Сначала их должны вести в какой-то музей, в какой именно, он забыл, а потом на экскурсию в Кремль.
– В Кремль!
– Значит, тебе в ту сторону. – Алиса указала на уводящий со станции путь. – Прямая линия, через три станции сойдешь, ну а там по указателям на Красную площадь выйдешь.
– А ты? – ляпнул Мишка, и сам на себя озлился.
Что ему за дело до этой девчонки?
– Нам с Кучкой в другую, – сказала она, и тут, как по команде, колыхнулся воздух в темном туннеле, издалека донесся гул подходящего поезда.
– Мы увидимся? – спросил он, понимая, что все-таки не выдержал, покраснел, но не отводя взгляда.
В классе у них учились разные девчонки, да и во дворе и на секции какие только не попадались. Но таких, как Алиса, он не встречал… боевая и шустрая, вроде бы самая обычная, но при этом очень чудная.
С чего она влезла не в свое дело, помешала преследователю схватить Мишку?
И говорит вовсе не так, как другие… так, что даже слушать интересно!
– Кто знает? – Алиса подмигнула, схватила Кучку за ухо и прыгнула к краю платформы.
Вырвавшийся из туннеля поезд метро остановился, как показалось, только на мгновение. Никто не вышел, щелкнула открывшаяся и тут же захлопнувшаяся дверь, и не успел Мишка глазом моргнуть, как остался один.
На мгновение ему сделалось грустно.
Жалко, но они, скорее всего, никогда больше не увидятся.
На втором пути состав появился через пять минут, затормозил с шипением и грохотом. Мишка проскочил внутрь, ухватился за поручень так, словно тот мог вырваться. Когда вагон тронулся, обратил внимание, что все пассажиры заторможенные, будто сонные, никто не двигается, даже не моргает.
Но продолжалось это несколько секунд – мигнул свет, и все изменилось, стало обычным.
Зашуровал пальцем по экрану планшета тощий белобрысый парень, зашелестел газетой сурового вида старик, принялись шептаться две женщины. Обтрепанный дядька в шапке-ушанке вытаращился на Мишку так, словно у того выросли на голове рога, но сразу отвел взгляд, а на следующей станции и вовсе торопливо вышел.