Желание позвонить Сойер усилилось. Коулу пришлось самому заказать переговоры, так как его секретарша не приезжала в офис раньше восьми тридцати. Это время дня Коул любил больше всего. Он чувствовал себя свежим и слегка возбужденным. Ему понадобится это состояние, чтобы держать инициативу в своих руках. Коул подумал, а знает ли Сойер, что Адам Джарвис вернулся на ранчо со своим приемным сыном.
Бедняжке Сойер и Адаму не довелось испытать радостей совместной жизни. После операции, перенесенной Сойер, и долгого восстановительного периода судьба разнесла их в разные стороны. У Адама были свои потребности, а Сойер не могла или не хотела их удовлетворить. Затем Адам женился на шикарной калифорнийской штучке с маленьким сыном. Насколько Коул знал, они жили счастливо до тех пор, пока жена Адама не попала под шальные пули вооруженного психа, устроившего пальбу в супермаркете. Они все старались поддержать Адама, пока он не оправился и смог принять на себя обязанности по воспитанию приемного сына. Коул не переставал удивляться тому, каким хорошим отцом оказался Адам. Превосходным отцом. И вообще Адам — первоклассный парень.
В Японии сейчас вечер. Сойер должна завершать свой рабочий день, в то время как Коул начинает свой. Он представил себе сестру, устроившуюся на диване лимонного цвета с бокалом вина в руке. Коул разочарованно слушал длинные гудки ее телефона. Он удивился тому, что автоответчик был выключен. Озабоченно нахмурил брови. Конечно, Сойер не сидит дома по вечерам, но она всегда заезжает к себе, чтобы принять душ и немного отдохнуть перед тем, как отправиться повеселиться. С озабоченным выражением лица Коул повесил трубку. Неожиданно сильное желание поговорить с матерью заставило его вновь схватиться за телефон. На Гавайях сейчас время ланча. По крайней мере, на звонок ответят слуги, человеческий голос попросит его подождать, пока позовут мать или Рэнда, а может, скажет, что передаст его сообщение и ему обязательно перезвонят. Коул ждал со всевозрастающим напряжением.
Трубку подняли на пятом гудке. Мистер и миссис Нельсон находятся на пути в Японию. Они позвонят домой по прибытии. Оставит ли он сообщение? Коул ощутил неприятный холодок в животе Он назвал свое имя и попросил сообщить о своем звонке.
Коул подошел к аквариуму с тропическими рыбками. Взяв немного корма, рассыпал его по поверхности воды. Рыбы никак не отреагировали, продолжая кружить в глубине между живописными камнями и водорослями. Неприятное ощущение в животе усиливалось. Коул вернулся к столу и открыл расписание на этот день. Что-то случилось.
Сойер вернулась домой около полудня. Она забыл дома очень важные бумаги, без которых не могла работать. Сойер просматривала их утром, когда проснулась. Нечаянно разлила на них кофе и попыталась просушить листы по одному. После перенесенной операции она стала очень дорожить своим временем и в спешке попросту забыла запихнуть бумаги в кейс Теперь ей пришлось вернуться за ними, проклиная свою рассеянность. Чтобы прийти в себя, Сойер приготовила сэндвич с сыром и чай, презрев свое намерение не обедать. Она уже съела половину сэндвича, когда услышала звон колокольчика у ворот сада. Сойер подошла к окну кухни. Садовник никогда не звонит. У него свой ключ. Посыльных она не ждет. Сойер снедало любопытство, когда она шла через сад Дзэн к воротам. Повернув ключ в замке, она отворила калитку. Перед ней стояла высокая девушка примерно ее возраста. Одетая по моде, с простой, но элегантной прической. Минимум макияжа. Красивая, подумала Сойер. И что-то в ней еще. Сойер, с трудом сглотнув, спросила девушку, чем она может помочь.
Раздавшийся в ответ голос свидетельствовал о хорошем образовании человека и, несомненно, английском происхождении.
— Вы Сойер Колмен?
— Да, это я.
— Я Чесни Брайтон. Мое имя должно бы быть Чесни Нельсон. Я являюсь дочерью Рэнда Нельсона и разыскиваю его. Мне сказали, что, возможно, вы могли бы мне помочь.
Никаких эмоций. Просто холодные, уверенные факты.
Сойер постаралась собраться с мыслями. Закрыв ворота, она повела гостью в дом, пытаясь по дороге успокоиться. Дочь Рэнда! Он никогда не упоминал о том, что у него есть дочь. Но она на него похожа, особенно глаза.
Сойер чувствовала, как взволнованно бьется ее сердце. Любое напоминание о Рэнде Нельсоне отдавалось в ней болью, потому что этого мужчину она потеряла, потому что он женат на ее собственной матери. И Сойер ничего не остается, как страдать. Мэгги и Рэнд созданы друг для друга. Кто она такая, чтобы отказывать им в счастье? Сойер старалась не вспоминать о чудесных днях, проведенных вместе с Рэндом несколько лет тому назад, и в основном ей это удавалось. Но всякий раз, когда воспоминания неожиданно настигали ее, Сойер приходилось напоминать себе о счастье. Правда, сейчас она не может этого сделать. Позже, оставшись одна, она расскажет себе о том, какая она счастливая, что живет в этом мире. Она сконцентрируется на своей прекрасной жизни в Японии, любимой работе на благо семьи, ради которой она готова умереть. И однажды Рэнд Нельсон превратится всего лишь в эпизод ее прошлой жизни.
— Чай? — предложила Сойер. Все, что угодно, лишь бы выиграть время. Ей необходимо собраться с мыслями.
— Да, спасибо. Я заехала в офис «Колмен Авиэйшн», и мне сказали, что вы отправились домой. Мы разминулись буквально на минуту. Надеюсь, я не слишком назойлива?
— Конечно же нет, но я не понимаю, почему вы обратились именно ко мне?
— Мне сказали, что вы и мой отец были… что вы с ним… собирались пожениться. Я разыскивала его несколько лет.
— Это было очень давно. Рэнд, ваш… Рэнд женат на моей матери. Они… они живут на Гавайях. Я не совсем понимаю… Если вы дочь Рэнда, то почему вы разыскиваете его? — Сойер показалось, что она уже знает ответ, но ей хотелось, чтобы девушка произнесла его вслух.
Сердце Сойер болезненно сжалось. Рэнд никогда не хотел иметь детей. Он даже признался ей однажды, что терпеть не может маленьких пачкунов. В то время Сойер лишь рассмеялась, убежденная в том, что каждый мужчина в определенный момент его жизни хочет завести ребенка уже хотя бы для того, чтобы тот носил его имя. Но Рэнд не рассмеялся в ответ. Вместо этого он вдруг посерьезнел и сказал, что с годами не становится моложе и у него сложились определенные привычки, а дети только усложнят ему жизнь. Сойер была по уши влюблена, и поэтому приняла его решение без возражений.
Значит, у Рэнда было бурное прошлое? Конечно, большинство мужчин отнюдь не святые, но ведь не многие могут похвастаться незаконнорожденными дочерьми, появляющимися неизвестно откуда. Рэнд никогда даже не намекал на ребенка!
Сойер вздрогнула, возвращаясь в реальность, и услышала голос Чесни.
— Я — незаконнорожденная дочь Рэнда Нельсона. Я выросла в приюте. Меня оставили на его ступенях с обычной запиской, приколотой к пеленкам. Моя мать была артисткой и много гастролировала с группой. Она была молода, и ей хотелось приключений. Она встретилась с отцом в Сайгоне. Мой отец… Рэнд Нельсон был летчиком, его вертолет был арендован у Англии вашим правительством. Моя мать помнит все подробности, по ее словам, у мистера Нельсона было двойное гражданство. Он выполнял боевые вылеты вглубь страны. Это не было войной, скорее, перебранкой, поэтому мать согласилась поехать с труппой в эту страну. Мой… мистер Нельсон приезжал в Сайгон по выходным дням, там он и встретил мою мать. Его любимым местом был бар» «Тигрица», так мне сказала мама. Она знала, что Рэнд Нельсон встречался… и с другими женщинами тоже, но он всегда возвращался к ней. Она очень его любила. Его часть размешалась в Да Нанге.
Сойер уже слышала все это раньше. От Рэнда. Она надеялась, что выражение ее лица не выдает бушующих в ней чувств. Откуда этой девушке известно о баре «Тигрица»? Сойер кивнула Чесни, ожидая продолжения рассказа.
— Труппу постигли неприятности, и директор сбежал, бросив девушек. Они разделились. Рэнд Нельсон приглядывал за моей матерью и помогал ей до тех пор, пока его не отослали на родину. Она пыталась сказать ему, что беременна, но он… он не хотел слушать, и ему необходимо было уезжать. Он оставил ей деньги. Когда директор труппы сбежал, то прихватил с собой паспорта девушек и их недельный заработок. Обобрал их до нитки. На деньги, оставленные матери мистером Нельсоном, она купила транзитную визу на черном рынке, и Красный Крест благополучно переправил ее обратно в Англию, где она родила меня. Конец печальной повести, — с горькой улыбкой сказала Чесни. — Когда сиротам разрешили заняться поиском своих родителей, я нашла свою мать. Вначале она ничего не хотела мне рассказывать. Она замужем, у нее другая семья, и она не хотела их волновать. Я поняла ее. Она солгала мне, сказав, что не знает, кто был мой отец. Я почувствовала это, а также то, что она не является неразборчивой в знакомствах женщиной, поэтому я продолжала приходить к ней в дом день за днем, неделю за неделей, пока наконец не сломала ее сопротивление. В ее теперешней жизни нет места для меня. Я поняла ее страх и сказала, что ей не следует меня бояться. Я не знаю, найдется ли для меня место в жизни моего отца, но я хочу увидеть его. Мне сказали, что вы и он… Я имею в виду, что информация была отрывочной, и мне повезло, что я вообще получила ее. Вы поняли то, что я рассказала вам, мисс Колмен?
— Каждое слово, — с трудом ответила Сойер. Что принесет это Мэгги и Рэнду? Сделает их ближе или вызовет трудности?
— А Рэнд знает? Я хочу сказать, ваша мать согласилась сделать аборт? Обещала ли она Рэнду это сделать?
Мягкие серые глаза смотрели Сойер прямо в лицо.
— Могу лишь предположить. Вероятно, он думал, что моя мать сделала аборт. Он не знал о моем существовании.
— И вы хотите, чтобы я помогла вам связаться с вашим отцом? — Сойер затаила дыхание. Конечно, именно этого она и хочет. И если бы сама Сойер была на ее месте, то хотела бы того же. Она знает, каково расти без отца.
— Я надеялась… Я думала, вы могли бы… как бы