— Чего тебе? — Та остановилась и обернулась.
— У меня есть предложение, которое тебя заинтересует… — зашла издалека Симона, раздумывая, с какой стороны подступиться.
— Ну-ка, — самодовольно усмехнулась Наталья и сложила руки на груди.
— Отпусти мальчика пока к отцу, а мы поговорим.
— Ну хорошо. — Она подтолкнула Ивана обратно к палате. Тот радостно забежал внутрь.
— Сколько тебе нужно денег, чтобы не мучить никого и уехать без ребенка? — холодно и по-деловому начала Симона. Знала не понаслышке, что пытаться договариваться по-хорошему с такими людьми бесполезно, но сейчас выбора не было. Спокойствие Ильи и его настрой на выздоровление сейчас превыше всего, и она готова сделать для этого все возможное и невозможное.
— Ты с ума сошла? Хочешь купить моего сына?
— Я хочу купить спокойствие для всех, — все так же невозмутимо продолжила Симона. Ей было что предложить, а Наталья слишком жадная и алчная, чтобы отказаться.
— Ты его не получишь! — прошипела Наталья, явно набивая себе цену, чем только вызвала легкую ухмылку.
— Да? — Симона выразительно приподняла бровь и сложила руки на груди, намеренно копируя ее позу. — Жаль… я думала, мы сможем договориться…
— Ни за что!
— На нет и суда нет, не станешь ты миллионершей. — Развернувшись, Симона медленно пошла к палате, про себя считая шаги и ожидая, когда смысл слов дойдет до оппонентки.
— Подожди! — Наталья предсказуемо кинулась за ней. — Сколько ты предлагаешь?
— Допустим… — Симона показушно задумалась, намеренно растягивая время ожидания, чтобы дожать ее. — Пять миллионов рублей тебя устроит?
— Десять! — тут же воскликнула та, ожидаемо называя итоговую цифру. Симона смотрела на нее со смесью отвращения и недоумения. Как можно быть такой мерзкой, не укладывалось в голове, но судить кого-то она не собиралась. Это не ее жизнь и не ее путь.
— И никакой больше дележки ребенка. Ты просто уезжаешь, куда там собиралась, — строго предупредила она, чтобы убедиться, что Наталья правильно все поняла и не будет и дальше чинить препятствия.
— Договорились.
— Скинь мне номер счета, куда перевести деньги.
— А ты не обманешь? — уточнила Наталья на вяский случай, мысленно уже потратив деньги на себя любимую.
— Зачем мне это?
— Вот и я никак не пойму зачем… у тебя же есть все, что можно только желать…
— Желания у нас с тобой разные. — Симона снисходительно усмехнулась. Деньги ничто по сравнению с тем, что приобретала она. Наталья не способна ее понять, да и не нужно ей ничье понимание. Она выбрала свою дорогу, и все деньги мира не заставят ее свернуть в сторону.
Симона вернулась в палату и с улыбкой посмотрела на своих теперь уже двух мужчин. Одного до дрожи любимого, а второго пока совсем незнакомого. Сотня разнообразных мыслей сразу же возникла в сознании. Смогут ли они найти общий язык? Примет ли ее Иван? Правильно ли она поступила? Но глядя на то, с какой нежностью и теплотой Илья обнимает ребенка, все сомнения разом отступили. Симона просто осознала, что это часть Ильи, она любит его, а значит, сможет полюбить и его сына.
— Где Наташа? — Илья напряженно посмотрел на нее.
— Уехала. Она решила, что мальчику и правда лучше с отцом… — неопределенно пояснила Симона, подошла ближе и присела рядом с ними на кровать. Надо как-то налаживать контакт с мальчиком, открыть ему свое сердце и надеяться на взаимность. Она понимала, что мать ему не заменит и не стремилась к этому, но вполне могла стать другом.
— Что? — прищурился Илья, не поверив ни одному слову, но перехватив многозначительный взгляд, решил оставить расспросы на потом. В конце концов, главное, что сын остался с ним.
— Давай знакомиться. — Симона обратилась к мальчику, настороженно рассматривавшему ее. — Я Симона.
— Ваня, а вы?.. — Он замолчал, переводя недоуменный взгляд с нее на отца и обратно.
— Это моя жена, — пояснил Илья и взяв руку Симоны, приложил к своим губам.
— Будущая, — поправила она его, фактически согласившись со своей ролью в его жизни. Теперь они семья. Настоящая. Пусть впереди много трудностей и проблем, главное, им есть куда стремиться и ради чего преодолевать их.
— Круто! — воскликнул Иван. — Она с нами будет жить?
— Ну, скорее, мы с ней, — рассмеялся Илья, прекрасно понимая, что придется идти на уступки. Вряд ли Симона захочет жить в его халупе. Снежной королеве нужен дворец.
— А у меня будет своя комната? — продолжил мальчик допрос с детской непосредственностью.
— Конечно, — улыбнулась она и потрепала его по голове. — Сегодня поедем домой, и ты выберешь любую, которая понравится.
Иван спрыгнул с кровати и забегал по палате, радуясь новым событиям. Илья притянул ее к себе и коснулся губами виска.
— Ты уверена? — тихо спросил он. — Я не лучший муж.
— Абсолютно, — не задумываясь ответила Симона. — А ты? Я тоже далеко не идеальная жена…
— О да, — рассмеялся Илья, за что получил легкий толчок в плечо. — Зато любимая, — нежно поцеловал ее в губы и отстранился, заглянув в глаза. — Спасибо тебе за все.
— И тебе.
Симона прикрыла глаза и крепко прижалась к нему, уткнувшись носом в шею.
Все хорошо. Теперь им точно не грозят никакие невзгоды. Вместе они смогут справиться со всем. Главное — любовь и доверие. И то, и другое у них есть, а это значит — все непременно сложится. Нужно только верить и не опускать руки.
Эпилог
Симона внимательно перечитала документ и, удовлетворенно кивнув, поставила свою подпись. Наконец вопрос с наследством Юдина можно было считать завершенным. Так как ни ей, ни Илье не нужны были его грязные деньги, они все обсудили и решили направить их на благое дело. Вступив в наследство, Симона сразу продала его бизнес и имущество и на эти деньги основала реабилитационный центр помощи жертвам насилия. Она не понаслышке знала, что это такое, и неизвестно, как сложилась бы ее жизнь, если бы не встретила Илью. Именно он помог ей преодолеть трудности и почувствовать себя настоящей женщиной. Теперь Симона хотела, чтобы каждая женщина, пережившая подобное, имела возможность на нормальную жизнь.
Дверь без стука открылась, она подняла голову и увидела Илью. Настроение сразу улучшилось, а на губах появилась довольная улыбка. Ее муж, друг, любовник. В нем сочеталось все, о чем можно только мечтать. Илья стал ее стеной, крепкой опорой, надежным тылом. Она любила его бесконечно и не уставала благодарить судьбу за такой щедрый подарок.
— Как вы? — Илья инстинктивно запер дверь и уверенно прошел вперед. Благодаря своему упорству и целеустремленности, он смог почти полностью восстановиться. А через пару месяцев планировал выйти наконец на работу, по которой очень скучал.
— Хорошо, ты как?
— Тоже ничего. — Он присел на угол стола перед ней. — Когда у тебя уже начнется это гнездование? Сутками тут сидишь, — недовольно проворчал он.
— Ой, какой ты осведомленный, — рассмеялась Симона. — Что читал?
— Ну полазил по форумам немного… — смутился он и сокрушенно покачал головой. Спалился на ровном месте.
— Молодец.
— Может, пора в декрет?
— Да пора-пора, — с готовностью согласилась Симона. Сама уже очень устала и хотела просто отдохнуть в кругу своей семьи. — Дай мне еще несколько дней, дела передам новому заму и в вольное плаванье.
— Не тот ли это щегол, что устроился к тебе недавно? — Илья хитро прищурился, и лукавая улыбка скользнула по его губам.
— Тот, а ты что, ревнуешь?
— Нет, зачем мне голову забивать. Я его сразу предупредил: один неправильный взгляд в твою сторону — и я сломаю ему нос.
— А я-то думаю, почему он все время глаза отводит, — рассмеялась Симона, качая головой. Иногда муж переходил все границы, охраняя ее.
— Ну вот, значит, мы друг друга поняли, — довольно заключил Илья.
— Дурак…
— Поехали домой.
— Пока не могу, дел масса…
— Бросай это все. — Он взял ее ладонь и потянул на себя, заставив подняться.
Симона неуклюже выбралась из-за стола, погладила сильно округлившийся живот, и шагнула в распахнутые объятия мужа.
Илья прижал ее к себе, зарылся носом в шею и добрался до губ, вовлекая в сладкий поцелуй.
— Илюш, я хочу тебя, — прошептала Симона, умоляюще глядя в его глаза. Прекрасно знала, что он не сможет ей отказать, и беззастенчиво пользовалась своей властью.
— Поехали домой. — Илья с готовностью предложил свой вариант.
— Я сейчас хочу, — заныла Симона и капризно надула губки. Пальчиками игриво пробежалась по его груди и принялась ловко расстегивать пуговицы.
— Какая же ты ненасытная, — выдохнул он, ощутив ее прохладные ладони на своей коже.
— Это не я, ребенок требует…
— Пока ты родишь, мой член сотрется как ластик, — рассмеялся Илья, не поверив ни единому слову.
— Месяц всего остался. — Она помассировала плечи, плавно спустилась по груди и животу и взялась за ремень.
— Боюсь представить, что ты делаешь, когда меня нет рядом. — Он шумно втянул носом воздух и помог ей расстегнуть пряжку ремня. Симона, как ни пыталась, так и не смогла научиться это делать. Это единственное, что спасало его от круглосуточного изнасилования.
— Ничего, ты же знаешь, что я хочу исключительно тебя. — Она встала на носочки и, обняв за шею, притянула губы к своим, вовлекая в горячий поцелуй.
— Чем же я заслужил такое счастье?
— Ты самый сильный… самый смелый… самый нежный… и мной безумно любимый…
— Вот ты лиса, — засмеялся Илья и хрипло застонал, когда Симона добралась до члена и сжала его в ладони.
Он сдался и развернул к себе спиной. Расстегнул молнию и аккуратно помог снять платье. Белое красивое кружево нежно облегало набухшую грудь, Илья восхищенно провел по его краю пальцами, затем осторожно снял и припал губами к упругим полушариям. Симона сладко застонала и подалась вперед, растворяясь в его нежных ласках.
Илья подвел ее к дивану, медленно стянул трусики и поставил на колени на мягкую подушку. Жадными поцелуями прошелся по плечам и шее, спустился по спине и вынудил прогнуться в пояснице. Симона застонала и закусила губу от предвкушения. Дрожь нетерпения прошла по телу и сосредоточилась внизу живота. Илья слегка раздвинул ее бедра, мягко прошелся головкой по влажным складкам и толкнулся внутрь, осторожно заполняя собой. Нежно и плавно двигался в ней, срывая хриплые стоны. Аккуратно поигрывал с сосками, приближая их обоих к развязке. Насладившись сполна процессом, усилил натиск и увеличил темп. Находясь на грани, Симона крепко сжала спинку дивана и, не сдержавшись, громко всхлипнула, готовясь к прыжку в водоворот наслаждения. Илья понял ее без слов, сделал несколько выверенных движений и, прижав ее к себе, отправил их обоих к вершине блаженства.