— Я не хочу, чтобы меня оберегали, — наконец, разлепила я губы. — Хочу справляться с этим сама.
— Моя сильная девочка, — мягко сказал он и, отставив бокал, потянулся ко мне. Осторожно коснулся щеки и провел по ней. Я едва не замурлыкала, как кошка от ласки любимого хозяина.
Стук в дверь заставил меня вздрогнуть, а Ирмерия замереть. Недоуменно нахмурив брови, он убрал руку и поднялся с кресла.
— Ты кого-то ждешь? — напряженно спросила я, тоже вскакивая и не зная, что делать. В мои планы вовсе не входило, чтобы кто-то увидел меня в покоях ректора. Сопоставить дважды два не составит труда — и наша тайна будет раскрыта.
— Нет, я никого не жду, — откликнулся он и посмотрел на дверь в ванную комнату. — Если хочешь, можешь спрятаться там. Я постараюсь побыстрее выпроводить незваного гостя.
— Ладно, — обрадовалась я и метнулась в указанное помещение.
Оставив себе небольшую щель для обзора, затаилась за дверью. Вновь вернулось ощущение тревоги, возникшее, когда я сегодня смотрела на Ирмерия с бокалом вина. Что со мной происходит? Почему кажется, что отпущенное нам счастливое время с каждой секундой ускользает? А поделать с этим ничего нельзя. Может, во мне говорит обычная мнительность. В последнее время все труднее становилось убеждать себя, что однажды я смогу оставить Ирмерия.
Ректор прошел к двери, провернул ключ в замке и открыл. Я зажала себе рот ладонью, чтобы подавить изумленный возглас. Вот уж не ожидала, что ночным посетителем Ирмерия окажется принцесса Лаурна! Ревность, опалившая сердце, застала врасплох. В этот раз я оказалась к ней не готова. Сознание заволакивала пелена, мешающая мыслить здраво. Почему принцесса считает допустимым приходить так поздно в покои ректора? Может, такое происходило уже не раз, и Ирмерий играет на два фронта? А сегодня просто произошло недоразумение, и Лаурна что-то перепутала.
Но, похоже, ректор был в таком же недоумении, что и я. Он настолько удивился, что в первый момент не нашел, что сказать. Молча стоял и смотрел на бледную, как полотно, чем-то взволнованную девушку в прелестном белом платье, на которое она накинула кружевную черную шаль.
— Ваше высочество, — наконец, проговорил мужчина, — позвольте узнать, что привело вас ко мне в такой час.
— Лорд Старленд, пожалуйста, впустите меня. И я все объясню, — ее голос дрожал, глаза сверкали от застывших в них слез.
— Что-нибудь случилось? — он машинально отступил, пропуская ее. Думаю, в этот момент обо мне и вовсе позабыл, обеспокоенный странным состоянием принцессы.
Лаурна вошла и плотно закрыла за собой дверь. Ирмерий махнул рукой в сторону того кресла, где только что сидела я. Принцесса, напряженная, как струна, опустилась на сиденье. Ее взгляд упал на стоящие на столике между креслами два бокала.
— Я вам помешала? — ее щеки вспыхнули румянцем.
Я поразилась выдержке Ирмерия. Он и бровью не повел. Спокойно убрал оба бокала и проговорил:
— Незадолго до вас здесь был магистр Дондер. Мы обсуждали с ним кое-какие вопросы.
Лаурну удовлетворило такое объяснение, и она слабо улыбнулась.
— Простите мой поздний визит… Но я просто… — закрыв лицо ладонями, она вдруг расплакалась. Худенькие плечики тряслись.
Ректор бросил беглый взгляд в сторону ванны, где пряталась я, поколебался, но все же принялся утешать девушку. Опустившись рядом с ее креслом на колени, осторожно привлек к себе.
— Все хорошо… Успокойтесь…
Мне пришлось впиться ногтями в собственные ладони, чтобы подавить очередную вспышку ревности. Нет, я понимала, что в его жесте не было ничего двусмысленного. Он просто пытался успокоить плачущую девушку. Но ничего поделать с собой не могла. Как же ненавидела ее в этот момент! Еще сильнее, чем обычно. Мне казалось, что она притворяется. Что пришла сюда, лелея хитроумные замыслы. Ну еще бы! Какой мужчина устоит, если к нему поздним вечером придет хорошенькая, убитая горем девица, и станет искать утешения в его объятиях. А принцесса не так уж невинна и бесхитростна, какой пытается казаться!
Я лишь укрепилась в этой мысли, когда она охотно приникла к нему и спрятала лицо на его плече. Вцепилась в Ирмерия, словно неупокоенный, дорвавшийся до живой плоти, и зарыдала еще громче. Он гладил ее по спине и волосам, шептал бессвязные слова утешения. Ему явно было не по себе. Ирмерий то и дело бросал взгляды в мою сторону, справедливо полагая, что я стану подглядывать за ними. Взгляд выражал растерянность — его явно выбил из колеи приход Лаурны.
Истерика девушки длилась не меньше десяти минут. К тому времени я уже была готова выскочить из-за двери и высказать все, что о ней думаю. Но, наконец, судорожные всхлипы все же прекратились и она отлипла от моего мужчины. Я с непонятным злорадством подумала о том, что от слез ее лицо сильно подурнело, и тут же устыдилась. Похоже, ревность делает из меня какое-то злобное, самой мне противное существо. Нужно с этим заканчивать! Набрав в грудь побольше воздуха, я заставила себя успокоиться.
Ирмерий поднялся с колен, подошел к графину на прикроватной тумбочке и налил принцессе воды. Она трясущимися руками приняла стакан и судорожно выпила. Ее зубы лязгали о стекло — похоже, не притворяется. У нее и правда истерика. Да что же такого случилось? Теперь уже и меня это встревожило. Несмотря ни на что, я не желала девушке чего-то плохого. Просто хотела, чтобы пока она держалась подальше от Ирмерия. Конечно, мне все равно придется его ей отдать, но я надеялась, что это произойдет как можно позже.
Ректор сел в кресло напротив и устремил на Лаурну мерцающий взгляд.
— А теперь объясните мне, что случилось? Вам нужна моя помощь?
Лаурна несколько раз вдохнула и выдохнула, пытаясь справиться с волнением. Потом извлекла из потайного кармана на платье сложенный вчетверо лист дорогой пергаментной бумаги и протянула Ирмерию. Он взял послание и замер, глядя на разорванную сургучную печать внизу листа.
— Печать короля Гармина, вашего отца… Вы уверены, что хотите, чтобы я прочел это письмо?
Она кивнула, не сводя с него покрасневших жалобных глаз. Ирмерий нахмурился, но все же прочел послание. Затем в недоумении посмотрел на девушку.
— Я не понимаю… — он осекся при виде ее болезненно дернувшегося лица и уже мягче продолжил: — Письмо не содержит чего-то страшного. Простите, я уже опасался, что с вашим отцом произошло самое худшее. Но тут просто говорится о том…
— О том, что он нашел мне мужа, — выпалила Лаурна, прерывая его. Я схватилась за дверную ручку, чтобы устоять на ногах. Безумная радость, какую при этом почувствовала, поразила меня саму. Стоп. Я же хотела, чтобы мой Ирмерий стал мужем Лаурны, а затем и королем всех темных миров. Так почему же радуюсь, что этого не случится? Видать, у меня и правда парадоксальная логика, в чем не раз упрекал любимый.
— Но ведь вы понимаете, что рано или поздно это все равно бы произошло, — осторожно заметил Ирмерий, возвращая ей письмо.
Лаурна, принимая бумагу, не удержалась от того, чтобы не соприкоснуться с ним пальцами. Он тут же убрал руку и откинулся на спинку кресла.
— Да, я не так глупа, — ее губы скривила горькая улыбка. — Все вокруг твердят, что моему отцу недолго осталось. И до своей смерти он хочет устроить мою судьбу. Хочет, чтобы мой будущий муж еще при его жизни был назначен наследником престола. Но отец обещал подождать, пока я не окончу Академию. А теперь пишет, что обстоятельства вынуждают его поторопиться. Что за обстоятельства, он, конечно же, не считает нужным мне сообщить. Мое мнение вообще, похоже, не учитывается.
— Ваше высочество, — прервал Ирмерий, — думаю, ваш отец просто старается оградить вас от ненужных забот.
— Если ненужные заботы — это решить за меня всю мою дальнейшую судьбу, то я не готова это принять.
Я увидела Лаурну словно впервые. Раньше она всегда казалась тихой скромницей, настоящей леди, которую все мирское и обыденное почти не затрагивает. Сейчас же оказалось, что она далеко не так безропотна, какой ее все считали. Но поможет ли ей это? Отец Лаурны — самый могущественный вельможа темных миров. Вряд ли он даст дочери право выбора.
— Всего неделя, лорд Старленд, — глухо воскликнула она. — У меня всего неделя. Отец милостиво разрешил мне остаться в Академии до дня посещений. А потом за мной приедет один из советников и увезет к тому, кого для меня выбрали в качестве мужа. Объявят помолвку.
— Король Ринадий не такой уж плохой выбор, — попытался утешить ее Ирмерий.
Значит, вот, кому предстоит стать нашим новым верховным властителем! По сравнению с другими возможными кандидатами, типа того же Кайлена Дарбнира, вполне даже хороший выбор. Но, похоже, у принцессы на этот счет свое мнение.
— Не такой уж плохой выбор? — отстраненно повторила Лаурна и на ее губах появилась горькая усмешка. — Я оказалась столь наивна, что полагала, что смогу выйти замуж по собственному усмотрению… А что если скажу вам, что отец был не против этого? Он обещал мне…
Я похолодела, догадываясь, что последует дальше. Интересно, знает ли об этом сам Ирмерий?
— Думаю, если он вам это обещал, то выполнил бы, — осторожно проговорил ректор. — Но из письма явственно следует, что обстоятельства не оставляют ему выбора. Нужно как можно скорее решить этот вопрос.
— Потому я и здесь, — ее лицо вдруг стало спокойным. Только чуть подрагивающие губы выдавали волнение. — Чтобы его решить.
— Не совсем вас понимаю, ваше высочество, — Ирмерий скрестил руки на груди и в упор посмотрел на девушку.
— Скажите, что вы ко мне чувствуете, лорд Старленд? — эти слова дались ей тяжело, это было видно по напряженной позе.
Решающий момент… То, чего я с таким страхом ждала все это время. Предчувствие не обмануло. Наше время и правда истекло. Гораздо быстрее, чем я полагала. Я медленно опустилась на пол и обхватила колени руками. Продолжала наблюдать за происходящим и едва сдерживала рвущиеся изнутри рыдания.
— Что я к вам чувствую? — переспросил Ирмерий и снова бросил взгляд в сторону ванной. — Глубокое уважение, ваше высочество. Дружескую симпатию.