емон сразу же не превратил тебя в факел, а решил разобраться в ситуации.
Я ойкнула, осознав, какой страшной участи и правда избежала.
— Ладно, раз уж услышала, что поделаешь. Кому-то другому можно было бы стереть воспоминания, — я вздрогнула и нервно сглотнула. — Но с тобой, к сожалению, это не получится. — Он прищурился. — Скажу одно — о том, что ты услышала, не должна знать ни одна живая душа. По крайней мере, пока все не закончится.
— А что не закончится? — я встрепенулась, осознав, что основная опасность миновала.
— Кажется, одну присказку я тебе уже говорил недавно, — издевался он. — Много будешь знать…
— Помню я, — вздохнув, пристально уставилась на наставника. — Скажите одно, Лаурне удастся избежать брака с Велиаром?
— Все будет зависеть не только от меня, — декан помрачнел. — Не ожидал, что придется действовать так скоро. Ладно, Тиррен, я тебя предупредил. И лучше не маячь у Зепара перед глазами. А то ему может прийти в голову все же избавиться от ненадежного свидетеля.
Вся кровь отхлынула от моего лица. Представить себе обаятельного архидемона принимающим такое решение оказалось трудно. Но я уже не раз замечала, что не стоит доверять первому впечатлению.
— Полагаете, он на такое способен?
— Не обманывайся на его счет, Тиррен, — декан хмыкнул. — Вижу, даже на тебя произвело впечатление его смазливое личико. Если нужно, Зепар способен на многое. В том числе и на устранение одной рыжей, лезущей не в свое дело человечки.
Верить в такое не хотелось, и я кисло улыбнулась.
— Хорошо, буду держаться от него подальше. Хотя я и не особо стремилась к его обществу.
— Ага, я заметил, — с издевкой сказал декан. — Чуть в обморок не упала, когда он к тебе прикоснулся… — я снова залилась румянцем, не зная, что возразить. — Запомни на всю жизнь — демонам доверять нельзя. Даже самым обаятельным из них. Они всегда действуют сугубо в своих интересах. Не считай, что если он такой же красавчик, как Ирмерий Старленд, то и другими его достоинствами обладает.
— Я так и не считаю, — буркнула я. — И вообще кто вам сказал, что Зепар так уж меня заинтересовал? Я по-прежнему люблю Ирмерия.
— В этом не сомневаюсь, — его голос чуть смягчился. — Но не стоит недооценивать и то воздействие, какое этот высший инкуб производит на женщин. Надеюсь, ему не придет в голову проверять на тебе свои чары. Думаю, мне нужно будет поговорить с ним на эту тему и попросить держаться от тебя подальше.
— Вы правда это сделаете? — обрадовалась я.
— Раз уж взялся опекать тебя, приходится и на такое идти, — проворчал лорд Байдерн.
Он подошел к столику, взял с блюда краснобокое яблоко и несколько раз подкинул в воздух, потом обернулся ко мне.
— Да, еще… На ночь останешься здесь. Без моего сопровождения в дом советника Дарбирн тебе лучше не соваться.
Я чуть не расцеловала его, но вовремя одумалась. Зато улыбка моя едва ли не до ушей доставала.
— Ничего не имею против!
— Отлично. Ужин тебе подадут сюда. Я распоряжусь. Никуда сегодня больше не высовывайся, Тиррен. Для твоего же блага.
— Хорошо, обещаю! — поспешила заверить я.
Он с сомнением посмотрел на меня, затем покачал головой и вышел из комнаты, все так же подкидывая на ходу яблоко.
Я же блаженно вытянулась на кровати, думая о том, что жизнь, похоже, налаживается!
Глава 10
Принцесса, как и следовало ожидать, моей радости не разделяла. Узнав, что я с ней не еду, не меньше получаса пыталась заставить меня изменить мнение. Мы сидели в моей комнате, а она рассказывала о том, как отвратительно прошел ее день. Видать, пыталась вызвать у меня жалость, чтобы захотелось поехать с ней и поддержать. Но я стойко не поддавалась. Сочувствовала, конечно, но валила все на декана Байдерна. Мол, я бы с удовольствием поехала с Лаурной, но наставник, сволочь такая, категорически запретил. Потом, видя, что принцесса окончательно сникла, попыталась утешить:
— Нет, ну ты посмотри на ситуацию с другой стороны. Сейчас ты бы уже вовсю готовилась к брачной ночи с Ринадием. А так тебе дали отсрочку.
— Как-то это слабо утешает, — вздохнула Лаурна. — Да и на горизонте маячат еще более «радужные» перспективы. Стоит только представить, как этот чудовищный архидемон добьется своего, как жить не хочется.
— Не добьется! — уверенно заявила я и прикусила язык, осознав, что вообще-то быть такой уверенной мне не полагается.
Думала, что принцесса не заметит оплошности, но она оказалась гораздо проницательней, чем я думала.
— Почему ты так думаешь?
— Да я просто так ляпнула. Чтобы поддержать, — поспешила усыпить я ее подозрения.
— Ты ведь что-то знаешь, Летти, да? — не поддалась Лаурна.
Похоже, во дворце эта девушка, как хамелеон, обрела кучу качеств, что мирно себе спали в Академии. Умеет она подстраиваться под ситуацию, этого у нее не отнять. Или, может, все эти качества в ней были и раньше, просто она предпочитала не обнаруживать их. В Академии не считала это необходимым. Но чем больше я узнавала принцессу, тем больше понимала — она и правда достойна восхищения. И как только в ней уживаются такие противоположности? Смотрела на нее и думала о том, что обязана дать ей хоть небольшую надежду. Слишком много она страдала, чтобы заставлять ее проводить еще несколько ночей в слезах и терзаний по поводу собственной судьбы.
— Я не должна никому об этом говорить, — наконец, сказала я. — Но есть те, кто сделает все, чтобы не допустить этой свадьбы.
Лаурна откинулась на спинку кресла и пристально посмотрела на меня.
— Ты ведь знаешь, что все, что скажешь мне, останется между нами? В конце концов, это и в моих интересах. И я имею право знать все больше, чем кто бы то ни был. На кону моя судьба.
— Понимаю, Лаурна, но это не моя тайна. Скажу лишь, что я и сама знаю немного. Да и то, что знаю, стало известно по чистой случайности. Я подслушала один разговор. К сожалению, не в моей власти выведать больше.
— А вот это большой вопрос, — ее личико озарилось лукавой улыбкой. — Если встречи тех, кто замышляет что-то, будут проходить во дворце, нет ничего проще узнать их тайны.
Я подалась вперед, не сводя с нее взгляда.
— Что ты хочешь сказать?
— Весь дворец пронизывает сеть тайных ходов, Летти. План известен лишь мне и отцу. И передается от короля к его наследнику. Вообще-то и мне его не полагалось знать. Но отец слишком меня любит.
Мое сердечко затрепетало от предвкушения. Неужели Лаурна позволит мне все же узнать тайну, заставляющую умирать от любопытства?!
— Дай мне листок бумаги, и это станет известно и тебе, — девушка подмигнула. — Но с одним условием. Завтра расскажешь мне обо всем, что узнала.
— Не могу, Лаурна, — я с сожалением покачала головой. — Это значит предать доверие того, кто меня об этом просил.
Она приложила указательный пальчик к подбородку, на несколько секунд задумалась, потом изрекла:
— Ладно, тогда просто скажешь мне, насколько их планы действенны. Могу ли я не беспокоиться на самом деле из-за Велиара.
— Согласна, — я вздохнула с облегчением, решив, что это хорошая сделка.
И вскоре мы обе склонились над листком бумаги, на котором принцесса чертила план.
— Потом обязательно сожги его, — потребовала она. — Никто не должен знать, кроме тебя.
— Обещаю тебе.
Расстались мы вполне довольные друг другом. Видно было, что разговор заметно взбодрил принцессу и подарил надежду. Я же в возбуждении бегала по комнате, охваченная ликованием. Я смогу подсмотреть за тайной встречей, о которой известно лишь двоим! Узнаю такое, о чем даже не мечтала! Наконец-то смогу не довольствоваться крохами с барского стола, какие нехотя подкидывает декан Байдерн, а узнаю гораздо больше. Только бы не уснуть и не пропустить час икс!
Остаток вечера я занималась тем, что изучала план подземных ходов вдоль и поперек и готовилась к ночной вылазке. С аппетитом умяла принесенный мне ужин, радуясь, что не пришлось снова торчать в трапезном зале среди кучи волков и гиен. Вино благоразумно решила не пить — оно могло навеять сонливость. А это мне сейчас ни к чему. Веки и так начали слипаться уже в одиннадцать, и, чтобы взбодриться, я начала повторять приемы рукопашной. Потом ходила по комнате, не поддаваясь искушению хотя бы присесть в кресло. Слишком опасно. Могу задремать и не заметить.
Когда стрелки часов остановились за тридцать минут до решающего часа, я сграбастала листочек с планом, сняла со стены один из магических светильников и двинулась к одному из тайных входов. Лучше буду на месте пораньше, чтобы ничего не упустить. Ближайший оказался в нескольких сипаринах от моей комнаты. Нужно было определенным образом постучать по одной из каменных плит на стене, чтобы отъехал проход. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что никого нет, я скользнула в пугающую темноту, и дверь за мной тут же неслышно закрылась.
Я порадовалась тому, что захватила с собой светильник. Даже с ним пробираться по пустынным узким коридорам было страшновато. А что было бы, окажись я в полной темноте? Даже думать не хотелось. Тишина здесь стояла пугающая, мои шаги гулко отдавались в темноте. Хотя местами эту тишину разрезали звуки чьих-то голосов, и я понимала, что ход ведет мимо каких-то жилых помещений. Я старалась не отвлекаться ни на что. Хотелось побыстрее оказаться на месте. Слишком жутко было бродить здесь одной! Воображение услужливо подбрасывало картины выскакивающей из темноты нежити и прочих прелестей, которыми обычно пугают в страшных историях.
Сверившись с планом, я убедилась, что выбрала правильное направление. Не знаю, сколько прошло времени — оно в этом месте утрачивало привычную скорость — но я, наконец, вышла к нужному ходу. Замерла у каменной стены, за которой, как я точно знала, находилась комната лорда Байдерна. Стараясь производить как можно меньше шума, отодвинула скрытый глазок и заглянула в комнату. Лаурна объясняла, что обычно такие глазки прикрывали картинами, старинными доспехами или прочим в том же роде, чтобы они не бросались в глаза. Не знаю, что на этом месте было в комнате наставника, но я надеялась, что он и правда не заметит.