Я бросилась к двери, прижалась к ней ухом и стала прислушиваться к тому, что происходило снаружи. Комната декана находилась рядом с моей — я услышу, когда он подойдет к ней.
Не успели шаги лорда Байдерна стихнуть у двери соседней комнаты, как я распахнула свою. Он уже держался за ручку, собираясь пройти внутрь, но при виде меня передумал. Не говоря ни слова, двинулся ко мне и втолкнул в комнату. Запер мою дверь на ключ и только потом заговорил:
— Я думал, ты уже спишь. Хотел поговорить с тобой утром. Но даже хорошо, что не нужно откладывать.
— Где леди Ниона? — вырвалось у меня.
— Осталась во дворце. Все же кому-то из родственников нужно было остаться у тела покойного. Не думаю, что она питала к нему такие уж теплые чувства, — губы декана тронула холодная усмешка, — но разыграть горе у нее получилось великолепно. Гармин даже прослезился. Сыночек леди Нионы тоже не отставал от матери. Яблочко от яблоньки, как говорится…
— Как умер Ринадий? Вы уже выяснили? — по какой-то причине я все оттягивала разговор, который был для меня более важен. Теперь, когда стояла прямо перед дверью, в которую так долго безуспешно пыталась войти, почему-то охватил страх. Кто знает, какие чудовища скрываются за ней?..
Наставник прошел дальше в комнату, сел в кресло и устало откинулся на спинку. Поколебавшись, я последовала его примеру и устроилась в соседнем.
— Яд, — коротко бросил лорд Байдерн. — Был подмешан в вино. Похоже, у кого-то мысли работали в том же направлении, что и у тебя, — он криво ухмыльнулся.
— Я не пыталась никого травить, — меня даже передернуло от подобного сравнения.
— Разумеется. Прости, сорвалось с языка, — декан устало потер переносицу.
Наставник просит у меня прощения?! Ого, видать, сильно его из колеи выбило случившееся!
— Вы уже подозреваете кого-то?
— Маги просканировали энергию места преступления, — похоже, сегодня лорд Байдерн даже не пытается привычно мучить меня недоговорками. То ли слишком устал, то ли и впрямь теперь решил, что я достойна того, чтобы знать правду. Сильно надеялась, что второе… — Кто-то очень хорошо замел следы и подчистил там все. Уже это говорит о том, что магический уровень преступника неимоверно высок. Единственное, что удалось узнать: один из стражей заметил закутанную в плащ женскую фигуру, которая явно направлялась к покоям Ринадия. Зная о том, что наш бедный покойник никогда не упускал возможности поразвлечься, никто не придал этому значения.
— Значит, его убила женщина? — я содрогнулась. — Но кто?
— Есть у меня одно предположение, но вряд ли я сумею его предъявить нашим высоким гостям.
— Какое же?
— Трудно было не заметить, какой интерес проявлял Ринадий в последние два дня к одной высшей суккубше…
— Лилит?! — пораженно воскликнула я. — Но я думала, что они с Зепаром на нашей стороне.
— Она могла пойти на это, чтобы не вызвать подозрений у Велиара. Не сомневаюсь, что тот сам просил ее об этом.
— Чудовищно… И чем это все теперь нам грозит?
— Не сомневаюсь, что Велиар потребует от Гармина и Лаурны определенного ответа. И отрицательный его не устроит. Надеюсь лишь на то, что он выдержит перед этим хотя бы небольшой срок. Позволит оплакать покойного. Но надеяться на это слишком сильно не стоит.
Я кивнула. Его мысли совпали с моими собственными. Некоторое время между нами царило молчание, потом декан посмотрел на меня чуть более пристально и проговорил:
— Ты сумела достать артефакт?
Я вздрогнула. Ну вот и пришел тот момент, которого я одновременно боялась и ждала.
— Сумела.
Меня трясло, когда я поднималась с места, а потом шла к платяному шкафу. Достав спрятанную там книгу, двинулась к лорду Байдерну и поспешила передать ему ее. При этом почувствовала облегчение, когда мои руки больше не касались этого предмета. Сама не знаю, почему.
— Ты молодец, — декан в задумчивости гладил переплет книги, не глядя на меня. — Когда я наблюдал за тобой сегодня на ужине, понял, что и правда тебя недооценивал.
— Я не считаю, что сделала что-то выдающееся, — я поморщилась. — Лицемерить и обманывать кого-то не люблю.
— А жаль, — он покачал головой. — Это бы тебе очень пригодилось во время работы стража. Да и в жизни тоже…
— Не уверена, что так уж хочу быть стражем. А в жизни предпочитаю быть искренней.
Он бросил на меня беглый взгляд, но ничего на это не сказал.
— Я свое обещание выполнила, лорд Байдерн, — после затягивающегося молчания спросила я. — Теперь ваша очередь.
Декан едва слышно вздохнул.
— Не так я представлял себе этот разговор… Если честно, надеялся даже, что он никогда не состоится. Ты могла бы жить простой и понятной жизнью, не задумываясь о том, что только ее осложнит.
— Но я хочу знать правду, лорд Байдерн. И это мой выбор.
— Хорошо…
Он поднялся на ноги и приглушенный свет магических светильников на стенах огненным сполохом озарил его рослую статную фигуру. Я почему-то вжалась в кресло, словно ожидая от него какой-то угрозы. Но наставник даже не подумал приближаться ко мне. Смотрел отстраненно и задумчиво, а я чувствовала, как волосы на моей голове шевелятся от потрясения. За спиной декана Байдерна медленно материализовывались большие белые крылья. Мелькнула мысль, что когда-то я уже это видела — в тот вечер, когда Кайла Даминар и Шейн Лоннерс пытались меня убить. Но тогда я приняла все за бред возбужденного сознания.
— Гномья задница! — сорвалось с языка бесконтрольное.
Только то, что декан запрокинул голову и расхохотался, удержало меня на грани ускользающего сознания. Это все же он. Пусть даже к его физиологии добавилась такая странная деталь.
— Немного не такой реакции я ждал, — хмыкнул он, а затем потянулся к уху и с заметным усилием отсоединил его верхнюю часть. Потом то же самое проделал со вторым.
— Орки вас раздери, лорд Байдерн! — наверное, грязные ругательства сейчас были единственным, что удерживало меня на плаву. — Что это все значит?
Его уши больше не были типичными эльфийскими. Стали вполне себе обычными. Но что это означало, я никак не могла увязать между собой.
— Думаю, если ты сопоставишь то, что уже знаешь, то и сама догадаешься, что это значит, — к нему вернулась привычная ироничность.
— Вы… арас?
— Ну, наконец-то! А то я боялся, что от потрясения ты совсем утратила способность мыслить, — он картинно расхаживал передо мной, давая возможность в деталях рассмотреть великолепные крылья.
— Как вам удалось утаивать это столько времени? — спросила я напряженно. — Все считали вас чистокровным темным эльфом.
— Настоящий Тарин Байдерн погиб несколько веков назад во время бунта в восточных землях. Вместе со своими родителями. Мы воспользовались этим для создания достоверной легенды. Я занял место погибшего мальчика. Его ближайшие родственники никогда не видели его, поэтому никаких подозрений не возникло.
— И часто вы так внедряете своих агентов? — холодно спросила я.
— Прости, но эта не та информация, какой я могу с тобой делиться, — хмыкнул декан. — Сказать по правде, я считал, что о многом ты и сама догадаешься. Ты видела мои способности и даже сделала верное предположение, что мы с тобой в чем-то похожи. Оставалось лишь сделать выводы.
— Интересно, как я должна была это сделать, если об арасах мало кто вообще что-то знает, — проворчала я, немного справившись с волнением. — Я даже не знала, что у вас крылья есть. Видела их, конечно, но подумала, что у меня бред или галлюцинации. Между прочим, вы сами меня в этом убеждали!
— Мы не считаем нужным открывать наши возможности низшим расам.
Это прозвучало даже не напыщенно, а скорее, как констатация очевидного, но все равно меня уязвило. Значит, я была права, когда посчитала блондинку той еще занозой в заднице. Мол, я вся из себя такая крутая, а вы пыль под ногами. Кстати о блондинке…
— А та женщина, которую вы называли мидали, она такая же, как вы?
При упоминании о Дагере лицо декана тут же изменило выражение, стало мягче, что ли.
— Не совсем такая, — его голос даже слегка дрогнул. — Она высшая.
— Ага, значит, и у арасов не все равноправны, — я поморщилась. — Везде несправедливость. И чем же отличаются высшие от обычных?
Декан едва заметно повел плечами, и крылья за его спиной исчезли. Он снова нацепил накладные уши и устроился в кресле напротив.
— Есть способности, которые присущи всем представителям нашей расы. А есть те, что свидетельствуют о более высоком уровне.
— А подробнее можно? — настаивала я, поражаясь, что он вообще мне все это рассказывает. Я даже рассчитывать не могла, что он откроет настолько много. Или все это как-то касается меня лично? Почему-то по спине пробежал холодок.
— Абсолютно все арасы обладают невосприимчивостью к холоду и способностью управлять им, — тоном лектора начал он, глядя на меня с непроницаемым выражением. Я нервно сглотнула. Так, значит, у меня есть одна из типичных особенностей арасов. Как-то не хотелось додумывать мысль до конца. О том, что из этого следует… — Мы умеем летать.
Я не сумела удержать потрясенного возгласа:
— Да чтоб вас тролли заездили!
— Не ругайся, — поморщился наставник. — И почему так удивляешься? Как, полагаешь, я сумел успеть вовремя, когда ты позвала в очередной раз? Твой зов застал меня по дороге в Академию. Но даже на самоходном экипаже я вряд ли бы успел вовремя. Пришлось оставить машину и использовать свои возможности, чтобы перенестись к тебе. Потом, конечно, вернулся и сделал все, как надо. Хорошо, что была ночь и удалось сделать все незаметно.
— Простите за несдержанность. Когда я нервничаю, как-то само вырывается, — смутилась я. Потом немного подумала и поняла, что вот такой вот особенности у меня нет. Да, я могу вызывать легкость в теле и на короткое время взмывать в воздух. Но летать не умею. И крыльев у меня никаких нет — в этом абсолютно уверена!
— Еще есть способность общаться на волне, недоступной другим. Думаю, если сравнивать взаимоотношения арасов с какими-то аналогами из привычной тебе реальности, то это больше напоминает взаимоотношения насекомых. Мы способны устанавливать связь друг с другом, мысленно передавать информацию, если находимся в пределах досягаемости. У каждого четко отведенная роль и статус. Есть высшие арасы — наша элита, ради которых обычные, не задумываясь, пойдут даже на смерть. Наше предназначение — служить им.