Глаза Лорана прищурились, и он процедил:
— А можно подробнее? Что за история с орками?
Нет, ну вот лучше бы продолжал игнорировать! Я обреченно вздохнула, но Шейрис уже охотно рассказывала ему все, что знала о моем бесславном походе на Сайдер. Причем еще и приврала безбожно. В ее версии событий за мной гналась ватага из десяти орков, а сама Шейрис с охраной едва сумели меня отбить. Оставалось сидеть, прикрыв глаза ладонью, и ожидать, пока подруга угомонится. Лоран с каждой секундой мрачнел. Потом, когда поток откровений иссяк, решительно заявил:
— Значит, решено. Едем вместе.
Ничего не оставалось, как согласиться, мысленно пообещав себе высказать Шейрис все, что о ней думаю. И случай представился гораздо быстрее, чем полагала. За Лораном зашли Эльмер с Агрином, чтобы пригласить на посиделки в одной из комнат. С ними, разумеется, увязался Эдвин. Рыжего я чуть ли не вытолкала следом, радуясь, что могу, наконец, дать волю праведному гневу.
— Ну и что это было?! — уперев руки в бока, я наступала на подругу, невозмутимо сидящую на кровати.
— А что было? — она невинно улыбнулась.
— Сама знаешь!
При виде ее лукавой улыбки задохнулась от возникшего подозрения.
— Эй, колись, что у тебя на уме!
Шейрис театрально вздохнула и выпалила такое, что я дара речи лишилась на несколько секунд.
— Хотела дать возможность тебе и Лорану побыть вместе.
— Ты с ума сошла? — я буквально сипела от потрясения.
— Нет, ну я же вижу, что ты ему нравишься! Это трудно не заметить.
— Я ему нравлюсь?! Это с чего ты так решила вообще?! Из-за его постоянных издевок?
Или после того, что он учудил в душевой?! Шейрис, ты вообще не знаешь, о чем говоришь!
— Думаю, прекрасно знаю, — самое обидное, что она даже не восприняла всерьез мое возмущение. — Это уже все заметили. Да и в последнее время Лоран не ведет себя, как полный придурок. Наоборот…
— У меня слов нет, Шейрис!
Я плюхнулась на кровать и закусила губу, с возмущением глядя на подругу.
— Нет, ну, признайся, неужели он тебе ни капельки не нравится? Вон Лин по нему слюни пускает, это сразу видно. Красавчик, далеко не слабый, авторитетом пользуется.
— Если он тебе так нравится — забирай, — едко отозвалась я.
— Да и забрала бы, — не растерялась Шейрис, — только он по тебе сохнет.
— Да не сохнет он по мне!
— Если хочешь так думать, думай. Но со стороны-то виднее. И из вас бы получилась прекрасная пара.
— Ага, благородный дроу и человечка! — не удержалась я.
— Ну, жениться его на тебе никто ведь не заставляет.
— Шейрис!
Я упала лицом на подушку и уже в ней задохнулись неприличные ругательства. Как у подруги все просто! Хотя, может, это я все усложняю? И все же даже представить себя возлюбленной Лорана не могу. Это слишком странно. Я привыкла считать его заносчивым идиотом, который относится ко мне с презрением. Неожиданное открытие дввеба поразило.
Скорее всего, Шейрис все неправильно поняла. Может, у Лорана и правда гипертрофированное чувство ответственности за членов команды. А она уже напридумывала себе неизвестно что. Но как бы то ни было, в воскресенье мне придется ехать в Даран в обществе Лорана. И могу себе представить, насколько «приятной» будет эта поездочка…
Глава 10
Мои опасения подтвердились. Лоран брюзжал всю дорогу до Арклана, где мы с ним должны были сесть на проезжавший мимо дилижанс. Говорил о том, что в такую рань (а выйти нам пришлось в пять утра), в собственный выходной он мог еще спать. А вместо этого приходится тащиться в город, а потом несколько часов трястись в экипаже. Возникало ощущение, словно это я его уговаривала со мной поехать. Я едва сдерживала рвущиеся наружу ругательства, но не хотела усугублять ситуацию. Понятно, что он все равно не отстанет, но если я еще сильнее разозлю его, станет совершенно невыносим. А так, глядишь, и выдохнется, не видя реакции. Но когда он в сотый раз заявил, что мне просто делать нечего — ехать в Даран, и я могла написать матери, чтобы приехала сама, — я не выдержала.
— Лоран, обойдусь как-нибудь и без твоей помощи! Можешь возвращаться.
— Ага, а потом вся пятерка будет страдать, когда из-за тебя мы не сможем сдать нормативы. Вдруг ногу себе сломаешь или еще что-то приключится.
— Тогда заткнись! — попросила я и ускорила шаг, не желая и дальше идти рядом с ним.
Слышала, как дроу за спиной продолжает бурчать что-то, и старалась не обращать внимания. Ну и характерец же у него! И Шейрис всерьез считает, что Лоран такое уж счастье?! Его будущей жене я точно не завидую!
Когда мы, наконец-то, сели в самоходный экипаж, я вздохнула с облегчением. При посторонних Лоран не желал поднимать набившую оскомину тему. К тому же компания, собравшаяся в дилижансе, вызывала у него явное отвращение. Обычные ремесленники и парочка крестьян. Ни одного аристократа, к которому он мог бы обратиться, не поколебав короны на голове. Так что Лоран, скривив губы, созерцал пейзажи и иногда косился на меня.
Я же радовалась возможности погрузиться в собственные мысли. О том, как замечательно устроится судьба мамы в Арклане, как она обязательно произведет благоприятное впечатление на господина Дамьена. В общем, настраивала себя на хорошее. Был еще один объект, о котором хотелось подумать и помечтать, но мысли о нем упорно отгоняла.
Ректор. После того поцелуя я уже не могла смотреть на него так, как раньше. Вновь и вновь представляла, как мягкие губы касаются моих, каковы они на вкус. Ощущала запах тонкого парфюма, исходящий от этого мужчины. Казалось, если закрою глаза, то смогу снова вернуться в тот сказочный момент. Стыдно признаться, но с того дня мне по ночам снились эротические сны с участием Ирмерия Старленда. Такие реальные, почти осязаемые, что когда я просыпалась, все тело сладостно ныло. Похоже, наваждение лишь усиливается, и я понятия не имела, как избавиться от него. Этот мужчина перевернул всю мою душу.
Так, не думать о ректоре! Не думать о нем. Лучше послушаю, о чем говорят спутники, которые от нечего делать завели неспешную беседу. Понемногу даже заинтересовалась.
Один из ремесленников рассказывал совершенно невероятную историю:
— Так вот, сам я из Дарана. В Сайдер по делам ездил. Живу в пригороде. Там у нас всегда было спокойно. Злодеи если и объявлялись, то в основном ворье какое-нибудь. А тут, пару дней назад такое случилось, что пришлось стражей из города звать.
— Что ж у вас случилось такое? — полюбопытствовал другой, который, насколько я поняла, наоборот, жил в Сайдере, а в Даран по делам ехал.
— Жила у нас на отшибе вдовушка одна. Наполовину человечка, а они, как известно, слабы на одно место, — он усмехнулся и бросил многозначительный взгляд на меня.
Я поджала губы от возмущения, а Лоран хмыкнул. Вот ведь сволочь — делает вид, что ему все безразлично, а сам втихомолку прислушивается!
— Так вот, — продолжал теперь вызывающий у меня неприязнь ремесленник, — красавица она была, прямо загляденье! Хоть и под сороковник уже. Но на лице ни морщинки, волосы светлые. А глаза голубые-голубые! Вот как у этой рыжей почти, — он опять кивнул в мою сторону, и все немедленно вперились в меня взглядами. Я демонстративно закрыла глаза назло рассказчику. — К вдовушке часто захаживали сами знаете, по какому делу. Потому никто не удивился, когда у нее в ту ночь до утра свет горел. Подумали, что ночь удалась, вот и все. А днем она из дому не вышла. Решили, что отсыпается, опять никто ничего не заподозрил. Только вечерком наш кузнец решил навестить красотку. Взял винца, угощения, все как полагается. Мы еще с мужиками ему веселой ночки пожелали. Собрались тогда у гончара, а его дом как раз напротив вдовушкиного. Так вот, смотрим, выбегает кузнец совсем белый. Руки трясутся, глаза едва из орбит не вылезают. Поронял и вино, и угощение, и даже не заметил. Ясное дело, все тут же к нему. Расспрашивать стали: что к чему. А он ничего сказать не может, только пальцем трясет на дом тот.
Даранец сделал многозначительную паузу, и его тут же поторопили:
— И что ж было там?!
— Заходим в дом. А на полу… Я такого в жизни не видел, Тараш мне свидетель!
Даже Лоран соизволил повернуться, заинтригованный рассказом. Мужик же потемнел весь, заново возвращаясь к тому, что видел.
— Лежит вдовушка, в красном платье, в каком ее часто видели. Только вот вид у нее…
Куда подевалось лицо без единой морщинки и волосы, какими она всегда кичилась? — театрально возгласил ремесленник. — Старуха дряхлая, словно ей уже лет девяносто по человечьим меркам. Лицо сморщенное, словно высохшее яблоко, волосы седые. Только глаза… Голубые-голубые, молодые по-прежнему. Застыли и словно на нас смотрят. Вот по глазам ее только и признать можно было.
— Жуть какая! — я передернула плечами. — Что-то не верится мне в эту историю, — мстительно добавила.
— Верь — не верь, а только правда это. А на следующую ночь в соседней деревушке то же самое приключилось. Только с мужиком уже. Тоже вдовцом. Только там, говорят, кто-то видел, как из его дома тень темная кралась.
— Неужто пограничная нечисть какая? — почесал затылок сайдерец. — Слышал, они иногда защитные ограждения прорывают.
— Дык откель там нечисть? Ближайший пограничный лес в Арклане. Даже если и так, то почему убийства с наших земель начались?
— А мне это напоминает одну легенду, — вмешался в разговор до этого молчавший рослый мужик. — Лет шесть назад слышал. Я тогда в войске служил. Во время последнего похода на оборотней ребята рассказывали. Мол, у местных легенда ходит про Черную Тень. Так они ту тварь называют. Рыщет она по поселениям, выискивает себе поживу. И после нее такие вот трупы остаются. Высасывает молодость у них.
— Это типа вампира, что ль? — почесал затылок даранец.
— Ага, только вампир кровь хлещет, а эта тварь годы. Даже не знаю, что лучше, — глубокомысленно изрек бывший воин. — Так местные ее боятся и считают, что это мы на них наслали. После Черной Тени, говорят, целые деревни вымирают. Я сам, правда, не видел это.