— Нет. Просто в мою голову снова пытались проникнуть. Было неприятно, — лишь отчасти соврала я. — Меня до сих пор трясет.
Похоже, дроу удовлетворился этим объяснением.
— Ректор что-нибудь обнаружил?
— Сказал, что, возможно, дело в блоке. Он его тоже увидел.
— А конкретнее?
— Когда я узнаю что-то конкретное, обязательно тебе скажу, — буркнула я. — А пока можешь не донимать меня разговорами? Я смертельно устала, а мне еще в Арклане до вечера торчать. Хочу принять душ и немного взбодриться. Может, станет полегче.
Лоран недовольно засопел, наверное, от моего тона, но не стал отвечать в своей едкой манере. Может, пожалел из-за того, что я сказала, что плохо себя чувствую. Кто его знает?
Иногда его мотивы для меня тайна за семью печатями.
Только оказавшись одна в душевой, подставляя лицо струям теплой воды, я дала волю эмоциям. По щекам потоком заструились слезы. Тело все еще ныло от нашей с Ирмерием близости. Казалось, все еще ощущаю наполненность им, его ритмичные толчки внутри меня.
Как же хотелось иметь полное право наслаждаться единением с ним, не прячась ни от кого, не испытывая сомнений и терзаний. Но я не могу… Между нами все так сложно. Смогу ли я смириться с тем, что счастье придется получать урывками, словно преступница? Может, лучше никогда больше не испытывать его вновь, чтобы потом не было так больно? Пока я не могла понять, на что готова и чего хочу. Слишком большой сумбур царил в голове. Вдобавок сегодняшний случай с Шейрис давал свое. Я чуть не убила подругу. Или не я, а что-то внутри, но это дела не меняет… И пусть все обошлось, но кто поручится, что это не повторится?
Я позволила себе еще пять минут порыдать и пожалеть себя, потом вышла из душа и наскоро оделась. Нельзя больше раскисать. Меня ждут работа и обязанности.
Когда мы с Лораном и Вейном шли по дороге в Арклан, между нами царило молчание.
Дроу и так обычно не утруждал себя разговором с нами — слишком презирал целителя для этого. Беседовали всегда мы с Вейном, но сейчас я была просто не в состоянии трепаться о пустяках. Мысли неизменно возвращались к недавним событиям, повергая в полное смятение. Первым всеобщего игнора не выдержал целитель, но его слова тут же вырвали нас из собственных мыслей:
— А вы слышали, что Шейн упросил декана Байдерна заменить наказание службой в пограничном дозоре?
— Что?! — немедленно отреагировала я.
Радуясь, что ему удалось привлечь наше внимание, Вейн разлился соловьем:
— Он согласился бесплатно выполнять обязанности стража в течение двух оставшихся недель!
— А ты откуда знаешь? — с недоумением спросил Лоран.
— Лаурна слышала, как декан с ректором ссорились из-за этого. Ректор никак не соглашался, но вашему лорду Байдерну всегда было плевать на это. Он заявил, что как декан, имеет право заменить наказание на исправительные работы.
— Значит, Шейн теперь по вечерам будет в Арклане торчать? — хмуро бросил дроу.
— Ну, вообще-то, патрулировать территорию должен. Но стражи обычно все равно находят время позависать у господина Дамьена.
— Пусть только попробует к тебе опять сунуться, — процедил Лоран, бросая на меня мрачный взгляд.
— Думаю, ему этого делать не захочется, — неуверенно возразила я. — Лорд Старленд его предупредил, что еще одна подобная выходка, и его отчислят из Академии.
— Ну, будем надеяться, — заявил дроу.
Я же почему-то ощутила неприятный холодок от известия о том, что Шейн будет рядом за пределами Академии. Возможно, уже тогда чувствовала что-то нехорошее, но не могла толком объяснить, с чем это было связано. Как бы то ни было, выбора нет. Если уж ректор не смог ничего сделать, то что могу сделать я? Для декана Байдерна покушение на честь адептки-человечки вряд ли настолько серьезный проступок, чтобы поддержать наказание ректора. Если, конечно, Ирмерий рассказал ему всю правду. Сильно сомневаюсь в этом. Он не хочет, чтобы о случившемся узнали, а декан Байдерн не тот человек, которому решил бы довериться. Но все же надеюсь, что Шейну хватит ума не испытывать терпение ректора.
Глава 5
Сегодня вечером я чувствовала себя такой усталой из-за всех событий дня, что решила сделать исключение и не идти на тренировку. Устроилась на кровати с учебником по «Основам теоретической магии» и постаралась погрузиться в нужный параграф. Помимо меня и Лорана, в комнате еще находился Кристор, так что если дроу и было что сказать мне, то он оставил это при себе. Не успела я погрузиться в учебу, как послышался стук в дверь. Я без особого интереса подняла глаза, ожидая увидеть кого-то из приятелей Лорана. Обычно они проводили с ним время, пока я тренировалась с Шейрис и Эдвином. Наверное, черноглазый подумал о том же, потому что тут же встал с кровати, где тупо лежал, уставившись в потолок, и сам пошел открывать.
Но к нашему удивлению, за дверью оказался один из дежурных по административной части. Старшекурсник с синей эмблемой с самым деловым видом проговорил:
— Мне нужна Летти Тиррен. Она здесь?
Дождавшись утвердительного ответа, отодвинул Лорана в сторону и прошел внутрь.
— Это я, — осторожно выдавила я, ожидая очередной неприятности. — А что случилось?
— Вас вызывает к себе ректор.
Пока я переваривала полученную информацию, поднимаясь с кровати и накидывая на себя мантию, Лоран с хмурым видом бросил:
— Опять? По какому поводу?
— Меня не посвящали, — сказал старшекурсник с таким видом, словно делал ему огромное одолжение своим ответом.
— Я провожу тебя, — вскинулся Лоран, увидев, что я уже иду к двери.
— Не нужно, — поспешила ответить. — Меня дежурный проводит.
Мой ответ Лорану явно не понравился, но устраивать скандал при постороннем он видно постеснялся.
Пока мы со старшекурсником шли к учебному корпусу, я лихорадочно размышляла, зачем Ирмерий Старленд хочет меня видеть. Неужели по личному вопросу? Других поводов я просто не могла придумать. Но вызывать вот так, официально, не боясь, что это покажется кому-то подозрительным… Я вспомнила нашу последнюю встречу и его слова, сказанные на прощание: «Ты нужна мне…» По телу прокатилась сладостная дрожь, сердце защемило. Но я постаралась не поддаваться эмоциям. Как ни будет трудно, я не должна допустить повторения того, что случилось сегодня в аудитории. Чем дальше все зайдет, тем труднее будет смириться с неизбежной утратой. Постараюсь, чтобы ректор сам понял, насколько бессмысленным было даже начинать все это.
У дверей приемной дежурный меня оставил. Я же, поколебавшись несколько секунд, толкнула дверь и вошла в пустую приемную. Ферны в такой поздний час не было на месте, а дверь в кабинет оказалась приоткрытой. Оттуда виднелась полоска света, и я поняла, что ректора найду именно там. Нерешительно двинулась к кабинету и замерла на пороге.
Ирмерий стоял у окна и смотрел на залитый лунным светом двор Академии. Осознала, что он, должно быть, видел, как я входила в здание. Что он чувствует сейчас? Что хочет мне сказать?
— Спасибо, что пришла, — не поворачиваясь, тихо произнес ректор.
— Как можно не прийти, когда вы прислали за мной дежурного и передали через него свое распоряжение? — как можно холоднее сказала я, хотя все внутри плавилось от его близости.
Я радовалась, что сейчас не могу видеть его лица, иначе сдерживать настоящие чувства стало бы еще труднее.
— Значит, иначе ты бы не пришла? — в его тоне послышалась горечь, уколовшая в самое сердце.
Ирмерий повернулся и, наконец, посмотрел на меня. Я поразилась тому, сколько чувства сейчас излучали его прекрасные глаза.
— Зачем вы меня вызывали, лорд Старленд? — пришлось сжать всю волю в кулак, чтобы сохранить невозмутимость.
— Наедине ты могла бы звать меня просто по имени, — в его голосе послышался упрек. — После того, что между нами было, я думал, мы стали гораздо ближе.
— А что было, лорд Старленд? — я намеренно подчеркнула обращение. — Всего лишь взаимное физическое притяжение. Мы поддались порыву, который уже прошел.
Некоторое время он смотрел на меня чуть прищуренными глазами, будто пытаясь осознать смысл сказанного. Потом тряхнул головой, и в следующую секунду лицо стало холодным и отстраненным.
— Собственно, я вызывал вас не для выяснения личных отношений, адептка Тиррен. — Теперь уже меня болезненно уколол его тон. Но чего я ожидала? Первая затеяла эту игру, а он лишь согласился на ее правила.
— В таком случае для чего?
— Присаживайтесь, — он махнул рукой в сторону стула для посетителей, и я с радостью опустилась на него. Когда стоишь, трудно скрыть дрожь в ногах. А меня сейчас всю колотило от противоречивых эмоций, которые прятать становилось все труднее.
Ирмерий продолжал стоять у окна. Скрестил руки на груди и скользил по мне спокойным безразличным взглядом. Если и играл, то делал это мастерски. Намного лучше, чем я. Так мастерски, что у меня глаза защипало от подступающих слез.
— Речь об адепте Лоннерсе, — соизволил заговорить ректор. — Я подумал, что должен лично сообщить вам о смене его наказания.
— Вы немного опоздали, — отозвалась я, передернув плечами. Меньше всего хотелось сейчас говорить о Шейне. Теперь я сама желала выяснить то, что происходит между нами.
Но, видимо, упустила единственную возможность. — Мне уже рассказали об этом. Ему заменили запрет покидать Академию на исправительные работы в пограничной страже.
— Именно так. — Он немного помолчал, потом продолжил: — Хочу, чтобы вы поняли, я бы мог настоять на прежнем наказании. Но для этого пришлось бы посвятить декана Байдерна в настоящую причину моего решения. А я не хотел бы этого делать.
— Все в порядке, — тихо откликнулась я. — Вы правы, лучше не предавать это огласке.
— Рад, что вы одобрили мое решение.
Воцарилась тишина. Все было уже сказано. Ирмерию оставалось только попрощаться и разрешить мне уйти, но он почему-то медлил. Смотрел с затаенной надеждой, будто ожидал, что я что-то скажу или сделаю, что продлит нашу встречу. И, Тараш свидетель, как же сильно я сама этого хотела! Но понимала, что это только все усложнит. Пришлось приложить немало усилий, чтобы подняться со стула и, не глядя на ректора, произнести: