«Говорят, в третий раз нельзя раскуривать одну и ту же сигару, но ведь это у меня только второй», — нашелся землянин, сказав с глубоким поклоном:
— Великие темные, это не кощунство.
Зажег край сигары, быстро начертал на початой ножке микроскопическую руну Огнис, которую, наверное, и в увеличительное стекло не увидишь. Так и вышло, темный-темный человек легонько подул и с наслаждением не стал выпускать дым, он втянул его в себя, причем весь остаток кубинки Cohiba Piramides Extra был выкурен за одну затяжку. Да уж, вкурил так вкурил.
На Ярослава словно нахлынуло, в руке черного-черного человека вдруг появилось что-то вроде тонкой кисточки, где, похоже, каждый волосок был чем-то вроде луча лазера. И на плечевую кость легли первые сияющие руны, обрамленные умопомрачительной вязью. Пространство внутри барьера тьмы при каждом мазке мастера и прикосновении к плечевой кости словно бы сотрясалось, кривилось и искажалось. Периодически появлялись какие-то потусторонние, словно живые, образы, светящиеся растения, звери ошеломительной красоты. Смотрелся весь это магический транс уж очень запредельно, Ева и Лян замерли, иногда ошарашено поглядывая друг на друга.
И вот тут темного творца не на шутку, как говорится, торкнуло. Ярослав вдруг ощутил до трепета в душе родной теплый ветер с Финского залива, пахший свежестью и запахом водорослей. И это пробрало и зацепило даже покруче кубинки.
— Ба! — воскликнул Ярослав, оглядываясь, он сидел на большом колдовском валуне в самом центре Волшебного Пулковского леса. Его леса! Его места силы! Почему-то он знал и понимал только это, всего остального не помнил. Даже имени своего, как ни старался, не смог воспроизвести. Разве что точно знал, что находится в самом нужном для него месте. А вот эта здоровенная ветка дерева Даар, та, что он крепко держит в руках, должна его стараниями стать боевым посохом. И только тогда, когда он закончит эту работу, все будет хорошо и правильно. Он встал, с придыханием огляделся: творилось прекрасное, словно писалась память победитовым резцом, ночная, родная и невероятная магическая красота колдовского леса. Жаль, что только зверье видело это стихийное действие. Нет, они не боялись этих быстрых магических изменений и периодических сотрясений пространства, они, скорей всего, были рады видеть своего создателя за работой.
— Все, закончил, — сказал темный артефактор, от усталости, с трудом поднимаясь на ноги, двумя руками опираясь на сияющий, как сверхновая посох, ведь это сияние его совсем не слепило. Вымотанный артефактор не обратил внимания, как этот ярчайший жезл плавит гранит и по сантиметру уходит в валун.
И как только он глубоко вздохнул, расправив плечи, счастливый и довольный проделанной работой тут же исчез. А оставшийся без надзора колдовской посох стал медленно затухать, а уже через несколько минут и вовсе померк.
Глава 8. Вынужденный Ассасин
Выход из транса вышел болезненным. Такое впечатление, что на Яра скалой обрушилось сразу все: какая-то невыносимая раздвоенность и видения, магическое истощение и дикая физическая усталость. Ноги тряслись и не держали, и он бы упал, если бы его не подхватили под руки. Несмотря на то, как согласованно работали лечебные блоки, чувствовал Яр себя крайне отвратно. Хорошо, что Ева и Лян были рядом и вовремя среагировали, поддержали. Темный артефактор кивком поблагодарил их и со старческой одышкой прошептал:
— Похоже, в этой форме лечебные заклинания, да и вообще заклинания малоэффективны, впрочем, как и холодное оружие.
Ему очень хотелось махнуть на все рукой и, наконец, закончить этот затянувшийся эксперимент. И вроде бы даже с лежащим на хирургическом столе все было хорошо. Если, конечно, так можно сказать, ведь Яр почти ничего не помнил. Верней, у него все перемешалось после иступленной одновременной работы сразу в двух пространствах. Здесь, в Проклятых землях, и там - на родной планете в колдовском лесу. Поэтому прежде чем покидать это почти газообразное состояние, по-хорошему, нужно было все же убедиться в результате. Тем более хронометр показывал, что они здесь уже двадцать один час. Теперь понятно, почему чувствуется такое истощение.
«Жесть какая! Впредь нужно все же поосторожней обращаться с кубинским дымом, а вот с этой усталостью нужно что-то делать прямо сейчас».
Подумал — сделал, благо в идеях у Ярослава никогда недостатка не ощущалось, да и початая бутылка минералки уже какое-то время привлекала внимание.
— Ева, возьми, пожалуйста, «Ессентуки», и давайте отойдем к барьеру, боюсь, это может навредить пациенту. — Сам он пока не чувствовал сил передвигаться, а вот на дополнительную перегородку-щит и микроскопичную руну Огнис в центре пузырящейся жидкости его еще хватило. На взрыв и осколки стекла это черная-черная троица даже и внимания не обратила. Ха, пустяки какие, а вот пар зашел так зашел — невероятная благодать и моментальное восстановление всего нужного, включая настроение.
— Хорошо-то как…
Осмотр проделанной работы привел к едва скрываемому замешательству и вопросу: «А я ли это сделал?»
Ведь Яр и рисовать-то никогда не умел, в сознание исподволь змеей закралось сомнение. Еще бы! В магическом зрении лежавший смотрелся как сложнейший высокохудожественный артефакт. Где руны темных невероятно гармонично вписывались в художественные элементы родного колдовского леса, казалось, живущего своей тайной ночной жизнью.
— Ева, Лян, — обратился Ярослав к помощникам. — Вы видели, как я это делал? — И черный-черный человек указал на лежащего. — Если честно, я мало, что помню.
— И неудивительно, Повелитель, — ответила Ева. — Мы с Ляном едва успевали за вашими действиями. Хозяин, вы очень быстро работали, можно сказать, невероятно быстро. — Ева повернулась к Ляну и жестом предложила ему высказаться.
— Подтверждаю все сказанное, — продолжил Лян, — еще отмечу, пожалуй, периодическое мерцание вашей формы, а временами и вовсе исчезновение. На наши вопросы и призывы вы совершенно не реагировали до самого завершения. Нам оставалось только идти за вами, контролируя данные и по возможности помогая.
— Все этапы работ руки-ноги, лопатки-таз, позвоночник-череп зафиксированы, вы и сами можете в этом убедиться.
— Ева, тогда выводи последний этап.
Образ Евы сокрушенно покачал головой
— Хозяин, увы, этого сделать ни я, ни Лян не можем. Допуск строго ограничен, и он только у вас.
На что черный-черный человек лишь хмыкнул и уверенным голосом сказал:
— Все, мои дорогие, завершаем проект, — он деактивировал Полог тьмы и вышел из формы «темный артефактор».
Прислушался к себе: глаза видят, уши слышат, сердце отбивает обычный ритм, сил с избытком, словно с курорта вернулся. Зажмурился и сладко потянулся.
— Привет, убежище.
Сел, осмотрел себя, все в норме, глянул магическим зрением и от увиденного вскочил на ноги. Ничего, тот чудесный орнамент, над которым работал двадцать часов, отсутствовал. Интуитивно задействовал простейшее заклинание Спутник. Небольшой шарик, вспыхнувший в руке, отозвался светом. И сразу все изменилось. На время использования магии он словно с ног до головы стал частью темной ночи, на фоне которой пробудился огнями колдовской лес. От убеждения, что переиграл сам себя, спас переход на обычное зрение. Благо в этом состоянии он выглядел вполне нормальным землянином, что поумерило и убрало зуд и ощущение кардинальной ошибки.
Ну а дальше происходящее рядом в пространстве и вовсе освободило от этих совсем ненужных сейчас терзаний. В воздухе словно невидимой рукой писалось знакомыми черными размашистыми росчерками:
Внимание! Яр Роу Темный
На вас обратила внимание Тьма.
Открыт новый именной стиль темной артефакторики «Колдовской лес».
Дары Высочайшей:
Одна подсказка (рандомно)
Заклинание «Острие тьмы», Заклинание «Плащ тьмы», Заклинание «Темный двойник».
Что тут сказать… Больше всего внимание Ярослава привлекла и заинтриговала в дарах Высочайшей подсказка. Вроде бы все ясно и понятно. Но Ярослав уже кое-что понимал вот в этих сообщениях высших сил. Это шло в дарах самым первым, а значит, являлось самым ценным, намного большим, чем все нижеследующие заклинания. После такого вывода, если прислушаться к ноющей интуиции, воспринимался этот дар по-настоящему пугающе, как какое-то серьезное предупреждение.
— Муть все это, бутор, нужно действовать.
Подошел к панорамному окну, там все было по-старому, хотя уже достаточно светло, в песках зачинался новый день. Вдруг подумалось: «Похоже, они даже и не собираются отсюда сваливать? Может, подозревают или знают, что мы где-то рядом? Ну что ж, мы тоже подождем. Мы терпеливые».
Как показала практика, терпения у мертвых оказалось гораздо больше, Яр с портальщиком выдержали три дня и три ночи. Все эти дни они до одури плавали в бассейне и фехтовали в нижнем зале. Поначалу это как-то занимало. Но к третьей ночи землянин решил, что все хватит, эта кротовая нора в которую они забились, по правде сказать - проигрыш. И если все пойдет так же и дальше, они рискуют остаться здесь очень надолго, если не навсегда.
Едва дождались ночи. До этого легли пораньше и хорошенько отдохнули — хотя зачем обманывать? — оба просто лежали с закрытыми глазами, и каждый думал о чем-то своем. Собрались в центральном уровне почти сразу после полуночи. Портальщик был возбужден, а вот землянин старался держаться спокойно, дабы еще больше не возбуждать своего напарника.
«Пора», — решился Яр.
— Слушай вводную, солдат, — с улыбкой сказал Ярослав. — Постараюсь коротко и доходчиво. Нам отсюда выбраться будет очень сложно, но не невозможно. Лучший вариант — убрать этих троих Некромантов. Они - основная сила этой отвратно пахнущей могильной своры. Чем я и намерен заняться. Ты сидишь здесь и наблюдаешь. Выходишь, только если услышишь или увидишь тревогу в стане нежити.