Эта потеря не вызвала у Шоквейва никаких чувств. Он нимало не загрустил оттого, что его ручной зверь уничтожен. Однако его разозлило, что долгие годы работы и исследований погибли столь бесславно. Он нацелил свою тяжелую пушку на Оптимуса и открыл шквальный огонь.
Выстрелы попали в летательный аппарат Оптимуса и уничтожили систему двигателей. Оптимуса занесло. Он начал падать, кружась по спирали, ударился о стену высокого здания и застрял в обломках.
А Бамблби тем временем затеял жестокую битву с Саундвейвом. Но на помощь противнику прибыли еще несколько Десептиконов, и они быстро подавили Бамблби численностью. Он попал в плен к Саундвейву.
Но главными героями показали себя двое самых маленьких Трансформеров. Вили и Брейнс прибыли в Чикаго вместе с остальными Автоботами, но поскольку они не относились к боевому типу, то вынуждены были сидеть и ждать в укрытии. Но даже при этом они были достаточно близко к месту схватки, чтобы видеть всё происходящее. Они заметили, что Бамблби захвачен врагами, и решили, что пришло время действовать.
Они не могли в одиночку сразиться с Саундвейвом и его воинами-Десептиконами, однако хитрый Вили придумал план.
В суматохе никто из Десептиконов не заметил, как два маленьких служебных робота проскользнули между грудами обломков, вскарабкались по стене и вспрыгнули на корпус огромного боевого крейсера Десептиконов, на котором содержались» пленные Автоботы.
Крейсер парил над Саундвейвом, а на опустевшем кресле пилота сидели Вили и Брейнс. Вили разглядывал приборную панель.
– «В полете не включать», – прочитал он вслух.
– Сказано не включать – значит, не включай, – посоветовал ему Брейнс. – Мы как раз в полете.
– Это верно, – отозвался Вили и нажал на кнопку.
Как раз в этот миг Саундвейв торжествовал победу над Бамблби. Но радость была недолгой. Неожиданно на землю стали падать боевые ракеты, установленные в трюме крейсера. Вили нажал кнопку сброса! Большая часть ракет рухнула на головы Десептиконам.
Под грохот взрывов Бамблби поднялся на ноги и прицелился из пушки. Больше Саундвейв никогда не побеспокоит Автоботов.
Но самому Бамблби еще грозила опасность. Пока он сражался, сзади к нему неслышно приблизился Шоквейв.
Бежать было некуда, и Бамблби очутился один на один с врагом. Единственный глаз Десептикона горел ненавистью,
Вдруг над головой промелькнула тень. Это Оптимус, высвободившись из обломков, ринулся на Шоквейва и могучим ударом сбросил Десептикона на землю.
Оптимус не дал ему подняться. Он ринулся вслед на Шоквейвом, молотя его могучими кулаками. Шоквейв отбивался, но так и не смог вырваться из мощной хватки Оптимуса.
Автоботы быстро одолели врагов, и Оптимус взялся за своего главного противника – Сентинела Прайма.
20
Высоко в небе связь между центральной колонной и теми, что взлетели в космос, была полностью установлена. По небу растянулась светящаяся сеть. Сентинел поднял глаза. Он был доволен своей работой.
– Теперь этот мир станет нашим, – произнес он. – Начать транспортировку.
Внизу, на улице, Оптимус посмотрел на Сентинела снизу вверх и прицелился из пушки. Сентинел дернулся в сторону, уклоняясь от выстрела, и слишком поздно понял, что мишенью был не он. Огненный залп вдребезги разнес шпиль, к которому крепилась центральная колонна.
Вскрикнув, Сентинел потянулся к колонне, но не успел. Она, кувыркаясь, полетела вниз, на мостовую.
Оптимус пристально посмотрел на робота, который когда-то был его другом.
– Ты побежден, Сентинел Прайм. Твои союзники уничтожены, твои планы потерпели крах. Спустись сюда. Сразись со мной, и мы навеки покончим с этим.
– Пока я жив, Оптимус, игра не окончена. Мы всё равно превосходим тебя численностью. Десептиконы! Включить колонну!
Сентинел Прайм соскочил с крыши и с грохотом опустился на землю перед своим бывшим учеником.
Оптимус и Сентинел настороженно кружили на одном месте. Каждый выискивал слабые места противника, выжидал момент для удара.
– Ты же сам учил меня, что свобода – главное право всех разумных существ, – сказал Оптимус.
– Да, – ответил Сентинел. – Но только лучшие имеют право на жизнь.
Центральная колонна с грохотом свалилась с крыши. Сэм проводил ее глазами. Сначала он ожидал, что Космический Мост тотчас же сам собой закроется, но этого не произошло. Даже с земли колонна продолжала питать энергией световую паутину.
Сэм услышал, как Сентинел отдал команду Десептиконам, и понял: надо что-то делать. Он обернулся к Карли и сказал:
– Стой здесь. Мне надо идти.
И побежал по улице к упавшей колонне. Но издалека увидел, как к ней приближается еще одна фигура.
Это был Дилан, и он успел первым.
– Остановись, Дилан! – взмолился Сэм. – Не делай этого!
Бизнесмен посмотрел на Сэма и улыбнулся.
– Для меня существует только одно будущее, – произнес он и нажал на древнюю эмблему Трансформеров, вытравленную на колонне.
Над городом прогрохотал оглушительный взрыв. По городским улицам словно пробежала судорога. Энергетическая сетка в небе раскалилась добела, потом почернела. И тогда Сэм увидел над головой чудовищный диск огромной металлической планеты, медленно входившей в атмосферу.
На миг Дилан так увлекся зрелищем Кибертрона, спускавшегося по Космическому Мосту, что забыл о Сэме. Юноша бросился на врага, но Дилан всё же исхитрился оттолкнуть его и подхватил с земли обломок железной трубы. Сэм отпрянул, настороженно глядя на оружие противника.
А за спиной у Дилана центральная колонна продолжала испускать в небо потоки плазмы, притягивая Кибертрон всё ближе и ближе. Сэм чуть ли не кожей ощущал, как трепещет вокруг него электрическая энергия луча.
– Ты сделал свой выбор. И встал не на ту сторону, – насмешливо бросил Дилан. – Видишь вон ту планету? Я только что спас от гибели целый мир. Как ты думаешь, я герой?
– Нет, – сказал Сэм. – Всего лишь почтальон.
И с этими словами Сэм выбил из рук Дилана железную трубу. Но было уже поздно.
Кибертрон прибыл на Землю.
Увидев, что Сэм и Оптимус сражаются каждый со своим противником, Карли решила тоже взяться за дело. Она прекрасно знала, кого возьмет к себе в помощники. Она нашла его в узком переулке, где он сидел, глядя в небо. Это был Мегатрон. Карли вскарабкалась на обломки городского автобуса и встала лицом к лицу с предводителем Десептиконов.
– Послушай, Мегатрон, – начала она. – Разреши задать тебе один вопрос. Разве к этому ты стремился? – Карли придвинулась ближе. – Вспомни, каких трудов тебе стоило воскресить Сентинела. И теперь практически вся энергия планеты в его руках. Мне это кажется горькой иронией. Точнее, почти что трагедией. Вы, Десептиконы, наконец-то завоюете эту планету, и вождем окажешься не ты.
Мегатрон вскипел. Да он одним ударом мог бы сокрушить эту козявку! Но всё же он слушал, потому что слова, которые произносила эта человеческая букашка, точь-в-точь совпадали с его собственными мыслями.
– С минуты на минуту, – неумолимо продолжала Карли, – ты станешь всего-навсего слугой Сентинела.
Тщеславие взяло верх. Мегатрон встал, в его глазах снова полыхнул красный огонь. Он посмотрел туда, где Оптимус сражался с Сентинелом.
– И вправду ирония судьбы, – проговорил он. – Видеть, как двое моих злейших врагов колошматят друг друга.
И он принял решение.
Сентинел мощным ударом сбил Оптимуса с ног. Его давний ученик вырос хорошим бойцом, но пришло время положить этому конец. Он чувствовал, что боевой дух в Оптимусе почти иссяк. Сентинел достал окислительную пушку и прицелился в Оптимуса.
– Ты всегда был самым храбрым из нас, – сказал Сентинел. – Но никогда не умел принимать верных решений. Наша планета будет спасена. Благодаря тебе. Прощай, старый друг.
Но Сентинел не успел нажать на спусковой крючок. Кто-то заломил ему руку назад. Бластер выпал из пальцев. Сентинел обернулся и заглянул прямо в глаза своего бывшего товарища по заговору.
– Мегатрон! – вскричал Сентинел.
– Для тебя – господин Мегатрон.
Мегатрон одним ударом сбил Сентинела. Тот рухнул в пыль, как подкошенный, но быстро оправился. Однако, поднявшись на ноги, увидел перед собой Мегатрона и Оптимуса, стоявших бок о бок.
Сентинел хмыкнул:
– Когда-то все мы были богами. Но здесь останется только один.
Разгорелся бой, от которого город содрогнулся до самого основания. Даже объединив силы, Оптимус и Мегатрон чувствовали, что Сентинел – противник не из легких. Он сражался яростно. Все трое наносили друг другу чудовищные удары.
Решающий миг настал, когда Мегатрон могучим пинком сбил Сентинела с ног. Тот упал, но тотчас же вскочил, однако Оптимус успел воспользоваться этим мгновением. Он встал перед Сентинелом, зажав в руке космический окислительный бластер.
Коррозирующий элемент поразил Сентинела прямо в грудь. Он опустил голову и, словно громом пораженный, смотрел, как по металлической броне расползается ржавое пятно. Сентинел рухнул на колени перед Оптимусом.
Леннокс и Эппс тоже не теряли времени даром. Пока три Трансформера вели эпическую битву, люди раскладывали взрывчатку вокруг центральной колонны. Вспыхнул первый запал, и солдаты поспешили укрыться за грудой обломков.
Взрыв разметал колонну в клочья. Энергетическая сетка Космического Моста в небе затрепетала и погасла. Огромный силуэт Кибертрона потускнел и через минуту полностью растворился в темноте.
Увидев, что Кибертрон исчез, Мегатрон испустил такой вопль отчаяния, что его было слышно за много миль вокруг. Он понял: его планы потерпели провал. Окончательным победителем в долгой битве стал Оптимус Прайм.
Поверженный Мегатрон воззвал к Оптимусу о милосердии.
– Я хочу только одного – положить конец войне. Вспомни, брат, когда-то мы с тобой были единомышленниками, мечтали об одном и том же. О свободе для всех Трансформеров, о том, что будем снова жить на нашей родной планете – на Кибертроне. Мы пользовались разными средствами, но всё равно стремились к одной и той же цели. Я прошу тебя только о мире. Дай мне возможность вернуться домой, восстановить нашу родную планету.