– По тебе заметно, драгоценный мой.
Протянув руку, Эстель смахивает оставшиеся на камзоле Алистера крошки. Он несколько сконфуженно дергает плечами, и Моргана улыбается, наблюдая за ними.
Когда к ней неожиданно прикасаются со спины, обвивая локоть тонкими руками, Ришар невольно вздрагивает и оборачивается. Аврора улыбается так лучезарно, что может затмить своим сиянием свечи. Облаченная в пышное нежно-голубое платье, украшенное голубыми розами и крошечными бабочками, принцесса выглядит восхитительно. Моргана даже не сомневалась в том, что платье непременно будет голубым. Любимый цвет принцессы. Цвет правящего дома Триаль. Светлые волосы, уложенные в обманчиво-небрежную прическу, украшает венок из белых роз. В крупных и ароматных бутонах не сложно узнать цветы из сада королевы Иолэйн.
Моргана улыбается ей:
– Ваше Высочество, вы просто ослепительны. Цвет платья – такая неожиданность!
Смеясь, Аврора показывает ей кончик языка, после чего переводит взгляд на чету Ришар. Она не акцентирует внимание на внешнем виде Морганы, и та ей за это благодарна. Пусть и понимает, что подруга не будет столь благосклонна после того, как они останутся наедине. Годы их дружбы позволяют рассмотреть недовольство, мелькнувшее во взгляде наследной принцессы. Видимо, даже Аврора ожидала сегодня увидеть ее в платье. Быть может, они в сговоре? Это многое объяснило бы.
– Ах, леди Ришар! Ваше платье просто изумительное, так вам идет!
– Благодарю, принцесса. Но ни один наряд не может сравниться по красоте с вашим платьем.
Довольная полученным комплиментом, Аврора, немного приподняв тяжелые юбки, прокручивается вокруг своей оси, позволяя рассмотреть великолепие своего одеяния со всех сторон. Бабочки на ткани вышиты столь искусно, что в одно мгновение кажется, словно бы они вот-вот взлетят! Или же во всем виновата игривая легкость, свойственная ее высочеству?
Леди Ришар права: никто не может сравниться с принцессой в красоте.
Внимание Авроры привлекает стоящий подле отца Алистер. Он расправляет плечи и слегка вздергивает подбородок, словно стараясь казаться старше. Нет ничего удивительного в том, что и ему хочется произвести достойное впечатление.
– Алистер! – Хлопнув в ладоши, принцесса восхищенно ахает; от ее внимания бледные мальчишеские скулы слегка розовеют. – Только посмотри на себя! Разве ты не самый достойный кавалер, которого только можно встретить на этом празднике?
Юный лорд, стараясь сдержать улыбку, склоняется перед наследницей престола в изящном поклоне:
– Ваше Высочество, похвала из ваших уст звучит особенно сладко. Подарите ли вы мне следующий танец?
– Безусловно! Один из моих сегодняшних танцев определенно принадлежит вам, лорд Ришар. Но сейчас я хочу украсть для разговора вашу старшую сестру.
Лукаво подмигнув ему, Аврора снова стискивает в своей хватке крепкую руку Морганы, увлекая ее за собой прочь. Той остается только виновато улыбнуться, посмотрев на Алистера, и покорно последовать за принцессой. Они выходят на лоджию, и Моргана с наслаждением вдыхает свежий вечерний воздух. У перил или на изящных каменных скамейках расположились и другие гости. Принцесса отводит ее в самую дальнюю часть лоджии и отпускает только для того, чтобы опереться на ограждение руками. С этого места открывается прекрасный вид на дворцовый сад.
– Сегодня ведь твой праздник. – Моргана опирается о перила рядом с ней. – Почему же сейчас ты здесь, а не покоряешь своей красотой гостей?
– Потому что это ты должна покорять гостей своей красотой! Почему вместо прелестного зеленого платья я снова вижу тебя в доспехах?
Вот оно что. Значит, Аврора причастна к этому. Это даже не удивительно. Словно бы нечто подобное может пройти без внимания принцессы. Тяжело вздохнув, Ришар убирает с лица прядь волос:
– Потому что я рыцарь, Аврора. Рыцари ходят в доспехах. Для таких дней и придумали парадный доспех, разве нет?
Судя по тому, как Триаль дует губы, аргумент не кажется ей достаточно убедительным. Она смотрит на подругу с недовольством и сожалением. От этого Моргане становится неловко. Словно морская волна, накатывает ощущение, будто она провинилась. Кажется, и золотой венец, и белоснежный панцирь душат ее. Сглотнув подкативший к горлу ком, Ришар кладет ладонь на плечо Авроры:
– Тебя вовсе не это должно тревожить. Ты так ждала этого дня, и вот он наступил. Сегодня король официально объявит тебя наследницей престола. Это куда важнее, чем то, во что я одета.
Они смотрят друг другу в глаза, и Моргана улыбается дрогнувшими губами. Едва-едва приподнимает самый уголок, отпуская принцессу и вновь облокачиваясь руками о перила. Смотря на людей, веселящихся в саду и наслаждающихся вечером, Аврора задумчиво накручивает на палец прядь длинных светлых волос. Конечно, Моргана права. Этот вечер особенный для нее. С самого детства принцесса живет в ожидании этого момента. Единственная дочь королевской четы, она займет астерийский престол после своего отца. В ее руках будет судьба этого народа, и Аврора хочет быть достойной той ноши, которую на нее возложат. Только сможет ли она унести ее на своих плечах? Ведь власть вовсе не о крови, она о силе духа – и силе разума. Глупый и слабый правитель приведет страну к разрушению и упадку. Однажды короли уже втянули Астерию и Гидерию в долгую и кровопролитную войну. Отголоски этой трагедии до сих пор преследуют обе страны.
Когда Аврора вновь начинает говорить, ее голос звучит тихо и подавленно:
– Ты помнишь предсказание?
Моргана удивленно приподнимает брови. Она не сразу понимает, о чем говорит принцесса. Понимание заставляет ее нахмуриться:
– Пророчество Лиадан?
Легкое осуждение, прозвучавшее в вопросе, заставляет Аврору кивнуть не так уверенно. И пусть Моргана явно не показывает своего неодобрения, принцесса и без того явно его ощущает. Их беседы часто затрагивают эту тему. Всю свою жизнь, с самого раннего детства, Аврора живет с мыслью о том, что она – та самая Дева из древнего пророчества. Моргана не осуждает ее, но и не поддерживает. Их мнения на этот счет расходятся, и ни одна не готова уступить другой. Но в этот раз Моргана говорит мягче. Видя, как переживает подруга, она просто не может оставить ее наедине с этим беспокойством.
– Ты ведь знаешь, что это предсказание было написано сотни лет назад. И мы не можем быть уверены в том, что его значение сквозь века осталось таким же, как и в тот момент, когда предсказательница впервые произнесла его. Нет никого, кто был бы возле нее. Никого, кто мог бы сказать, что это правда.
– Но ведь нет и тех, кто может опровергнуть его!
– Верно. Потому что свое пророчество Лиадан оставила в конце Века Смуты. Это было чуть больше, чем два столетия назад, Аврора.
Многие жители Астерии привыкли верить предсказанию гидерийской прорицательницы. Говорят, Лиадан обладала необычайным даром и все, что открывалось ей в видениях, непременно сбывалось. Предсказание о деве, рожденной на заре шестого века, той, кому суждено вершить судьбы мира, стало ее последним. Не выдержав горестей и бед, что предстали перед ее взором, Лиадан лишила себя глаз – и отдала свое тело морю.
Но Моргана не из тех, кто слепо верит в судьбу. Как и в отце, в ней крепка вера лишь в то, что каждому суждено самому создавать свое будущее. Если бы ее ждала жизнь, уготованная всем бастардам, рожденным в союзе астерийца и гидерийки, Ивес оставил бы Моргану на вражеской стороне. Он бы не позаботился о ней и не испытывал бы при этом чувства вины. Но рыцарь-командор – человек достойнейший. Зная о позоре, о боли, которую он причинит этим своей молодой супруге, он все же забрал девочку под свое крыло. Много ли незаконнорожденных детей получили подобное отношение? И не стоит забывать о том, как повела себя с ребенком леди Ришар. Разве не должна была она возненавидеть дитя, рожденное от другой женщины? Ведь таков удел обманутой супруги.
Все это не о судьбах. Это о выборе, который каждый делает сам. И на это не могут повлиять никакие предсказания.
– Ты не должна считать, что чужие слова определяют твою судьбу.
– Но я хочу, чтобы они определили мою судьбу!
Эти слова звучат с такой тоской и горечью, что Моргана не может скрыть своего изумления. Она смотрит на Аврору, в голубых глазах которой плещется отчаяние. Неужели это так важно? Быть частью истории, героиней чужих видений? Ей этого не понять. Для нее куда желаннее покой и тишина – и именно к ним стремится ее сердце. Но принцесса жаждет великой судьбы и потому как никогда отчаянно желает, чтобы в восемнадцатый день ее рождения пророчество сбылось.
Не желая, чтобы этот разговор портил им настроение, Моргана мягко обнимает подругу за плечи. Аврора не торопится отвечать на объятия, но и не отстраняется. Лишь складывает руки на груди, отвернувшись.
– Я понимаю, что это важно для тебя. Но временами одного лишь желания недостаточно. Ты веришь в то, что все предопределено и от своей судьбы не уйти. Если она и без того наступит, зачем же нам тратить время на ожидание? Сегодня твой день рождения, и это куда важнее. Давай вернемся в зал и хорошенько повеселимся.
Проявление тепла позволяет отходчивой принцессе быстро забыть про обиды и огорчение. Широко улыбнувшись, она порывисто обнимает Ришар, после чего хватает ее за руки и тянет за собой прочь с лоджии.
Будущее наступит совсем скоро. Нужно успеть насладиться настоящим.
IV
В зале ничего не успевает измениться за время их отсутствия. Те же свечи, та же музыка и танцующие пары. И все же, перешагнув порог лоджии, Аврора ахает приглушенно. Схватившись за локоть Морганы, принцесса едва ли не прячется за ее спину, с беспокойством и трепетом вглядываясь в толпу. Оглянувшись, Ришар недоуменно приподнимает темную бровь. Ей кажется, что еще чуть-чуть – и бедняжка просто лишится чувств. В таком взволнованном состоянии ее не часто можно увидеть.
– Что происходит?
Вместо ответа Аврора совершенно не царственным жестом указывает пальцем на причину такого поведения. Стоит только проследить взглядом в указанном направлении, как все сразу же становится на свои места. Ришар даже позволяет себе легкую усмешку.