– Вот так, Ирина, ты всего лишь пешка в игре моего Оэра, – злорадно усмехнулась женщина. – Теперь мне снова нужно вернуть расположение Дакхара, занять прочное положение, которое пошатнулось, как только ты, гадина белобрысая, тут появилась.
И, не долго думая, она покинула свое маленькое укрытие и подошла к двери, ведущей в личную библиотеку Повелителя.
И тут же услышала:
– Заходи, Кэйра, не стоит стоять на пороге.
Решительно толкнув дверь, она вошла.
– Мой Оэр, – начала она, склонив перед ним голову в поклоне.
– Не нужно этих церемоний, лучше дверь прикрой. (Кэйра тут же подчинилась.) А теперь иди сюда.
Дакхар стоял возле большого черного камина и смотрел на огонь, который поедал своим пламенем только что подкинутые в него поленья.
– Я так понимаю, ты слышала мой разговор с Соэрой, – он не спрашивал, он утверждал. – А это значит, что ты стала свидетельницей тому, о чем не должна была узнать ни одна живая душа.
Он задумчиво потер подбородок, явно обдумывая какое-то решение.
Кэйра, которая успела подойти к Дакхару, вся вдруг сжалась, понимая, что спокойный голос Оэра – лишь видимость. Он спокоен снаружи, но свирепствует внутри.
– Что же мне теперь с тобой делать? – он повернулся в сторону женщины и скользнул взглядом по ее точеной фигурке, облаченной в длинное черное платье до пола: высокий воротник-стоечка, не очень глубокое декольте, что только придавало шарма ее соблазнительным округлостям; длинные рукава, скрывающие тонкие изящные запястья. – А тебе очень идет этот наряд: в нем ты похожа на приличную женщину. А то мне, признаться, ужасно надоели те полупрозрачные тряпки, которые ты до этого носила. Отвратительная безвкусица, даже воображению негде было разыграться, сейчас же… – Дакхар похотливо улыбнулся, – … твой облик вызывает у меня желание. Но! Ты потеряла уже мое расположение, ты слышала разговор, который не предназначался для твоих ушей. Что же мне с тобой сделать? Может, свернуть твою тонкую шею? (Кэйра вздрогнула всем телом.) Или снова сделать своей любовницей? Снова дать почувствовать себя желанной, снова заставить тебя плавиться от страсти в моих объятиях? Как же поступить?
Кэйра почувствовала, как против воли в ней начало просыпаться желание, наполняя теплом низ живота. А Дакхар кивнул, видимо, приняв решение насчет нее.
– Что ж, так и поступлю. Сейчас мне некогда заниматься с тобой любовью – дел много. Иди в мои покои, жди там, только платье не снимай, я сам хочу это сделать.
И больше не произнеся ни звука, он запечатлел на ее губах жаркий и страстный поцелуй, от которого у женщины закружилась голова, а дыхание остановилось. Но не успела она одуматься, как он тут же прекратился.
– Все, иди, а то я не сдержусь и возьму тебя прямо здесь, – произнес Оэр осипшим голосом, развернув Кэйру в сторону двери и легонько хлопнув по ее стройному заду.
Женщина же, счастливо улыбнувшись и не произнеся ни слова, покинула библиотеку Оэра и направилась в его покои.
– Что ж, удачный у меня сегодня день. Даже не пришлось прикладывать никаких усилий, чтобы вернуть расположение Дакхара, всего-то и нужно было наряд сменить. Что ж, теперь-то я уже не упущу свой шанс, тем более, что Ирина ему нужна только на время. Как только нужда в ней отпадет, тогда… – Кэйра злорадно усмехнулась, – … я лично ее уничтожу.
– Что ж, осталось всего два дня до его дворца, – тихо произнес мужчина, нахмурив брови, а затем уже более громко скомандовал: – На привал остановимся здесь!
Шестеро мужчин, в том числе и их предводитель, остановили коней черной масти. Арахсшарские кони: высокие, с длинной шеей, которую увенчивает мощная голова, одетая в сбрую, и с живыми карими глазами. Ветер легко треплет их длинные гривы. Гордые создания, несущие на себе тяжесть седока.
– Повелитель, – обратился к нему воин в черных латах и таком же черном плаще.
В принципе, они все были одеты таким образом, не считая предводителя: черные доспехи с мощным нагрудником, перчатки из прочной кожи наргала (ящерицеобразное существо, обитающее в Империи Арахсшарсцев, которого невероятно сложно убить, потому что кожа, точно броня, защищает его, но если это все же удается сделать, из нее получаются самые прочные, при этом тонкие и приятные на ощупь изделия, которые стоят в Темном мире баснословных денег). Плащ черного цвета с длинными тонкими фиолетовыми линиями снизу чуть трепыхался на ветру, создавая тем самым эффект крыльев за спиной. На голову же был накинут капюшон, а на лице – маска, тоже черного цвета. Она скрывала его лицо, на котором было множество шрамов, обезобразивших его.
– Повелитель, нам осталось всего два дня пути, хотя, по идее, мы должны прибыть только через четыре. К чему такая спешка?
Повелитель спрыгнул с коня, разминая затекшие от длительной езды мышцы.
– Хочу нагрянуть без предупреждения и посмотреть на реакцию Оэра. Он ведь не ждет нас так рано, – потянувшись до хруста в позвоночнике, ответил он. – Хангаар, ну не нагнетай, ты же знаешь, зачем мы туда едем.
– Рат-Ар, я-то знаю, но мне порой кажется, что ты поступаешь безрассудно, – усмехнулся Хангаар, который являлся не только одним из лучших воинов, но и другом повелителя Рат-Ара.
– Пойми, – начал мужчина, поворачиваясь к другу, – Дакхару нужна власть, безграничная власть, поэтому он пытается завладеть тем, что ему не принадлежит. И если у него это получится, может разразиться война, в которой будут гибнуть, как наши враги, так и союзники. Нельзя этого допустить. Поэтому мы вынуждены прибыть во дворец Оэра для заключения нового мирного договора на взаимовыгодных для нас условиях.
– Это я понимаю. Но ответь, зачем ты его хочешь спровоцировать? К чему ранний приезд? – Хангаар выжидающе смотрел на Рат-Ара, который сцепил руки на груди в замок.
– Ничего подобного, – усмехнулся он, – просто хочу немного потрепать ему нервы. Все-таки мы равны по силе. Вам он навредить не посмеет, потому как вы сопровождаете меня и интереса для него не представляете, ну а за себя не волнуюсь – не по зубам я ему. Ладно, хватит об этом, – он небрежным движением руки скинул с себя капюшон, открывая на обозрение длинные черные волосы до поясницы, заплетенные в замысловатую косу. – Жарковато в этой части Империи, совершенно отличается от нашего климата – у нас слегка прохладнее.
Мужчины понимающе переглянулись и улыбнулись друг другу. Хоть под маской и не было видно улыбки Рат-Ара, о ней говорили его глаза – яркие и искрящиеся весельем.
– И вообще, чего это вы расселись, а ну живо спешились и раскинули лагерь на ночлег. Совсем распустились, – деланно возмутился он, пряча под маской добродушную улыбку.
Воины хмыкнули и тут же подчинились. Через двадцать минут уже все было готово, и даже разведен костер, на котором уже готовился сытный ужин для путников.
– Рат-Ар, все-таки скажи честно, зачем ты хочешь попасть во дворец Оэра Дакхара раньше? – Хангаар присел рядом с другом у костра, пока остальные занимались делами и не обращали на них никакого внимания. – Ты же знаешь меня, мы с тобой являемся друзьями уже очень многие годы, я бы даже сказал века. Так почему же ты не желаешь открыть мне правды? Разве я хоть раз в жизни подводил тебя?
– Дело не в этом, друг мой, – чуть улыбнулся Рат-Ар, глядя на языки костра, пожирающие сухие ветки. – Все намного сложнее, чем кажется, и поверь, я доверяю тебе, как самому себе. Придет время, когда я смогу открыть тебе истинную причину столько поспешного приезда во дворец Оэра Дакхара, но не сейчас. Потерпи немного, и обещаю, ты обо всем узнаешь. Надеюсь только, что не будет слишком поздно.
Хангаар тяжело вздохнул и, кивнув, немного расстроенно произнес:
– Так и быть, я подожду. Ты ни разу не дал повода в себе усомниться, всегда сдерживал данное обещание; ты тот, за кем я пойду до самого конца, даже если он будет печальным, – Хангаар дружелюбно похлопал Рат-Ара по плечу, тем самым подбадривая его.
– Спасибо, на большее я и не смею надеяться, – принял он поддержку друга, который тут же поднялся и ушел, оставив мужчину наедине со своими мыслями.
Еще два дня пути, всего лишь два, и Рат-Ар будет во дворце Дакхара. Во дворце, в котором затаилась сила, равной которой нет в этом мире. "Ирина – девочка, которая не знает своей силы, девочка, которая способна как разрушать, так и созидать. За которую так волнуется отец. Знает ли она всю правду о своей матери? Знает ли, что ее нет в живых, что Дакхар уничтожил ее? Вряд ли. Но придет время, и она обо всем узнает. И я помогу ей в этом. Помогу справиться с теми трудностями, которые обрушатся на нее. Пусть только продержится эти два дня."
– Так, Ирина, идем в тренировочный зал, нужно проверить мою теорию, – Васир поднялся с пола и двинулся к выходу, но мой вопрос его остановил.
– Какую теорию? – подозрительно прищурилась я, наблюдая за реакцией мужчины.
Васирхан вздохнул и ответил:
– Теорию, что в том зале твои магические силы восстанавливаются намного быстрее, нежели здесь. Давай проверим? А вдруг я окажусь прав, – и он задорно мне подмигнул.
– Ты думаешь? – все еще сомневаясь, спросила я.
– Ирина, мы не узнаем, пока не проверим. Так что идем, как раз заодно и потренируешься, – широко улыбнулся мой фей.
– Ладно, идем, но тогда ты расскажешь мне о том пророчестве, о котором столько толков идет. То Даара, то Тана, а вчера и ты упомянул о нем, но рассказать не успел: Дакхар не вовремя нагрянул, когда его никто не ждал, – прыснула я, направляясь за другом.
– Да уж, нагрянул, так нагрянул. Вон, весь резерв у тебя пропал, только крохи от него и остались. Ладно, разберемся еще, что к чему, – мы вышли из комнаты и снова направились по тому же маршруту, что и вчера, поэтому, не отвлекаясь на уже знакомую обстановку вокруг, я перешла в наступление.
– Так что там насчет того пророчества? – напомнила я Васиру.
– Ну, я, как уже и говорил, дословно его не помню, но в общих чертах рассказать могу, – он скосил на меня взгляд, наблюдая за реакцией. Ну а что я… я лишь лихорадочно ждала продолжения, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения. – Кажется, начинается оно так: "Когда закончится многовековая вражда между двумя сильнейшими кланами – Снежных демонов Темного мира и демонов, которым подвластна стихия Воды; когда любовь сможет преодолеть ненависть, на свет появится дитя, способное впитать в себя любую магию и преобразовать ее в силу, которой не будет равной ни одна другая. Сила, с которой придется считаться всем. Даже магия самого Темного мира покорится ей. В девочке будет заключен Свет, способный прогнать Тьму, которая поселится в том, кто займет место, не принадлежащее ему по праву, но станет править всем Темным миром. Это станет его даром и проклятьем одновременно. Дар власти и проклятие не испытывать любви. Только злоба, только ненависть, только похоть, только жажда власти – это станет смыслом его жизни. Но если он сможет принять тот Свет, что пробудится в девочке, если не уничтожит его своей Тьмой, то он снова познает чувства и эмоции, что были безжалостно поглощены Темным даром Смерти. В то же время, если он отвергнет Свет, его настигнет жестокая кара, которая, в итоге, его уничтожит. Лишь ему суждено выбрать свой путь, ибо для девочки путь уже предрешен. Свет не может существовать без Тьмы, как и Тьма без Света. Они сестры, идущие рука об руку. Если бы не было одной, то не было бы и другой." – закончил Васир, вытирая испарину, появившуюся на лбу. А я… мне стало жутко от того, что я только что услышала.