— Как такая красавица оказалась в вашей конюшне?
— Она родилась у одной из наших страшных лошадей, — улыбнулся Джек. — Хоть она так красива, это лошадь Рейчел, так что мы ее оставили.
— Если я не увижу Рейчел, передай ей спасибо за то, что разрешила прокатиться на ее лошади, — Синтия всегда любила лошадей. Она могла рассказывать им свои тайны. — Хотела бы я угостить ее.
Джек вытащил из кармана неровный белый комок.
— Ваше желание — приказ для меня, миледи. Сильф любит сахар.
— Она — дух воздуха? — Синтия протянула лошади сахар. Сильф изящно забрала его.
— Потому что она мчится как ветер. Готова?
Синтия кивнула, Джек сцепил ладони, делая подставку для ее ноги.
— Осторожно, на седле дополнительный выступ, — предупредил он. — Мама добавила. Сказала, так надежнее во время прыжков.
Синтия посмотрела на этот выступ с интересом.
— Выглядит неплохо, — она опустила ногу на ладони Джека, и он поднял Синтию к седлу. Когда она поправила длинные юбки, чтобы те прикрыли ее лодыжки, Джек уже забрался на Пегаса.
Они отправились к Ласточкиной ферме. Как только они вышли из леса, Синтия отправила Сильф в галоп, восхищаясь скоростью, лошадью и силой приближающейся бури.
— Это не хуже танцев!
Джек ответил смехом, догоняя ее. Пегас был страшным, но двигался быстро. Они замедлился на дороге в деревню.
— Главная дорога или путь по берегу вдоль утесов? — спросил Джек.
— Утесы, конечно, — глаза Синтии искрились. — Так мы ощутим приближающуюся бурю, — она еще не ходила по прибрежной дороге, и бушующее море с порывами ветра манило ее.
— Буря будет хорошей, — голос Джека стал громче из-за грохота волн. — Если станет плохо, можешь провести ночь у нас. Или тебя хватятся в школе?
Синтия пожала плечами. Она не хотела думать о Лэкленде. Даже поведение девочек там не могло испортить ее настроение.
— Если я не приду на ужин, никто даже не будет искать.
— Преимущество вспыльчивой репутации? — спросил он.
— Именно, — она удивилась, что он понял это. — Это очень полезно, — и она часто была в плохом настроении. Она была такой два года с тех пор, как ее магия раскрылась.
Стало видно Ласточкину ферму, по которой били порывы ветра. Они добрались до двери кухни, и Джек спешился, чтобы помочь Синтии спуститься. Его прикосновение было скромным, но она осознавала жар его тела в дюймах от нее.
Она была высокой, но Джек был выше, и у него были хорошие плечи. Она быстро отпрянула, не желая дольше думать о его теле.
— Моя мама будет ждать на кухне, — сказал Джек. — Она думает, что у тебя должен быть талант ведьмы очага.
Синтия не знала, радоваться или оскорбляться, ведь магия очага была магией простолюдинов. Но полезной.
— Надеюсь, она права. Я бы хотела согреться в аббатстве, — как Тори, которая учила магию очага с талантливыми в этом Нерегулярами.
— Я позабочусь о лошадях, — сказал Джек с улыбкой. — Увидимся позже.
Думая о юноше с улыбкой, что была такой же теплой, как магия очага, Синтия подхватила юбки и прошла на кухню. Джек Рейнфорд был простолюдином, даже верил, что все были созданы равными. Но Синтия вспоминала скандальные истории о великих леди, которые держали при себе личных слуг с низким происхождением, но хорошей внешностью.
Лили Рейнфорд была на кухне. Поразительно — леди дома пила чай с поварихой! Но это выглядело так уютно.
Лили встала, тепло улыбаясь.
— Доброе утро, леди Синтия. Не хотите ли чашку чаю и имбирное печенье только из печи? Это согреет после пути, а я в это время объясню магию очага.
— Это было бы мило, миссис Рейнфорд, — Синтия сняла шляпку и плащ, повесила их у двери. На этой кухне не было слуги, забирающего вещи.
Так почему тут она ощущала себя уютнее, чем где-либо в жизни?
Синтия устроилась в мягком кресле у камина с чаем и вкусным печеньем, и Лили Рейнфорд сказала:
— Ты, наверное, многое узнала в Лабиринте, так что прости, если я повторю то, что ты уже знаешь.
— Прошу, начните с основ, — Синтия не хотела говорить, что не замечала уроки магии очага, потому что считала себя выше этого. Но ей надоел холод. — Я хочу знать все.
— Магия очага — самая древняя и основная магия, — объясняла Лили. — Она влияет на температуру и связана со стихиями вокруг нас. Вода, огонь, воздух. Эти силы помогали нашим предкам выжить.
Она указала на камин. Огонь поднялся на ярд. Щелчок пальцев, и огонь стал шаром света. Синтия затаила дыхание от восторга.
Отпустив огонь, Лили продолжила:
— Традиционно магия очага — сила женщин, хотя у многих магов есть немного таланта. Он идет из глубокой части души, а не от других магических способностей, — она замешкалась. — Быстрее всего научить тебя будет, если ты впустишь меня в свой разум.
Синтия напряглась.
— И вы прочтете мои мысли? Ну уж нет!
— Не так, — успокаивала ее Лили. — Сила читать мысли очень редкая, у меня ее нет. Для этого мне нужна лишь твоя ладонь. Ты почувствуешь немного моего присутствия. И я направлю тебя в твоей магии очага. Когда ты поймешь путь, то сможешь призывать силу, когда надо. Хоть практика, конечно, поможет.
— Хорошо, — Синтия насторожилась, но Лили вызывала доверие. Она протянула руку.
Женщина нежно обхватила ее ладонь.
— Закрой глаза и расслабься, — тихо сказала она, ее разум был теплом, что медленно проникало в Синтию. — Разные люди по-разному видят свою силу. Прими то, что предлагает твой разум.
Синтия кивнула, расслабилась от слов и силы женщины.
— Вниз, вниз, вниз, — бормотала Лили. — Иди к глубинам своей силы.
Синтия закрыла глаза и будто проваливалась в перину кровати. И она была не одна. Лили не мешалась, просто была рядом, как мама Синтии, когда та была маленькой.
Она ощущала странную двойственность. Часть ее понимала, что она сидела у камина и держалась за руку в настоящем мире. Но в ее разуме они погружались в загадочную сферу магической силы.
Они миновали темные места, которые она не хотела разглядывать, но были и вены света. Она узнала поток силы погоды, пока Лили вела ее на глубину.
Все ниже, пока они не добрались до темной комнаты. В центре плясал огонь, манил теплом. Голос Лили прозвучал издалека:
— Дотянись до своей силы. Она тебе не навредит.
Синтия робко послушалась, протянула руку к огню. Даже когда она осторожно коснулась пламени, огонь не обжигал. Приятное тепло наполнило ее тело, согревая места, что замерзли так давно, что она о них забыла. Радостно смеясь, она погрузила обе ладони в волшебный огонь.
— Мне это нравится!
Лили рассмеялась.
— Не спеши. Играй с силой. Стань с ней единой, чтобы ты всегда могла принести это тепло в себя и во все вокруг.
Синтия послушалась, переливала огонь из руки в руку, бросала огненные шары и ловила их. Она понимала, почему Лили говорила, что магия очага была древней. Огонь питал жизнь, и ведьма очага могла подчинить эту силу.
Она подняла огонь выше, нырнула в него как игривая выдра. Она плясала среди света, пока Лили не сказала:
— Готова вернуться?
Синтия кивнула, с неохотой отступая от магии.
— Воспари как пузырь, — прошептала Лилия.
Синтия поднималась к голосу Лили. Она поняла при этом, что теперь ее с магией очага соединяла серебряная нить. Это было ее частью, это можно было вызвать. Она вернулась на кухню Рейнфордов.
Синтия открыла глаза, и Лили отпустила ее руку.
— Как ты?
— Великолепно, — удивленно сказала Синтия. — Я словно хорошо поспала, но я бодрствовала. Мне так казалось.
— Ты была в легком трансе, не спала. Это дало тебе увидеть мир другим, — Лили хитро улыбнулась, выглядя молодо для двух почти взрослых детей. — Теперь посмотрим, что ты можешь делать своей силой. Миссис Брюстер, вам нужно подогреть воду?
— Это пригодилось бы для мытья посуды, — повариха принесла большой котелок холодной воды и опустила в камине перед Синтией.
— Опусти туда ладонь и попробуй нагреть, — приказала Лили.
Синтия окунула ладонь в котел, представила, как жар из глубины течет в воду…
Она вскрикнула и отдернула руку, вода стала кипеть вокруг нее. Она потерла покрасневшие пальцы.
— Я могла сжечь руку!
— Несколько ожогов — часть обучения, — Лили смотрела на кипящую воду. — Ты овладела жаром быстрее всех ведьм очага, кого я учила. Еще многое нужно узнать, но для одного дня хватит.
Синтия махнула пальцами на огонь, представляя, как он растет. Он стал чуть выше, но не так, как у миссис Рейнфорд.
— Полезная сила. Почему маги так пренебрежительно относятся к магии очага?
— Потому что это магия женщин, а все дела женщин не воспринимают всерьез, — сухо сказала Лили.
Печальная правда. Если бы Синтия родилась юношей, была бы маркизом, как Аллард, могла бы сбежать из Лэкленда
— Расскажите о других формах магии очага. Я могу нагреть воздух? Или воду в кадке для купания?
— Наверное. Нужны время и практика, чтобы узнать пределы своих способностей, — Лили улыбнулась. — Когда я только вышла замуж, я нагревала небольшой пруд в лесу, и мы с мужем плавали под луной.
— Джек похож на его отца? — осторожно спросила Синтия.
— Очень, — Лили тряхнула головой и вернулась к уроку. — Чтобы нагреть воздух, представь стены невидимой энергии вокруг того, что ты хочешь нагреть. И наполни то пространство теплом.
Синтия представила небольшую сферу на коленях. Когда картинка стала четкой в ее голове, она наполнила сферу теплом. Слишком жарко! Она остудила ее до удобной температуры.
— У меня больше не будут мерзнуть ноги! Вы греете так свой дом, да?
Лили кивнула.
— Когда я прибыла сюда невестой, я создала купол энергии размера и формы Ласточкиной фермы. И я поправляю в этом куполе температуру. Зимой теплее, летом — остужаю. Я уже не думаю об этом, потому что процесс происходит, даже когда я сплю.
Синтия поджала губы.
— Интересно, могу я так сделать в своей комнате в школе?