ели зубы, ей пришлось согласиться. В то время у Псов были проблемы, так что Чайка ради интересов отряда наступила на горло своей гордости и заключила с Реном договор.
Впоследствии за четыре года Чайке не раз приходилось обращаться за помощью к Рену. Она ему платила, снабжала необходимыми вещами и оказывала медицинские услуги, а он выполнял любые ее задания без лишних вопросов, но с присущим ему высокомерием и поразительной наглостью. Обычно Чайка пересекалась с Реном не чаще одного раза в три-четыре месяца. В удачное для лагеря время такие встречи становились еще реже. Но удача отвернулась от Псов вместе с гибелью Атласа.
Все время, что не уходило на задания Чайки, Рен проводил в Бете, принимая заказы на убийство людей. Рассказы о его работе слышали и в лагере Псов. О работе Рена ходило много разных слухов – грязных и не очень. Но все они сводились к одному: ему было плевать, виновата его жертва или нет. Главное, что есть заказ и есть цель. А вот то, с каким хладнокровновием Рен забирал чужие жизни, вызывало в стойкой Чайке дикий ужас, в котором она не могла признаться самой себе.
Даже после стольких лет, думая о Рене, Чайка не единожды ловила себя на мысли о том, что ему не знакомо чувство жалости или сострадания. И будто в подтверждение этой мысли каждый раз, стоило Рену взглянуть на нее, она замечала в его глазах насмешку и некоторое превосходство.
Рука Чайки, сжимавшая карандаш, напряглась. Губы сжались в тонкую нить. Чайка предпочитала все контролировать во избежание внештатных ситуаций, и оттого ненавидела неожиданности. Сначала такой неожиданностью стали Рен и Стин четыре года назад. И вот опять Рен проявил себя. Только на этот раз он привел с собой рыжую девчонку, посмевшую вломиться в кабинет Чайки. Да и с какой стати такому, как Рен – человеку, не умеющему проявлять заботу, – оставлять рядом с собой кого-то слабее? А теперь и сама девчонка доставила Чайке головную боль.
Карандаш, зажатый в пальцах, треснул. «Какого хрена она сделала с моим кабинетом?» – громко высказалась Чайка, поднимаясь на ноги и отшвыривая в дальний угол обломки карандаша.
Глава 14Мышка
Хлопья снега покрывали ветви деревьев и медленно опускались на землю. Стин поднял голову к серому небу и нахмурился. Удав, стоя рядом со Стином и держа в зубах сигарету, щелкал колесиком зажигалки. Огонь никак не хотел извлекаться, но упорства Удаву было не занимать.
– Значит, нам к заброшенному заводу, – произнес он не слишком внятно из-за сигареты во рту.
Огонек все же появился. Спасая его от ветра, Удав прикурил и с наслаждением затянулся.
– Да, – коротко ответил Стин, выдвигаясь вперед и вынимая из кармана перчатки.
Натянув их, он поплотнее закутался в плащ. Уходить из Вавилона и скрываться в лесу пришлось в спешке. Еще повезло, что удалось захватить из комнаты метательные ножи. И теперь они, прикрепленные к поясу, приятно успокаивали своей тяжестью. Прежде чем присоединиться к Стину, Удав проследил за ним взглядом, а затем взвалил на свои плечи рюкзак, до этого лежавший в снегу, и отправился следом.
– Почему ты думаешь, что Лис будет там? – поинтересовался он, догоняя Стина.
Тот покосился на него. Для Стина это было очевидно. Не просто же так девчонка, беспрекословно подчинявшаяся приказам, вдруг сорвалась с места и сбежала из лагеря. Значит, что-то ее заставило. И это нервировало Стина. К тому же ночью неизвестный вломился в кабинет Чайки и выпотрошил ее ящик. А Стин, будучи правой рукой Чайки, знал все его содержимое наизусть, и от его взгляда не укрылась одна важная деталь. У него не было уверенности, поняла ли сама Чайка, что лишилась такой роскоши, как навигатор. Но чем позже она узнает, тем будет лучше для нее самой.
– Потому что там Рен, – озвучил Стин свои мысли.
– И тебе известно его точное местонахождение, – констатировал Удав, сбрасывая пепел.
– Естественно, – равнодушно обронил Стин.
Он знал все, что знала Чайка.
– Скажи мне насчет местонахождения Лис – это твоя догадка или ты уверен?
– Уверен, – кивнул Стин и, понимая, что не отделается от Удава таким простым ответом, решил пояснить. – В кабинете Чайки под ее столом валялись папки. Я случайно задел одну ногой.
– Конечно, случайно, – кивнул Удав, понимая, к чему тот клонит.
– Она открылась, и я заметил вырванный кусок страницы.
– И много раз тебе пришлось задевать папку, чтобы добраться до этого разворота?
– Несколько раз.
– Ну да, само собой, – усмехнулся Удав, делая еще одну затяжку. – Так что тебя заставило выдвинуться на поиски? Беспокойство за Рена или же ты сказал что-то Лис?
Стин слегка поморщился, и это не укрылось от проницательного Удава.
– Неужели совесть взыграла?
– Помолчи, – попросил Стин, не вдаваясь в подробности.
Он, конечно, ощущал вину за свою грубость перед Лис, и это его грызло. Но больше всего он боялся опоздать. Если верить легенде, тот, кто дает имя, привязывает к себе названного и устанавливает с ним некую связь. Стин такой отдачи на себе не ощущал, но Лис – последняя прибывшая, и возможно, легенда работает только в отношении нее. Рен дал ей имя и, предположительно, девчонка может чувствовать его на интуитивном уровне. В таком случае нужно поторапливаться.
– Тогда, наверное, ты позволил себе взбунтоваться и пойти против Чайки, – продолжал выдвигать теории Удав. – Или еще что-то?
– Я хочу отдать долг, – сквозь зубы проговорил Стин.
Его начала утомлять болтовня Удава.
– Серьезно? – Удав вопросительно приподнял бровь и щелчком пальцев кинул бычок влево. – Ты же в прошлый раз вернул, когда доставил Рена в отряд. Я думал, вы теперь квиты.
– Со мной были Крис и Мак.
– И?
– Я хочу, чтобы Рен сам попросил меня о помощи, – нехотя признался Стин. – Почему ты со мной пошел? – переводя тему, он повернул голову к Удаву.
– Что значит почему? – весело усмехнулся тот, пожимая плечами. – Ты видел, в каком состоянии Чайка? Лично я предпочитаю переждать бурю в стороне. Но если серьезно, то я беспокоюсь за Лис.
– Мог бы взять пикап, – заметил Стин, мысленно продумывая на ходу путь.
– Чтобы его пропажу обнаружили быстрее, чем нашу? Ты же знаешь, как Чайка следит за машинами. Первое, что она сделает, – отправит людей проверять гаражи. К тому же выезд пикапа с территории лагеря слишком заметен.
– За столько лет среди Псов ты давно мог бы собрать себе машину.
– И сливать бензин из лагерных пикапов, – с усмешкой добавил Удав. – Это то же самое, что красть у самого себя. Хочешь дойти быстрее – в темпе перебирай ногами. Если повезет, нагоним Лис.
Навигатор привел меня к конечной точке маршрута – заброшенному заводу. Утопая в сугробе между деревьями, я следила за двумя охранниками и пыталась просчитать их маршрут и время, за которое они обходили территорию, а также отыскать слепую зону. Вышло чуть больше минуты – примерно столько у меня будет в запасе, чтобы пробраться к заводу. Проходить через ворота – не самая лучшая идея. Похоже, придется карабкаться по сетчатому забору, но на это уйдет много времени. Слепая зона – небольшая дыра в стене здания, скрытая решеткой. Если мне повезет, я смогу ее выдернуть и спрятаться в здании. А если нет… Думать об этом не хотелось. От волнения у меня пересохло во рту. Уверенность таяла. Вторжение на территорию представлялось неотвратимым прыжком в ледяную воду. В голове со скрипом вращались мысли. Я практически ощущала, как время уходит и вместе с ним теряется моя связь с Реном.
Дождавшись, когда охранники разойдутся по разным сторонам и скроются, я вскочила на ноги и бросилась к забору. Виски пульсировали. Страх натолкнуться на кого-нибудь подгонял, заставляя двигаться быстрее. Дистанция сокращалась. В тот самый момент, когда я уже готовилась с разбега прыгнуть на забор, меня будто бы что-то толкнуло в спину. Не удержав равновесия, я распласталась на снегу. Он забился под воротник и теперь таял, стекая по шее. Острая проволока задела тыльную сторону ладони, прочертила на ней след. В самом низу забора оказалась небольшая дыра. Достаточная, чтобы человек размером с меня смог пролезть ползком, чем я и воспользовалась.
Добежав до конечной цели, я прижалась спиной к кирпичной стене здания и резко выдохнула, взглядом окинув место и запоздало заметив камеру. Она медленно поворачивалась в ту сторону, откуда я прибежала. Непростительная ошибка. Стискиваю зубы и сильнее вжимаюсь в стену. Собственный пульс отдает в уши, в районе солнечного сплетения нарастает тугой комок паники. Даже если камера меня и заметила, уже поздно что-то менять. Разворачиваюсь к решетке и цепляюсь за нее пальцами. Тяну на себя. Слабые болты поддаются, и она остается у меня в руках. Бросаю ее вниз, подтягиваюсь на руках и залезаю внутрь пыльного прохода, больше похожего на вентиляционную шахту.
– Что значит «пропали»? – вкрадчиво задает вопрос Чайка, подходя ближе к Мак.
Губы Мак расплываются в виноватой улыбке. Стоя на плацу напротив Чайки, она заметно нервничает. Непростой разговор привлекает ненужное внимание. Даже холод, пронизывающий до костей, не может разогнать собирающуюся толпу.
– Их нет в лагере, – голос у Мак жалостливый.
Всегда, когда кто-то из первого отряда исчезал без предупреждения, она становилась крайней. Конечно, раньше Мак прикрывала «прогулы» Стина, но сейчас ситуация усугубилась еще и из-за ухода Удава.
– И ты, конечно, не знаешь, куда они отправились?
– Не знаю, – признается Мак, поднимая руки вверх и показывая открытые ладони.
– Хочешь сказать, тебя не предупредили?
Мак виновато покачала головой. Ей сегодня не повезло – попалась на глаза главонокомандующей. Был бы в лагере Крис, он бы взял на себя все недовольство Чайки и защитил Мак. Но Чайка отправила его на задание еще три дня назад, и он до сих пор не вернулся. Так что сейчас Мак была единственной из первого отряда, кто остался среди Псов.