Не считая цвета, я буду выглядеть как женщина-кошка. Мя-яу.
Моей первой реакцией, когда я вытрясла костюм из оберточной бумаги, было желание сказать: он что, шутит? Никто не носит белую кожу, особенно — с головы до ног. Но сейчас, разглядывая ее в течение часа, я подумала, а почему, черт возьми, и нет? Такая тесная кожа должна давать небольшое сопротивление брошенным чарам.
Здесь не было часов, но таймер в нижней части экрана показывал, что уже поздно, и я села. Вола полилась с меня, создавая пену, и я встала и потянулась к пушистому полотенцу. Было приятно не чувствовать боли, и я вытиралась, уделяя внимание к каждому дюйму своей гладкой, безупречной кожи, которая должна была бы болеть и иметь фиолетовый оттенок после драки сперва с Ку’Соксом, а потом с Алом. Демонские проклятия. Лучше, чем бинты, и к тому же они не смываются в ванне.
Телевизор показал изображение репортерши, кричащей, поскольку она пыталась быть услышанной сквозь звуки пожарных машин. Это был маленький пожар в доках Сиэтла. «Дженкс?», — подумала я. Боже, я скучала по нему и надеялась, что с ним все в порядке. Эльф и пикси должны были вернуться к полуночи, но я сомневалась, что им это удастся. Цена обещаниям Трента известна. Я была уверена, что он получит пыльцу пикси в качестве предлога.
Накинув белый халат с вензелем отеля, я распустила волосы и вновь попыталась их расчесать. Экран телевизора был виден мне через зеркало. Женщина продолжала кричать о многочисленных мелких происшествиях по всему Сиэтлу, начиная от застрявшего в шахте лифта и кошачьего боя на международном кошачьем шоу, которое проходило в Сиэтле, заканчивая сотнями мелких аварий, которые, казалось, одновременно происходили по всему городу. Она просила всех сохранять спокойствие. По-видимому, система 911 предусматривала поддержку, но количество звонков зашкаливало.
«Дженкс, ты маленький дьяволенок», — подумала я с улыбкой, но потом передумала. Дженкс был хорош, но он не мог быть более чем в одном месте в одно и то же время. Это было очень похоже на демона.
Движения расчески стали резче, и я нахмурилась. Все это ради обручального кольца? Мне не хотелось верить, что Трент освободил опасного, ходящего днем демона ради чертового отвлекающего маневра — даже если это было сделано во имя контроля над следующим поколением эльфов. А поскольку эльфы пустили свои корни повсюду, это почувствует каждый. Проклятье, Трент, тебе лучше знать, что ты делаешь.
Стук в дверь ванной заставил меня вздрогнуть, и я с бряцаньем положила расческу. Через толстую дверь донесся голос Айви:
— Рэйчел? Мы можем поговорить?
Чего она хочет?
— Дашь мне минуту на то, чтобы одеться?
— Конечно.
Через некоторое время из глубины комнаты донеслось громкое, но приглушенное:
— Хочешь чего-нибудь поесть?
Я потянулась к своему белью, потом помедлила.
— Ты имеешь в виду обслуживание номеров?
Боже, я чувствовала себя пленницей и, неожиданно приняв решение, я сняла одежду Ала с вешалки. По крайней мере, удостоверюсь, что платье мне подходит.
— Нет, — сказала она, смягчив голос, — я не буду есть то, что они принесут сейчас, когда знают, что мы здесь. Если не хочешь нарезку или фрукты, у меня есть «Милк Дадс».
Так это Айви покупала «Милк Дадс»?
— Э, нет, спасибо, — я застегнула молнию на бедре, довольная тем, что платье не жмет и не собирается складками, когда я наклонилась, чтобы надеть носки. — Хочешь увидеть мою одежду для суда?
Белый. Он это серьезно?
— Конечно.
Ее голос звучал подавленно, даже через дверь, и я забеспокоилась, натягивая рукава на голую кожу. Платье шнуровалось сзади и имело вырез, который показывал то немногое, чем я могла бы гордиться, вместо того, чтобы скрывать то, чего там не было.
— Я, гм, отправила три галлона сиропа в Окаменевший лес, — сказала она, стоя около двери, судя по звуку.
— Ты шутишь? Как?
Айви молчала, и я представила, как она пожимает плечами.
— Интернет, — коротко пояснила она. — Свобода Дженкса обошлась нам в 275 долларов, но большая часть суммы ушла на оплату доставки.
Я не удержалась от улыбки. Я не забыла своего обещания пикси, но оставила его на Айви, знающей, как организовать это через Интернет.
— Ты думала на счет завтрашнего дня? — спросила Айви, в ее голосе слышалась нерешительность.
Я встала перед зеркалом, выпятила грудь, а затем ссутулилась и потянулась за сапогами. Они тоже были белыми.
— Постоянно.
— Нет, я имею в виду — по-настоящему. Задумывалась ли ты о завтрашнем дне?
Сев на край ванны, я надела сапоги на низком каблуке. Они сидели идеально, и молния была хорошо смазана. Мое мнение об Але, который знал, что любят девушки, улучшилось. Я подумала о его поцелуе и прищурилась.
— Айви, я просто хочу пережить сегодняшний вечер. Если я этого не сделаю, тогда я… — я вздохнула, когда встала и посмотрела на себя. Черт, а я хорошо выгляжу. Как кожаная слеза, — тогда я останусь в Безвременье, — закончила я, слегка подавленная.
Страх вспыхнул, и я подавила его. Я не хотела выходить из ванной, одетая в кожу и воняющая страхом. Айви хорошо сопротивлялась искушению, но она была не прочь слизнуть глазурь с торта, прежде чем он будет подан.
Потрогав шляпу на голове, я посмотрела на свое отражение, мои волосы были все еще влажными и кожа все еще светилась после ванны. Может, мне не стоило называть это страхом. Может, это был ужас.
Горло сжалось, и я перевела взгляд на фиолетовый шарф. Фиолетовым цветом демоны выражали свою гордость или расположение фамилиарам, и от этого я чувствовала себя так, будто это был мой первый день в школе, когда ты слишком боишься постоять за себя и у тебя нет друзей, на которых можно положиться — ты совершенно одна и твоя мать говорит тебе в машине, что все будет хорошо.
Я пробежалась рукой по шарфу, ощутила кончиками пальцев его прохладу и гладкость. Я не могла заставить себя повязать его.
— А я думала об этом, — сказала Айви с другой стороны двери, — если тебе придется уйти, то я закрою фирму.
Ого. Я нажала кнопку на пульте, выключая телевизор. Распахнув дверь, я нашла Айви сидящей у окна под ярким светом, ее спина согнулась, и плечи были опущены. Она выглядела уставшей.
— Почему? — спросила я, пересекая комнату. — У тебя это отлично получается. А как же Дженкс? Ты собираешься просто оставить его одного в церкви?
Голова Айви поднялась, и она отбросила с глаз волосы, слабо улыбаясь. Ее взгляд пробежался по мне, оценивая кожаное платье.
— Мне нравится, — сказала она. — Тебе идет белый цвет. И прежде, чем ты начнешь волноваться, с Дженксом все будет в порядке. Он думает над тем, чтобы работать на Трента, если сегодня вечером дела пойдут плохо.
Я посмотрела на нее, шокированная. Работать на Трента?
— Это он сказал тебе об этом?
Пожав плечами, Айви откинулась на спинку стула, каждое движение кричало о внутренней боли.
— Мы говорили, — произнесла она низким голосом. — Одна из причин, по которой он так стремился пойти сегодня с Трентом, состояла в том, что он хотел попробовать. — Ее глаза метнулись к моим. — Для него в саду больше ничего нет. Особенно, если тебя не будет.
Я не верила в это.
— Трент? Ты шутишь?
Айви посмотрела на залив.
— Я знаю, что ты сосредоточена на сегодняшней ночи, но на случай, если у нас больше не будет времени поговорить, прежде чем ты уйдешь… Я хочу, чтобы ты знала, что я наслаждалась временем, проведенным с тобой.
О Боже. Она прощалась. Взволнованная, я подошла, чтобы встать рядом с ней, не зная, что делать со своими руками.
— Я не умираю! — воскликнула я наконец, садясь на край ближайшего стула и снимая шляпу. — Я могу вернуться, чтобы погостить и сделать дела.
Ее челюсти сжалась.
— Я знаю.
Она посмотрела на меня, и неожиданно я поняла, что это происходит по-настоящему. Мои глаза наполнились слезами, и в горле неожиданно возник ком. Мне хотелось прикоснуться к ее плечу, но язык ее тела говорил нет.
— Я могу навещать вас.
Глаза Айви тоже заполнились слезами, но ни одна из нас не позволила слезе упасть.
— Позволь мне сказать это, — прошептала она. — Ты можешь просто позволить мне сказать это?
Я приложила руку к животу, пытаясь унять боль.
— Почему ты прощаешься? — прошептала я.
Она подняла руки и позволила им упасть.
— Потому что я не могу последовать за тобой, — неожиданно произнесла она. — Я отправилась в это путешествие два дня назад, и еще до Аризоны поняла, что ни черта не делаю. Я, конечно, сидела за рулем, но ты не нуждалась во мне. Ты никогда по-настоящему не нуждалась!
— Нет, нуждалась, — сказала я быстро, но закрыла рот, когда она покачала головой.
— Не так, как мне хотелось бы. Ты быстро развиваешься Рэйчел. А вампиры медлительны. Как будто ты пришла из будущего и пытаешься тянуть всех вперед, чтобы у кого-то из нас был шанс пережить то, что случится. Ты оставляешь Дженкса и меня позади.
Гнев вспыхнул, но в этом была виновата вселенная, а не Айви.
— Эта демонское дело не было моей идеей!
— Я не говорю о Ковене и изгнании. Я говорю о том, что ты все меняешь, — Айви скрестила ноги и сжала свои бицепсы, вид у нее стал уязвимый. — Оборотни, эльфы, вампиры. Ты влияешь на всех, как катализатор, и оставляешь нас позади. Все в порядке. Мы не злимся. Нам грустно, быть может, но мы не злимся.
Она отпустила руки и встретилась со мной глазами.
— С тех пор, как ты запечатала ту комнату в туннелях, я знала, что мы с тобой не сможем работать вместе, даже если ты проснешься однажды утром и захочешь этого. Я чувствовала мощь того, что ты могла сделать. Я видела ее. Я видела страх в глазах Эддена. И за это я полюбила тебя только сильнее.
Я быстро заморгала.
— И ты считаешь, что не нужна мне? После этого? Айви, это твоя душа защитила меня.
Она кивнула, пряча лицо, чтобы вытереть глаза.
— Тебе будет лучше, если ты нас отпустишь. Дженкса и меня. С нами все будет хорошо.