Игорь вспомнил, что на принципе Гейзенберга уже давно работают туннельные диоды (как схемщик, он их отлично знал), и работают неплохо. А значит, с этим принципом всё в порядке. Что же касается постоянной Планка, Игорь помнил только, что она очень маленькая, а посмотреть её точное значение в интернете ему было лень.
По всему выходило, что Тарапунька отменно разбирается в том, о чём пишет, то есть, в телепортации. И ни капли не сомневается не только в её теоретической возможности, но и в реальном существовании. Кстати, а в связи с чем он выложил этот текст на форум?
Игорь перешёл к началу темы и посмотрел первую реплику. Некий пользователь хотел узнать, куда делись знаменитые в прошлом экстрасенсы, и перечислялось пять фамилий. Ни одна из них Игорю знакома не была, но он этой публикой особо и не интересовался. Затем шло с десяток ужасно остроумных реплик наподобие «Моль съела!». И тут на вопрос ответил Тарапунька. Игорь, прочитав этот ответ, аж подпрыгнул на кресле. «Все они, как и некоторые другие, участвовали в одном эксперименте, суть которого заключалась в открытии портала. Портал открыть удалось, но возникшее в результате сильное радиационное излучение всех убило».
Далее Тарапунька поместил фотографию пожелтевшей газетной вырезки, в которой объявлялась премия в сто тысяч долларов тому, кто сможет открыть портал, ведущий куда угодно. По его словам, это была газета за девяносто шестой год. Якобы именно это объявление и собрало в одном месте в одно время нескольких известных экстрасенсов, и оно же, по факту, и привело к их смерти.
Затем кто-то из участников форума назвал Тарапуньку идиотом и заявил, что при проходе через портал никакой радиации не возникает. Тарапунька же, вместо того, чтобы ответить «Сам дурак!», привёл обоснование своего утверждения, на которое и наткнулся, в какой-то степени случайно, Игорь…
У Марченко больше не оставалось сомнений – этот тип явно в курсе дела. Оставалось только выяснить, кто он такой. Спецслужбы легко могут найти человека по его репликам на интернетных форумах. Значит, нужно доложить Леониду Сергеевичу, и пусть он использует свои связи и влияние, чтобы заручиться содействием ФСБ или кто в России этими делами занимается, ФАПСИ, кажется…
Что ж, задание, похоже, если и не выполнено, то близко к завершению. А значит, реальностью становится не только невероятная зарплата, но и премия, которая, по словам Леонида Сергеевича, приятно удивит. Это разом решит все материальные проблемы на много лет вперёд. Игорь погрузился в сладкие мечты, представляя, как именно он потратит честно заработанные деньги.
Из тумана грёз его выдернула Алла, которая вошла в комнату в новых джинсах и очень дорогих на вид кроссовках, подобных которым никогда раньше не носила. В руках она держала большую полиэтиленовую сумку, доверху набитую рубашками, футболками, бюстгальтерами и трусиками.
– Вот, прибарахлилась! – похвасталась она. – Представляешь, всё так дёшево! Что ж, теперь я готова приступать к исполнению обязанностей секретарши. Какие будут распоряжения, шеф?
– Для начала вытряхни окурки из пепельницы, – попросил Игорь. – Переполнилась.
– Сам не мог? – поинтересовалась Алла.
– Мог. Но зачем? У меня же есть секретарша. Когда разберёшься с пепельницей, свяжись, пожалуйста, с Анфисой и узнай, когда Леонид Сергеевич сможет меня принять.
– А у тебя что, есть для него приятные новости?
– Есть. Смотри сама, – Игорь уступил ей место за компьютером и вызвал на экран страничку форума с репликами Тарапуньки. – Вот этот тип с клоунским ником – явно тот, кто нам нужен. Я на него чисто случайно напоролся. А дальше пусть Леонид Сергеевич, или Лаврентий Павлович, как его называет Волчара, выясняет, что за тип этот Тарапунька. С его связями вряд ли это составит проблему.
– Это и без его связей проблемы не составляет. Нужно только каплю мозгов, и всё.
– Не понял. Как это?
– Игорёк, ты его статью читал? Ту, на которую он сам и ссылается?
– Я-то читал. А ты? Разве ты понимаешь по-английски?
– Конечно. Я изучала его шесть лет в школе и четыре года в институте. Разве за десять лет невозможно выучить иностранный язык?
– Брось, Аллочка! Даже если ты и знаешь английский, то совсем чуть-чуть.
– Но мне этого хватило, чтобы прочитать в статье самое важное.
– И что там самое важное, с твоей точки зрения?
– Подпись, Игорёк, подпись! Статья подписана Петром Степановичем Тарасовым, сотрудником какого-то московского НИИ. Судя по первым четырём буквам фамилии, это и есть Тарапунька. Теперь заходим в телефонный справочник Москвы, набираем в поиске это имя, и что мы видим? Что в Москве один-единственный Тарасов с таким ФИО! Так что получите адрес и телефон! С такими данными лучше идти на доклад к шефу?
Алла позвонила Анфисе, и та сообщила, что Леонид Сергеевич отсутствует и будет только завтра утром. Однако если дело срочное, она, Анфиса, может с ним связаться. Алла успокоила девушку, убедив, что дело вполне подождёт до завтра.
– И что будем делать теперь? – поинтересовалась Алла. – Рабочий день далеко не закончен, а делать тебе, как я понимаю, нечего.
– Это точно, – согласился Игорь. – Раз так, придётся поработать тебе. Ты же секретарша.
– И что от меня требуется?
– Как это «что»? Снимай джинсы и приступай к исполнению главной секретарской обязанности.
– Ты уверен, что именно это – главная обязанность?
– Нет, но зато я уверен, что жена ревновать не будет.
Может, Леонид Сергеевич и вернулся утром, но уделить внимание Игорю смог только ближе к обеду. Игорь высвободившееся время провёл с пользой, и на доклад к шефу отправился в новом чёрном костюме с белой рубашкой и ярко-красным галстуком. Невзирая на то, что такое сочетание цветов какой-нибудь эстет мог бы счесть безвкусицей, Марченко полагал, что выглядит он превосходно, и был крайне собой доволен.
– Чем хотите меня порадовать, Игорь Николаевич? – доброжелательно улыбаясь, поинтересовался Леонид Сергеевич.
– Я считаю, что мы много узнаем, если хорошенько расспросим некоего Тарасова Петра Степановича. Он проживает в Москве, вот его адрес и номер телефона, – Игорь положил на стол перед шефом распечатанный Аллой листок бумаги со своим отчётом.
Услышав фамилию «Тарасов», Леонид Сергеевич слегка вздрогнул.
– А что именно вы хотите у него узнать?
– Он, похоже, физик, очень хорошо разбирается в телепортации вообще и в порталах в частности, и ещё он, судя по всему, участвовал в каком-то странном эксперименте по открытию порталов, который трагически закончился. В моём отчёте приведена фотография газетного объявления на эту тему, по косвенным данным газета примерно за девяносто седьмой год, уточнить я не смог.
– Ничего, не суть важно, в каком именно году вышла эта газета. Если вы правы, то разговор с ним, действительно, будет весьма для нас полезным. Адрес, телефон и место работы правильные? А то в Москве многие зарегистрированы по одному адресу, а реально живут совсем по другому.
– Тут я не в курсе, где я, а где Москва? Можно позвонить по этому номеру и уточнить, но я не стал этого делать без вашего согласия.
– Очень умно поступили! Не нужно ему звонить. Если там, во время эксперимента, был какой-то криминал, то упоминание о тех событиях может Тарасова спугнуть. И мы его уже не найдём, по крайней мере, быстро. Мы сделаем не так. Его навестят мои люди, проверят, тот ли это человек, который нам нужен, и пригласят в гости. Вы с ними хорошо знакомы, это братья-орангутанги, как я их называю. Их приглашение не так легко отклонить, вы-то, Игорь Николаевич, это знаете. А здесь мы с ним побеседуем, может, и вас попросим помочь, а может, обойдёмся своими силами. Вы пока отдыхайте, но будьте наготове в любой момент присоединиться к нашей беседе. Я восхищён результативностью вашей работы, Игорь Николаевич, и очень рад, что решился вас нанять, несмотря на все сомнения!
Когда окрылённый похвалой Игорь покинул кабинет шефа, Леонид Сергеевич некоторое время сидел за столом, горестно покачивая головой, а затем рявкнул в селектор:
– Анфиса, начальника охраны срочно ко мне!
Шеф секьюрити, тот самый мужчина огромных размеров, который на крыше встречал вертолёт, примчался немедленно.
– Что случилось, Лаврентий Павлович? – с волнением в голосе осведомился он.
– На! Читай! – Леонид Сергеевич сунул ему отчёт Игоря Марченко.
– Тарасов Пётр Степанович, – прочитал начальник охраны. – Ну, да, он. Его сейчас допрашивают в подвале. Что не так?
– Ты ещё спрашиваешь, что не так! Четырнадцать лет я искал этого мерзавца, нанимал частных детективов, привлекал к поискам милицию, ФСБ, чёрта лысого и многих, многих других! И не мог найти! Это нормально?
– Лично я занимаюсь этим делом всего два года, и, между прочим, добился успеха. В чём вы хотите меня упрекнуть?
– Ты видишь этот отчёт? Его составил Игорь Марченко. Совершенно не напрягаясь, он нашёл Тарасова всего за полдня! Ты понимаешь? Четырнадцать лет и полдня! Почувствуйте разницу! Нет, я всерьёз подумываю о том, чтобы взять этого парня на работу!
– Лаврентий Павлович, если мы закончили с лирикой, может, я доложу, что нам удалось у него узнать?
– У Марченко?
– Нет, у Тарасова.
– Уже что-то узнали? Что именно?
– Ничего хорошего, Лаврентий Павлович. Свой волшебный чемоданчик он спрятал неподалёку от нашей таёжной базы. Я не уверен, что Тарасов сам сможет его найти, но мы без него точно ничего не найдём! Только он искать не будет, понимает же, гад, что как только чемодан попадёт к нам, ему смерть. И как его заставить? Родители померли, на бывшую жену и сына ему плевать. Причём это не игра, допрашивали его под сывороткой правды.
– Да, проблема. А знаешь, что я сделаю? Поручу решить эту проблему Марченко. Почему-то я абсолютно уверен, что он справится. Запись допроса Тарасова делалась?
– Конечно. Хотите прослушать?
– Нет, я спрашиваю только потому, что мне нравится спрашивать! Конечно, хочу!