– Я – пилот. Хрен вы куда без меня полетите!
– Пилот уже внутри!
– Как я могу быть внутри, если я – снаружи? – удивился пилот. – Не, ну если хотите, можете попытаться лететь без меня.
– Кто же тогда прошёл, представившись пилотом? – рассвирепел начальник охраны.
– Никто. Пилотское кресло пусто, можете сами убедиться.
– А ты где был?
– Проводил внешний осмотр машины, согласно регламента. Вы же не хотите аварии при посадке из-за неисправности шасси?
– Значит, пролез всё-таки этот бандеровский ниндзя! Ну, сейчас он об этом пожалеет!
Главный охранник вошёл в вертолёт и пересчитал всех, кто находился в салоне. У него получилось шесть человек, что вызвало некоторую растерянность. По предварительным расчётам, пассажиров должно было быть семь. Он ожидал, что обнаружится кто-то лишний, а вот недостачу объяснить никак не мог.
– Чего застыл? – поинтересовался у него Тарасов. – Хочешь наняться в парк живых скульптур и тренируешься? Или горгону увидел?
– Не знаю, кто такой или такая Горгона, но я, наоборот, кого-то не вижу. Одного не хватает. Нас должно быть семь, а здесь шестеро.
– Самого важного не забыл посчитать?
– А кто тут самый важный? Левченко?
– Нет, болван! Это ты!
– Точно, – вздохнул с облегчением начальник охраны. – Тогда всё нормально. Но за болвана ты всё-таки потом ответишь. Эй, пилот, только тебя ждём! Садись, и полетели!
Разумеется, он не забыл, что мимо него в салон прошли два пилота. Но выводить пассажиров и ещё раз пропускать их всех по одному у него уже не оставалось никаких моральных сил. Да и приказ шефа был категоричен: лететь срочно, не теряя времени. С пассажиром-невидимкой можно будет разобраться и позже, на аэродроме.
Свой план он блестяще исполнил. Когда вертолёт приземлился, из него вышли семь человек, не больше и не меньше. Пилот тут же поднял свою машину в воздух, и если Левченко прятался там, то он был надёжно выведен из игры. Через несколько минут с аэродрома взлетел «Боинг» и взял курс на Хабаровск.
– Счастливо оставаться, Левченко! – попрощался неимоверно собой довольный начальник охраны.
Если Левченко ему что-то и ответил, его всё равно никто не услышал.
За четырнадцать лет, на взгляд Тарасова, бывший военный городок в уссурийской тайге ничуть не изменился. Впрочем, он особо не приглядывался, его беспокоили совсем иные проблемы. В основном, одна – как выбраться отсюда живым. А для этого было бы неплохо, чтобы у него в распоряжении оказалась хоть пара часов светлого времени. Ведь если пульт не заработает, Петра убьют немедленно, в этом он не сомневался.
– Не будем терять времени, – предложил Тарасов Лаврентию Павловичу, которого безошибочно выделил среди троих встречающих вертолёт по начальственному виду. – Где пульт? Я бы хотел приступить к делу немедленно.
– Странно ты себя ведёшь, – отметил тот. – Ты же не можешь не понимать, что когда ты работу закончишь, независимо от результата, ты перестанешь быть мне нужным. Со всеми вытекающими. Так для чего такая спешка?
– Ну, ты же пообещал сохранить мне жизнь, – грустно улыбнулся пленник. – Да и лучше уж тот или иной исход, чем эта проклятая, мотающая нервы, неопределённость.
– Что ж, я не возражаю. Приступай, Пётр Степанович. А вы, ребята, будьте готовы в случае чего свернуть ему шею. А то этот великий физик уже один раз с помощью портала прикончил пару моих людей. Надеюсь, сейчас пистолета у него нет?
– Нет. Я лично обыскивал, – кивнул начальник охраны.
– Тогда можем начинать. Открывай кейс, Пётр Степанович. Если прибор заработает, больше ничего не делай. Иначе – сам понимаешь.
Затаив дыхание, Пётр осторожно открыл чемоданчик, переданный ему Лаврентием Павловичем. Как он и ожидал, экран засветился, и на нём появились какие-то непонятные символы, что они означают, он за все одиннадцать лет, пока пульт был у него, так и не смог понять.
– Чудесно, – обрадовался Лаврентий Павлович. – Я так понимаю, Пётр Степанович нам больше не нужен. Ничего не трогайте, я сам закрою кейс. Ребята, оттащите его подальше.
– Стоп! Подождите! – распорядился начальник охраны. – Шеф, лучше не рисковать. Он же тогда, двадцать пять лет назад, закрыл кейс при активном портале. Может, это важно, а может, и нет. Пусть сначала активирует портал.
– Ты откуда знаешь, что прибор может включить только тот, кто в прошлый раз закрывал кейс? Он рассказывал об этом только мне! – встревожился Лаврентий Павлович.
– Не говорите глупостей, шеф! Разумеется, я прослушиваю все внешние телефонные разговоры из вашего дома, и входящие, и исходящие. Это входит в мои обязанности.
– Разумно, – признал шеф. – Ладно, включай портал, Пётр Степанович. Но больше ничего. Только включай.
– Чтобы ты меня сразу же после этого убил? – горько рассмеялся Пётр. – Ты же хозяин своего слова. Сам его даёшь, сам и назад берёшь.
– Я не понял, что это за разговоры об убийстве? – задал вопрос один из тех, кто прилетел сюда вместе с Петром, Игорь Марченко, если он правильно запомнил имя и фамилию.
– Не обращайте внимания, Игорь Николаевич, – порекомендовал ему шеф. – Никого без крайней необходимости здесь не убьют. Это было бы совершенно неразумным поступком со всех точек зрения. Особенно нашего великого физика. Он ведь много лет изучал это устройство, а мы пока что его знаний не имеем. Поэтому он нам намного нужнее живым. Открывай портал, Пётр Степанович, не тяни. Все присутствующие очень хотят, просто жаждут, увидеть его воочию. Согласись, зрелище ожидается весьма неординарное. Так что не разочаровывай публику. Ты же хотел стать артистом, почему бы не начать прямо сейчас?
– Нет! – категорически отказался Пётр, который не верил ни одному слову Лаврентия Павловича и потому продолжал свой блеф.
– Уважаемый Пётр Степанович, активируйте, пожалуйста, портал, – присоединился к просьбе шефа его начальник охраны. – Если вы этого не сделаете, вам уже никто не поможет.
Тарасов застыл от неожиданности. Этот тип подчёркнуто сделал ударение на слове «никто», явно намекая на ночной разговор. Так вот кто был этим таинственным гостем! А второй, тот, что завуалировано предлагал предать Россию – это наверняка тот самый Левченко, о котором так много говорилось перед отлётом.
– Ладно, уговорили, – согласился Пётр. – Включаю.
– Полтора метра на два, – заказал размеры портала Лаврентий Павлович. – Два, естественно, в высоту. Приблизительно, особая точность не нужна.
– Да я и не смогу точно, – откликнулся Тарасов, нажимая нужные кнопки. – Просто не знаю, как. Ну, вот, получите и распишитесь, как говорится!
Все, кроме него, потрясённо смотрели на мерцающий портал, ведь они видели подобное зрелище впервые. Впрочем, двое охранников хотя и глазели вместе с остальными на невиданную диковину, но не забыли ни оттащить Петра от пульта на пару шагов, ни крепко его держать.
– Вот оно! – восхищённо выдохнул Лаврентий Павлович. – Это чудо я искал целых двадцать пять лет! Четверть века, подумать только! Глазам своим не верю! Но, тем не менее, нужно успокоиться и двигаться дальше. Нам нужно сделать ещё многое. Для начала я собственными руками закрою этот кейс и дождусь, пока портал отключится сам. После этого, если я правильно понял Петра Степановича, пульт настроится на меня, что мне и требуется.
– Что за чушь, Леонид Сергеевич! – удивился всё тот же Марченко. – Чем это он настроится? Вы что, видите какие-нибудь датчики, распознающие, кто именно открывает чемоданчик? Я вот не вижу. Да и глупо ставить подобную защиту на такие устройства.
– Разве? Это сделано якобы на случай, если прибор попадёт в чужие руки, – возразил шеф.
А у шефа больше, чем одно имя, отметил для себя Пётр. Кто же он такой, интересно? Судя по делам, натуральный бандит, а вот повадки похожи на милицейские, то есть, теперь уже правильно говорить «полицейские». Один из пресловутых «оборотней в погонах»? Впрочем, не так уж волновал Тарасова этот вопрос, чтобы долго об этом думать.
– Ерунда! Стандартная защита для таких случаев – пароль. Это самое простое и самое надёжное. Не требует дополнительного оборудования и позволяет, например, спокойно передать устройство напарнику или кому-нибудь ещё. Любая другая защита ставится только как дополнительная к паролю. Но пароля, как видите, нет. Так откуда же взялось дополнение?
– А если инопланетяне мыслят не так, как мы? Может, они сам принцип пароля так и не выдумали?
– Я так не думаю. Но зачем гадать? Это же очень просто проверить.
– И то верно, Игорь Николаевич. Может, вы ещё объясните, почему пульт не работал, когда кейс открыл я, и заработал, когда то же самое сделал уважаемый Пётр Степанович?
– А когда вы его открывали?
– Прошлым вечером. И всю ночь с ним провозился без толку. Что я только не нажимал, но экран так и остался тёмным.
– А перед этим он хранился в тёмном помещении?
– Ну, не совсем в помещении. Внутри дерева, как бы странно это ни звучало. То есть, в дупле.
– Тогда всё ясно. Видите, вон на клавиатуре такой прямоугольник, более тёмный, чем остальное?
– Вижу. И что это такое?
– Это наверняка солнечная батарея. Мы такие тоже применяем. Думаю, она подсоединена к аккумулятору. Пока прибор лежал в темноте, аккумулятор полностью разрядился. Я так понимаю, лежал он там четырнадцать лет?
– Именно столько, – подтвердил шеф.
– Тогда неудивительно. А вам не повезло, что вы его открыли только вечером. Если бы днём, как Пётр Степанович, пульт заработал бы.
Какой этот Марченко идиот, сокрушённо думал Тарасов. Неужели он не понимает, что его тоже убьют? Зачем он разрушил мой блеф? Ну, ничего, судя по выражению лица Лаврентия Павловича, или как там его зовут на самом деле, ты в ближайшее же время убедишься, что сотворил глупость.
– Браво, Игорь Николаевич! Вы блестяще решили эту сложную задачу. Впрочем, как всегда. За это я хочу вас вознаградить, по мере своих скромных сил. Вы получаете право первым пройти сквозь портал!