– Прости, Наташ…
Но лучше бы он не извинялся, потому что тем самым только подтвердил обвинения Люсинды.
Марк обвел всех взглядом, включая выскочившую на шум Лиду и мало что понимающую, но с интересом наблюдавшую за очередным «цирком» Лайю. Еще раз коротко извинился и вышел.
Наташа задрожала в объятиях Марины, а потом и вовсе, развернувшись, уткнулась ей в плечо. Лицо у Люсинды, невольно устроившей сцену, стало таким несчастным, что, казалось, и она готова была расплакаться.
– Макс, я сейчас… Разберусь с Марком и вернусь, – забормотала она, поднимая с пола шапку и в очередной раз напяливая себе на голову. Но когда Люси потянулась за курткой, Макс неожиданно рявкнул:
– Никуда ты не пойдешь! Хочешь поговорить с братом – вызвонишь его в обед.
Он набрал воздуха в легкие и отчеканил:
– Так, послушали все. Объясняю один раз! Все личные вопросы отныне и дальше решаем вне офиса в нерабочее время! Я имею в виду отношения! Больничных, форс-мажоров и прочего это, разумеется, не касается. Но все ссоры между вами, размолвки, расставания и прочие страсти – в личное время! И в офис разборки тащить не надо! Хватить мне разваливать агентство! Это касается всех! В том числе и меня. Поняли?
Кивнула не только Люсинда – и Лида с Герой задергали головами, как болванчики. Марина тоже. Лайя, не понявшая ни слова, но встревоженная резкостью Макса, на всякий случай решила не отставать от всех.
– Вот и славно, – улыбнулся как ни в чем не бывало Макс. – Тогда за работу! Наташа, тебя сегодня в порядке исключения отпущу.
– Не надо, – шмыгнула носом девушка и вяло улыбнулась. – Я нормально.
Люсинда покосилась на нее виновато, а потом так, в надетой задом наперед шапке, и ушла к себе.
До обеда день, как ни странно, шел мирно. Наташа быстро взяла себя в руки и занялась работой. Вернее, она постила в блог новые записи и фотографии, проверяла личку и составляла какой-то только ей пока ведомый график. Марина занималась разбором заявок и проверяла наличие электронных чеков за последние заказы, чтобы переслать Максу.
– Это же надо такой дурой быть, – вполголоса пробормотала сестра, что-то печатая в телефоне. Марина оторвалась от своего занятия и скосила на Наташу глаза.
– Он со мной познакомился специально, потому что я была секретарем агентства. По ресторанам водил не за красивые глазки, а за информацию. И ведь, гад такой, выспрашивал все так аккуратно, незаметно, что мне казалось, будто он всерьез интересуется моей работой и, конечно, мной…
Наташа горестно вздохнула и снова уткнулась в телефон.
– Я его заблокировала.
Она отшвырнула смартфон на стойку и подперла подбородок кулаком. Марина аккуратно отъехала на кресле от компьютера и придвинулась к сестре. Но обнимать на этот раз не стала.
– И много ты ему рассказала?
Они обе отчего-то избегали называть настоящее имя «Владимира». Сестра хмыкнула:
– Да не особо. Меньше, чем ты мне раньше.
На этот раз Наташа уже улыбнулась – грустно и мечтательно, будто своим мыслям.
– Он как-то узнал, что Люсинды нет, поэтому и явился со своей подружкой и историей про кота. И пока вы были в поездке, заезжал. А я еще на тебя злилась, потому что у тебя к этому «Владимиру» сразу возникла неприязнь.
– Не неприязнь, – аккуратно заметила Марина, снова возвращаясь к сортировке чеков. – Просто интуиция взвыла, что тут нечисто.
– Ну да, вряд ли в такую обычную, как я, девушку влюбится миллиардер, – скривилась Наташа.
– Эй! А вот это прекращай! А то уже я потащу тебя к зеркалу – рассказывать, какая ты красивая и обаятельная!
Наташа улыбнулась на этот раз без грусти.
– Да-а, было дело… Ой, все! Прекращаем! Начальник приказал сердечные проблемы оставлять за порогом! Вот и оставим. Скажи, Макс меня теперь уволит, раз ты вернулась?
– А это зависит от твоего желания. Тебе нравится вести блог агентства. Ты привела к нам новых клиентов. Это очень хорошо! Поговори с Максом, думаю, он не станет возражать, чтобы ты продолжала заниматься нашим продвижением.
Время до обеда прошло спокойно. Люсинда не выходила из своего кабинета, занятая логистикой по заявкам, которые одобрил Макс. Она только раз покинула офис: вышла за бутербродом и салатом. Видимо, гнев Люси поутих, потому что она не стала звонить брату и делать ему разнос.
Гера тоже погрузился в работу: обнаружил в корпоративной сети какую-то прореху, через которую просочился вирус. Лайя сидела с ним рядом, чатилась с кем-то в телефоне и улыбалась. Может, писала своим испанским подружкам?
А вот Лида встревожила Марину куда сильней, чем сестра с ее личной драмой. Ведьма сегодня вела себя так тихо и неприметно, будто и вовсе отсутствовала. Оделась она очень скромно: в широкий серый свитер и черные легинсы. На ее лице почти не было косметики, а платиновые волосы коллега заплела в косу и уложила ту вокруг головы. Но дело было не в том, что Лида выглядела так неброско, а в ее поведении. Ведьма казалась сильно подавленной: ни с кем не разговаривала, не выходила на кухню за чаем, сидела у себя и что-то читала с компьютера. Марина дважды прошла мимо приоткрытой двери ее кабинета, украдкой косясь на Лиду, а потом, заметив, что она поежилась от холода, не выдержала и отправилась на кухню.
– Вот, выпей. Согреешься, – Марина поставила перед Лидой кружку горячего какао. Коллега недоуменно покосилась на чашку. Марине даже показалось, что Лида сейчас возмутится, как обычно, что она такое не пьет, но та вдруг тепло улыбнулась:
– Спасибо! Это то, чего мне не хватало.
– Пожалуйста, – пожала Марина плечами и ушла.
Чуть позже Гера, так и не привыкший пользоваться внутренним телефоном, проорал из своего кабинета:
– Макс, мы с Лайей на обед! Смотаемся в торговый центр, есть тут один неподалеку.
– Вернешься злым? – отозвался Макс.
– Это почему? – высунулся в коридор хакер.
– Потому что в женских магазинах ты звереешь. Сам как-то на это жаловался.
– Ну, да, – Гера поскреб затылок. – Еще попробуй угадать, что у девиц возраста Лайи в моде, а что – отстой.
– Хочешь, я с ней схожу? – внезапно предложила, выйдя из кабинета, Лида. – Я пойму, что ей нужно.
– Пож-жалуйста! – с чувством выдохнул Гера и даже затряс сложенными как в молитве ладонями. – Я лучше поработаю! Такси я вам сейчас вызову. И деньги на карту скину. Сколько надо?
– Потом, – отмахнулась Лида. – Скажи только, какой лимит. А то… меня знаешь!
– Мари в средствах дочь не ограничивает. Но Лайя идет в обычную школу, так что носовые платки от Диор ей не нужны.
Лида с Лайей пообещали вернуться через час и ушли. Гера на кухне заварил себе огромную кружку чая, пошарил по ящикам в поисках съестного, нашел пачку с печеньем и закрылся у себя. А Макс пригласил Марину с Наташей на обед.
Когда они вернулись, в офисе по-прежнему находились Гера и Люсинда – каждый занятый своей работой.
Но прошло еще полчаса, а Лида с Лайей так и не вернулись. Гера поначалу не нервничал, даже отпустил шутку насчет женщин и шопинга. Но спустя четверть часа внезапно заорал на весь коридор:
– Макс!
На его голос выскочили все.
– Смотри, что она написала! – с этими словами он ткнул телефоном начальнику едва ли не в лицо.
– «Гера, в полицию не звони и никуда не дергайся. Я ее верну», – зачитал тот и тут же набрал кого-то со своего мобильного. В то время, пока Макс слушал длинные гудки, Гера что-то пролистал на смартфоне и выругался:
– И какого черта Лиду туда понесло?! Едет на окраину!
Макс нахмурился.
– Ты все же установил ей на смартфон отслеживающую программу?
– Конечно! – Гера снова набрал номер, но послушал недолго. – У Лайи мобильный отключен.
Его нервозность передалась всем. Люсинда вскинула брови, будто вопрошая, что делать. Ответить Макс не успел, потому что раздался гудок домофона. Наташа первой ткнула в кнопку и впустила в офис модно одетую женщину.
– Здрас-стуйте, – с сильным акцентом поздоровалась та.
– Мари? А ты что тут делаешь? – даже не изумился Гера. Марина переглянулась с Максом: этот день все больше напоминал тот, из недавнего прошлого. За разоблачительным скандалом, устроенным Люсиндой, последовал неожиданный визит Мари – как уже случилось однажды.
– Я вернулса, – просто ответила женщина и заискивающе улыбнулась.
– А твоя командировка? Контракт? – быстро спросил Гера.
– Нет контракт. Я тут. За Лайя.
– Как это – нет контракта? Его что, расторгли?
Мари снова улыбнулась и затараторила на испанском. Но Гера ее перебил и поискал взглядом Люсинду:
– Люси, помоги, плиз.
Та и без просьбы поняла.
– Мари говорит, что договор оказался ненастоящим. Она выполнила условия работы, но, когда поехала в следующий город, выяснилось, что никто ее там не ждет. Мари обзвонила другие места, в которые должна была прибыть, и везде получила один ответ. Ее годовой контракт на самом деле оказался договором на месяц. Мари возмущена, потому что ее выдернули из дома, обманули с работой и кинули на деньги.
– Та-ак, – протянул Гера, хмурясь, и запустил пятерню в растрепанные светлые волосы. – Кому и зачем понадобилось такое устраивать?..
– Где Лайя? Она дома? – спросила Мари. Гера не ответил, потому что снова раздался звонок. На этот раз Наташа, к огромному облегчению всех, впустила в офис потерявшуюся девочку.
– Слава богу! – проорал Гера и кинулся к дочери.
Лайя держала в руках несколько пакетов с эмблемами магазинов, но была она одна.
– А где Лида?
Он вытянул шею, пытаясь за невысокой фигуркой дочери разглядеть бывшую невесту.
Лайя пожала плечами и, заметив мать, удивленно вскинула брови. Мари бросилась к ней с объятиями, торопливо расцеловала дочь в обе щеки и застрекотала с ней на испанском.
– Где Лида? – грозно вклинился в их диалог Гера. Лайя что-то ответила, и Люсинда снова перевела:
– Говорит, что потеряла ее в торговом центре. Оставила с покупками в кафе, а сама отлучилась в туалет, по пути заглянула в еще один магазин. А когда вернулась, Лиды не было. Лайя подождала и решила вернуться на общественном транспорте.