— Ты что?! — испугался Андрей, который стоял к костру ближе всех.
— Извини, — развел руками Марк. — Расстояние не рассчитал.
— В следующий раз сам за хворостом пойдешь! — пробурчал Андрей. — Экономнее надо топливо расходовать! По всему лесу раскидал.
— Не ссорьтесь! — Марина неумело орудовала кинжалом, пытаясь разделать тушку птицы. — Было бы из-за чего!
Утка ей попалась какая-то нестандартная, резалась плохо, да и перья здорово мешали. На помощь пришла Таня. Она с усмешкой взяла у Марины кинжал, воткнула его в ствол дерева, стоявшего рядом, взяла другую, еще не изуродованную, утку и начала ее ловко ощипывать. Быстро ощипав одну тушку, она бросила ее на траву и так же быстро расправилась с остальными, оставив в покое только ту, над которой тщетно трудилась Марина. Потом Таня взяла кинжал, так же ловко разделала тушки, разложив их отдельно от печенок и других полезных внутренностей, вытерла кинжал о листья, подала его Марине и победно взглянула на Андрея, мол, вот какая я. И хозяйка, и вообще. Глаза Андрея сияли. Марина хмуро взяла кинжал, сунула его в ножны и отошла в сторону с независимым видом.
Марк без стеснения стянул свой балахон, оставшись в полотняных штанах, и разложил его у костра сохнуть. Андрей, подумав, тоже стянул рубаху и положил ее рядом.
— А как же наши девочки? — задумчиво спросил Марк. — Им форма «голый торс» вряд ли придется по вкусу.
— Но-но! — встрепенулась Марина. — Я бы попросила без намеков!
— Ну и ходи в мокром, — безучастно заключил Марк. — Хотя я мог бы запечь уток, а для вас развести второй костер, поодаль, чтобы вы смогли просохнуть.
— Ну ладно! — согласилась Марина. — Танечка, оставим этих грубиянов одних?
— Если только на время, — ответила Таня, глядя на Андрея влюбленными глазами.
— Пойдем, пойдем! — потянула ее за руку Марина. — Налюбуетесь еще друг на друга!
Марк помог им развести костер с другой стороны рощи и оставил одних. Он и Андрей со своего места могли видеть только свет костра, но это давало некоторую уверенность в том, что они смогут прийти девушкам на помощь, если что случится в этих диких топях.
Быстро темнело. Только неяркое марево указывало направление, в котором солнце закатилось за край. Таня скинула платье и осталась полностью нагая, но вела себя так естественно, что не выглядела голой. Просто на ней не было никакой одежды. Марина на такие крайности не пошла, она решила сначала просушить штаны от охотничьего костюма, оставив на себе довольно длинную куртку, а потом просушить и саму куртку, когда можно будет надеть штаны. Все равно она сильно стеснялась, больше сама себя, чем Таню, которая смотрела на ее действия с некоторым недоумением.
Над головой расцвели звезды, по болоту начали разноситься диковатые ночные звуки. Плескалась рыба, где-то невдалеке жутко кричала ночная птица, по топи шлепало ластами довольно крупное животное. С одной стороны топь была видна как на ладони, деревья и кусты не закрывали обзор. Но смотреть туда было неприятно, от мелькавших во тьме теней волосы на затылке вставали дыбом. Но повернуться к болоту спиной вообще не хватало духу.
— Может, к ребятам пойдем? — предложила Таня.
— Вот еще! Иди, если хочешь, — высокомерно сказала Марина. — Я еще не просохла до конца.
Таня не хотела выглядеть трусихой, хотя знала, что Андрей даже в душе не упрекнет ее за недостаток смелости. Но вот показать свой страх Марине она не хотела.
— Да нет, — с показным спокойствием возразила она, — мне показалось, что тебе неуютно тут с непривычки. Я тут местная, чего мне бояться?
Иногда над самой водой пробегали небольшие, слегка светящиеся облачка, словно сдувало с деревьев светящийся пух. Марина подумала, что это могут быть души умерших, направляющиеся в Мир мертвых. От этой мысли ей стало совсем неуютно. Не любила она мертвяков, боялась. Полезут еще прямо сейчас из земли. Тут всякой гадости ожидать можно! Как Марк говорит? Нестабильный мир.
Марина вспомнила рассказ о триннах, представила скачущих на конях скелетов в истлевших доспехах. Ерунда! Можно просто глаза закрыть, чтобы не бояться, а вреда от них никакого, как от легкого ветерка, даже меньше. Она привычно поискала рукой лук, но вспомнила, что оставила его у другого костра. Сердце екнуло и опустилось ближе к пяткам. Марина подтянула к себе револьвер и кинжал. Чтобы успокоить себя, она решила позвать Марка, ну хотя бы время спросить. Хотя какое тут время?
Сзади раздался легкий шорох. Марина повернулась, но ничего опасного не увидела, только по траве пробежала волна, словно ветерок подул. Но ветра не было. Марина решила подняться, надо было взглянуть, может, куртка уже просохла. Почти встав, она поскользнулась на влажной траве и смешно встала на четвереньки. Таня усмехнулась, и в тот же момент уплотнившийся сгусток темноты прыгнул на Марину.
Если бы она не стояла на четвереньках, то это нечто вцепилось бы ей прямо в горло, но оно, видимо, не ожидало такого хитрого маневра противника. Таня жутко взвизгнула, а Марина поняла, что следующий прыжок будет со спины. Она упала на бок и покатилась по траве в сторону от Тани. Марина подсознательно поняла, что должна отводить чудище подальше от беззащитной девушки; сама она еще сможет сопротивляться, а от Тани толку не было. Она сгруппировалась и, перекувырнувшись через голову, встала на ноги.
Едва восстановив равновесие, Марина бросилась бежать. Сзади раздался дикий, совершенно невообразимый рев, от которого кровь застыла в жилах. Но Марина была не из тех, у кого от страха отнимаются ноги. Она резко свернула вправо, рванула вперед и через плечо увидела, что чудище проскочило там, где миг назад находилась она сама. Марина заметила, что, несмотря на высокие скоростные качества, реакция у зверя была не очень; видимо, мешал огромный вес.
Она бросилась бежать широким зигзагом, а многозубые челюсти с влажным шлепком захлопывались у самого уха на каждом крутом развороте. Чудище было похоже на ночной кошмар закоренелого алкоголика — двигалось на коротких, но мощных задних лапах, выставив вперед передние с кривыми когтями. Между пальцев были хорошо видны перепонки, сказывалось болотное происхождение.
Было в нем что-то от тиранозавра с укороченными ногами, только этот был покрыт густой длинной шерстью, а сидевшая на плечах голова без малейших признаков шеи на девяносто пять процентов состояла из несуразно огромной пасти. Зубы в пасти были расположены в несколько рядов. В первом ряду огромные рвущие и хватающие клыки, во втором множество режущих как бритва резцов, а дальше плотно посаженные жевательные пластины. Все это сооружение выглядело одновременно и эффектно, и эффективно, что вызывало не только животный страх, но и некоторое уважение.
Марина поняла, что такого темпа бега, да еще со столь крутыми поворотами, она долго не выдержит. Нужно было срочно принимать решение. Первой мыслью было вскочить на дерево, но до ближайшего было никак не меньше десяти метров, а в данной ситуации это было слишком много.
И тут нужное решение пришло само собой. Марина бросилась на землю, кувырнулась, пропуская прыгнувшего зверя над собой и метнулась назад, к костру. За спиной снова клацнули страшные челюсти, но впереди, совсем рядом, пылал спасительный огонь.
Она снова упала, перекатилась по мягкой влажной траве и схватила из костра длинную пылающую ветку. И тут же увидела Марка, который стоял с опущенным топором и весело улыбался. Марина даже не стала объяснять себе такое странное поведение друга, не было времени. Встав на одно колено, она ткнула импровизированным факелом в жуткую пасть.
Но, к ее удивлению, пылающая головня прошла насквозь, рука не ощутила преграды. Чудище дико взревело и упало на спину, стало корчиться в судорогах, постепенно теряя цвет и плоть. Возникло такое ощущение, словно его засасывала сама земля. Марина еще раз ударила факелом в копошащуюся кучу шерсти и мяса, которая быстро исчезала, а потом отбросила палку и без сил опустилась на сырую траву.
— Поспокойнее улыбайся, а то рот порвешь! — зло бросила она Марку, который еле сдерживал смех. — Трудно было помочь?
— Это был тринн, — уже смеясь, сказал он.
— Кто?!
— Тринн. Я тебе про них рассказывал, это призраки, помнишь? Они не могут причинить зла, по причине почти полной бесплотности, но выглядят иногда очень реалистично.
— Вот черт! — Марина со злости ударила ладонью в траву.
— Но ты его сделала классно! Он тебя ни разу не задел. Это просто удивительно, что ты победила, был бы он настоящим, ему бы не устоять. Я думаю, что огонь — единственное действенное оружие против них. Хорошо, что люди появились намного позже, чем погибли тринны.
— С настоящим я пробовать не хочу. Я думала, что они как люди. На лошадях, с мечами. А с такими как драться в бою?
— Поэтому они почти во всех битвах побеждали. Сила и ярость зверя, помноженные на исключительно острый ум.
— Так у него в башке, кроме пасти, ничего нет! — удивилась Марина.
— У него мозг в грудной клетке, окруженный мощными костями и мышцами. Про них много говорится в преданиях эльфов.
— Эльфов, — задумчиво произнесла Марина. — Тогда я знаю еще одно действенное оружие против них.
— Правильно, — улыбнулся Марк. — Твой лук воспет во многих сагах эльфов как неутомимый уничтожитель триннов.
Одежда уже просохла, поэтому Марк засыпал дальний костер мокрой болотной травой, и все расположились в шалаше у первого костра. Ночь постепенно входила в свои права, исчезло марево на западе, четкими и объемными стали ночные светила. Марк остался в шалаше и мирно захрапел, будто лежал дома на диване, Андрей и Таня отошли немного дальше в зыбкую полутень, воркуя как голуби. Марине не спалось, она села у костра и задумалась о предстоящем пути. Это же надо, два миллиона поверхностей Земли, сложенные вместе, сотканные в единый ковер неведомого мира! Невозможно представить! Сколько чудес хранит этот мир, на девяносто процентов состоящий из белых пятен? А сколько неведомых опасностей еще ждет их в пути? И как далек еще путь? Марина не знала, а будить Марка не хотелось, начнет язвить. Она от нечего делать решила подробнее осмотреть ночное небо, очень уж сильно оно ее интересовало.