— Да мне это и сейчас понятно, — улыбнулась Марина. — Но я не вижу опасности.
— Я о том и говорю, — хмуро отозвался Марк. — Научишься видеть. Позже.
Они прошли вдоль берега совсем близко, на деревьях в лесу можно было ветки считать. Марк совсем помрачнел.
— Всем с палубы! — неожиданно скомандовал он. — Вниз, в каюты!
Все недоуменно ворчали, но ослушаться не решились. Вскоре палуба была пуста.
— Тихонько подруливай к берегу, — сказал Марк.
Корабль замедлил ход и повернулся к лесу. Тут обрыва почти не было.
— Удобный заезд, — пожала плечами Марина.
— То-то и плохо! Слишком удобный и заметный. Не специально ли его кто-то тут обустроил?
— Да ну тебя! — отмахнулась она.
И тут же лес вмиг окутали густые клубы пара, грянул дружный залп нескольких десятков орудий береговой батареи. Воздух наполнился свистящим металлом, за долю секунды с палубы сорвало все, что могло быть сорвано. Один конический снаряд влетел в рубку, пройдя между головами Марка и Марины. Но борта выдержали, недаром железные.
— Ни фига себе! — Марина втянула голову в плечи от сокрушительного удара.
— Вперед! — заревел Марк. — Не останавливайся, жми прямо через лес, на пушки! Надо пройти сквозь них, а то нам крышка.
Марина ударила по клавишам, корабль рвануло вперед.
— Надо успеть до второго залпа!
— Я моторам не помогу! — зло шикнула она.
Корабль вломился в лес как паровой каток, только на гораздо большей скорости. Первое же крупное дерево так шарахнуло в борт, что друзья не удержались на ногах.
— Марк, в кресло! — крикнула Марина, с ужасом думая о тех, кто сейчас в каютах.
Второй удар оказался еще сильнее; видимо, дерево было крепче. Но и оно, хрустнув, отлетело далеко в сторону, подминая подлесок. Более мелкие деревья создавали сильно ощутимую, почти непрерывную вибрацию, которая прерывалась только гулкими ударами крупных стволов. Через секунду под днищем мелькнули сверкающие орудия, толстые паровые трубы, перекошенные от ужаса и злобы лица.
— Вперед сколько сможешь! — стуча зубами от тряски, крикнул Марк.
Марина увидела мелькнувшую просеку, резко повернула корабль, чуть сама не вылетев из кресла, но все же попала в спасительный коридор. Хотя просека была явно узковата для такой махины — по бортам то и дело били деревья, но это не в лоб. Корабль проскочил небольшую деревню, сбив крыши двух домов, и погнал по просеке дальше.
— Сбавляй скорость! — взмолился Марк. — У них пушки только на берегу.
— Сбавляю. Только не видно почти ничего!
И палуба, и рубка были завалены ветками, щепками, обломками стволов. Кроме того, корабль горел. Горел сильно, выпуская из недр клубы густого дыма.
— Стоп! — скомандовал Марк. — Иначе внизу всем придется очень плохо. Пожар усиливается.
Марина опустила корабль прямо на грунт, из кают выбегали люди. Она осмотрела рубку, может, что захватить с собой, но ничего стоящего на глаза не попалось. Марк уже вовсю командовал, объясняя на кахи, что надо отходить дальше в лес, потому что корабль может взорваться.
Он и взорвался. Где-то через час, когда повстанцы уже мирно сидели на берегу небольшого лесного озера.
— У вас так принято гостей встречать? — с сарказмом спросил Ученый.
— А у вас? — парировала Марина.
Люди, имеющие жабры, под предводительством Ученого приняли решение остаться прямо тут, у озера. А Марк, Андрей, Марина и Таня после недолгого отдыха отправились дальше через лес по едва заметной лесной дороге. Путь предстоял неблизкий, говорить не хотелось, и только вековая дорожная пыль привычно принимала уставшие ноги путников в мягкие объятия.
Через пару часов об озере уже ничего не напоминало, лес вроде как немного поредел, а на пути встретилась гораздо более ухоженная дорога, местами мощенная стволами деревьев. По ней и пошли на юг.
— Ты бывал в этих местах? — спросила Марина.
— Бывал, — задумчиво ответил Марк. — Только очень, очень давно. С этими местами связаны самые лучшие и самые худшие мои воспоминания. Прямо на юге должен быть небольшой монастырь акреотов. Не тот, в который мы собирались, но думаю, что монахи помогут нам добраться до нужного места.
ЗМЕИ
К вечеру пришлось сойти с дороги, несмотря на то что лес по сторонам сделался гораздо гуще, чем прежде.
— Монастырь точно на юге, — пояснил Марк. — Туда нет проторенных путей, так что иначе чем через чащу к нему не добраться.
— А как тут насчет хищных зверей? — насторожился Андрей.
— С людьми справились, а ты зверей испугался, — отмахнулся Марк. Зверь не будет нападать без всякой причины.
— Причина найдется. Жрать ведь надо.
— А ты не считай ворон.
До заката оставалось еще далеко, но в лесу было мрачно — густая листва наверху с трудом пропускала лучи уставшего светила. Путники старались держаться опушек, но и по ним приходилось продираться через заросли высокой осоки и болиголовы.
— Трава тут как у нас, — заметила Марина.
— Бывает и такое, — усмехнулся Марк.
— Монахи живут прямо в лесу? — из любопытства спросила она.
— Не совсем. Чуть дальше на юг посреди леса торчат Кристальные скалы. Лес там, кстати, не такой густой и не очень высокий, а вот сами скалы вздымаются метров на сорок вверх, похожие на каменные пальцы, выпирающие из земли. Монастырь акреотов основанием опирается на спиленные вершины этих скал, как на сваи. Впечатляющее зрелище.
— А почему скалы называют Кристальными?
— Раньше там добывали ходовые кристаллы. Потом месторождение истощилось.
Иногда среди чащи попадались звериные тропы, и тогда идти становилось легче — ноги не путались в высокой траве. Свет дня угасал, близилось время заката. И чем темнее становилось вокруг, тем чаще за деревьями раздавались пугающие голоса обитателей леса — то лай, то хрюканье, то тяжелый топот и фырканье. Марина не выдержала и стянула с плеча лук. Марк усмехнулся.
— Сколько мы уже протопали? — спросил Андрей.
— Устал? — покосился на него Марк.
— Я нет. Но ты бы о Тане подумал.
— Ладно. Привал. Но ненадолго.
Друзья выбрались на поляну, подальше от темных деревьев, и расположились на отдых. Марк, правда, отдыхать не очень стремился, все не мог усидеть на месте. Заметив это, Марина решила наконец выяснить давно мучивший ее вопрос.
— Пройдемся, Марк? — спросила она.
— Отдыхай.
— Да я не устала. Хотела спросить у тебя кое о чем по магии.
— Спрашивай.
— Слушай, имей совесть. Пусть ребята отдыхают. Думаешь, им интересно слушать о том, чем они не собираются заниматься?
Марк понял, что настойчивость Марины основана на чем-то серьезном, и решил не перечить. Отведя его метров на тридцать, Марина напрямую спросила:
— Что ты знаешь о моем отце?
Марк поморщился. По всему было видно, что данного разговора он старался избегать как можно дольше, но и Марина решила проявить всю настойчивость, чтобы добиться правды. Это было заметно, и Марк сдался.
— Это довольно длинная история.
— И что? Она касается меня лично, так что будь любезен.
— Скорее всего, она тебя никак не касается, — пожал Марк плечами. — И мне не очень хочется говорить об этом.
— Подробнее можно?
— Да. Ты помнишь свою мать?
— Конечно. Она ушла от нас пять лет назад, когда у отца были большие трудности в бизнесе. Нам пришлось все продать, а она привыкла жить на широкую ногу…
— Оставь свои семейные проблемы при себе. Я не о том. Она — обычная женщина?
— В каком смысле? — удивилась Марина.
— Рождена в Верхнем Мире?
— А что, это как-то можно понять?
— В основном по родственникам. По отцовской линии их у тебя точно нет, я про это даже не спрашиваю. Ты не могла видеть ни деда, ни бабку — родителей отца. Ни его братьев или сестер. Так?
— Да. Ну а по материнской линии родственников полно. И бабушка, и дед.
— Тогда отец у тебя не родной. Да и мать, скорее всего.
— Ты с дуба рухнул? — с напором спросила Марина.
— Не горячись. Настоящее имя твоего отца — Конса. Он мой родной брат. В этом нет никаких сомнений. А у мужчин, рожденных в Нижнем Мире, не может быть детей от брака с вашими женщинами. Тебя удочерили. Думаю, что родную дочь мать отцу не оставила бы.
В этом была логика, и Марина задумалась.
— Значит, отец родился здесь? — спросила она. — Мило. Давно ты с ним виделся?
— По какому исчислению лет?
— По нашему.
— Лет триста назад. У нашего отца было трое сыновей. Я, Конса и еще один. После смерти отца между нами возникла ссора.
— Как в сказке, из-за наследства?
— Нечто вроде того, — уклончиво ответил Марк. — Давай не будем об этом. Ты ведь просто хотела узнать, является ли твой отец уроженцем Нижнего Мира?
— Да. Но узнала гораздо больше. И это не очень меня порадовало, если честно. Я надеялась, что и у меня в жилах течет кровь жителей этого мира.
— Какая разница?
— Не знаю. — Девушка пожала плечами. — Наверное, никакой. Но хотелось быть причастной, что ли. Не знаю. Иногда хочется верить, что твоя жизнь имеет какую-то особую ценность, что у тебя есть некое важное предназначение.
— Оно есть у всех людей. — Марк пожал плечами.
— Я не о том. Ну да ладно. Спасибо, что рассказал обо всем честно.
Она отвернулась и широким шагом направилась через заросли осоки к Андрею и Тане. Марк остался стоять в одиночестве. В отличие от Марины, его волновали проблемы иного характера. Ему было ясно, что очень скоро придется принять бой с самым опасным противником, которого только можно представить. Исход этой битвы не мог предсказать никто, поскольку затрагивала она самую суть мирового баланса. Кто выиграет на этот раз, тому и дальше будет выигрывать проще.
Марк этого противника не побеждал никогда. Это был его Моби Дик — недостижимая цель. И с тех пор Марк ничем не стал лучше, не прибавил никаких новых умений. А вот противник наверняка не дремал. Так что шансов, как ни крути, в этот раз будет еще меньше, чем обычно. Хотя куда уж меньше?