агоценности, из-за которых начинались великие войны; артефакты, неловкое использование которых может привести к глобальным катастрофам; книги, содержание которых не следует знать, — все это спрятано в специальном схроне в подземельях под домом. Если в коллекции есть скарабей Наполеона, он где-то там, внизу. Проблема в том, что коллекция Джона слишком велика, и найти в ней что-либо, не зная, где искать, невозможно. Я хочу добраться до каталогов и книг учета, которые Джон вел с особой тщательностью, но в силу обострившейся с годами паранойи хранил там же, внизу, за семью замками.
— Хорошо, — заинтересовалась Кейтлин и отложила книгу. — А почему это нельзя было сделать днем? Зачем лезть в подземелья на ночь глядя?
— Говорю же, мой отчим в последние годы был параноиком. Дверь, ведущая в подземелья, изготовлена из цельной каменной плиты и запечатана. Чтобы туда попасть, нужно знать определенный набор слов и жестов — код. Я пытался его найти.
— Успешно?
— Будем надеяться, что да.
— Если нет?
— Тогда придется идти более сложным путем. Вход в подземелья есть еще в самом дальнем углу сада. Туда выходит подземный лаз, которым не пользовались лет сто. Но надеюсь, до этого не дойдет. Так вы мне поможете?
— Конечно, только переоденусь.
Кейтлин постаралась скрыть детскую радость. Что может быть интереснее прогулки по подземелью с сокровищами? Еще бы спутника сменить, тогда бы счастью не было предела, но это уже даже не мечты, а нечто совсем несбыточное. Девушку волновал только один вопрос, который она тут же озвучила:
— Я так и не поняла, в чем будет заключаться моя помощь. Что конкретно вы от меня хотите?
— Я был в схроне пару раз и видел, что представляет собой каталог. Это ряды папок с информацией по каждому отдельно взятому артефакту. Я просто физически не сумею перебрать их все, — пояснил Даниэль. — Сожалею, что не могу предложить вам более увлекательного занятия.
— Ничего страшного, думаю, это будет достаточно увлекательно для меня! — радостно прощебетала девушка, стараясь унять глупую улыбку, и убежала к себе в комнату.
Глава 10
Кейтлин собралась достаточно быстро, сменив только верхнее домашнее платье на болотно-зеленое дорожное. Оно, конечно, не было траурным, как предписывали обычаи, зато на нем совсем не видно грязи. В последнюю минуту девушка прихватила с собой небольшую сумочку, в которой обычно носила револьвер. Она не думала, что оружие пригодится, но с ним было спокойнее, а лишняя предосторожность никогда не помешает. К тому же в подвалах бывают крысы, а крыс девушка боялась. Лиз в детстве всегда рассказывала про них страшилки, и с тех пор Кейтлин относилась к серым хвостатым грызунам с большой осторожностью.
— Боитесь, что в подземелье ваша красота померкнет? — усмехнулся Даниэль, увидев, что Кейтлин захватила с собой ридикюль. Девушка промолчала, лишь кинула раздраженный взгляд в сторону черноволосого наглеца. Нет, общаться с ним было решительно невозможно. Пусть не надеется, что она станет оправдываться. Хочет считать ее вертихвосткой, которая только и умеет пудрить нос, — это его право. Она не станет никого переубеждать. Мама бы это одобрила.
Кейтлин немного боялась: Даниэля, энергетика которого была слишком сильной и подавляющей; темных подземелий, где неизбежно водились ненавистные крысы; странной каменной двери, испещренной непонятными символами. Дверь казалась частью стены в конце длинного коридора первого этажа и выглядела монументальной. Не верилось, что эту махину можно сдвинуть в сторону. Хоть при помощи физической силы, хоть при помощи мистической.
Книга заклинаний — старая, в засаленном перелете, водруженная Даниэлем на один из мраморных постаментов, — тоже пугала. Кейтлин всегда считала себя уравновешенной и здравомыслящей особой, далекой от оккультных наук. Она не верила в магию, предпочитая признавать лишь факты. Но что делать, если потустороннее, сверхъестественное незаметно стало частью жизни? Девушка не понимала, чему верить — своим глазам или голосу разума. Никогда раньше ей не приходилось выбирать. Обычно то, что она видела, не противоречило доводам рассудка.
Полутемный коридор, в который редко кто заходил, освещали лишь принесенные Даниэлем свечи. Самая толстая стояла возле массивной книги. На незнакомые буквы падали красноватые отблески пламени.
— Ну что, начнем? — улыбнулся молодой человек, и Кейтлин с тревогой заметила, что у него слегка дрожат руки. Даниэль Фармер, кажется, тоже нервничал. Интересно, почему?
— Как это работает? — в последнюю минуту поинтересовалась девушка.
Лорд Фармер как-то уж очень неопределенно передернул плечами. Видимо, сам он немногим лучше Кейтлин представлял механизм работы книги заклинаний.
— Барон Маккензи обожал всевозможные головоломки. — Даниэль подошел к каменной плите и осторожно провел кончиками пальцев по вырезанным письменам. — Надпись на двери — это древнешумерский. Я ее перевел. Обычное запугивание, которое сводится к простой угрозе: «Назови правильные слова или погибни». Символы вверху и внизу — это изображения животных и птиц. Своего рода послание, как я предполагаю, мне, следующему хранителю сокровищницы.
— То есть дядя, с одной стороны, использовал такой замок, который можно открыть, лишь зная тайный код…
— А с другой — оставил для меня подсказку, разгадав которую я смогу войти внутрь. Предполагается, что понять ее смогу только я. Все остальные, кто попытается открыть дверь, пойдут по ложному пути, и их настигнет расплата.
— Но вы же разгадали ее?
— Думаю, что да. — Голос Даниэля звучал подозрительно неуверенно.
— В чем же тогда проблема?
— Барон Маккензи всегда был лучшего мнения о моих умственных способностях, нежели я сам. Опасаюсь, что он меня переоценил.
— Но мы не сможем узнать, правы вы или нет, пока не попробуем. Так ведь?
— Так.
— Чего же мы ждем?
— Я собираюсь с духом, — раздраженно бросил Даниэль и с ненавистью покосился на книгу. — Мой отчим обладал удивительной фантазией, и я даже предположить не могу, что нас ждет, если я ошибся. Думаю, что ничего хорошего.
— В моей сумочке пистолет.
— Что?
— Я говорю, в моей сумочке не зеркальце и пудра, как вы подумали, а пистолет. Револьвер, подаренный отцом, я умею им пользоваться. Правда.
— Наслышан от Мэлори, — отмахнулся молодой человек. — Про красоту я сказал так, чтобы вас позлить. Согласитесь, у меня это вышло.
— Да вы негодяй! — возмутилась Кейтлин, но Даниэль лишь улыбнулся. Было видно, что он не чувствует за собой вины. Словесные перепалки, похоже, доставляли ему удовольствие.
— Вы полагаете, мы защищены и с пистолетом нам страшиться нечего? — подозрительно хмыкнул он.
— Полагаю — да.
— Мне бы вашу уверенность, — отозвался молодой человек и, выдохнув, начал медленно, нараспев читать заклинание.
Кейтлин тихо буркнула себе под нос: «Ну, от крыс он точно нас защитит». И в ответ получила еще один насмешливый взгляд.
Сначала не происходило ровным счетом ничего, хотя Кейтлин с нарастающим любопытством смотрела то на вход в подземелье, то на книгу в руках Даниэля. Потом около двери начал клубиться сизый дымок, он словно просачивался из каждого тщательно выбитого в камне символа, из малейшей щелочки. Дыма становилось все больше, он постепенно сгущался, собираясь в млечно-серое клубящееся облако, которое устремилось к книге заклинаний, втягиваясь в пожелтевшие от времени страницы.
Девушка смотрела как завороженная, не в силах сдвинуться с места. Она и представить себе не могла, что когда-нибудь увидит подобное. Происходящее казалось затянувшимся сном. В бурлящем облаке дыма начали проскакивать маленькие искорки молний. Их становилось все больше, а разряды усилились. В коридоре поднялся ураганный ветер. Даниэль, выкрикнув последнее слово, отшвырнул книгу и рывком прижал Кейтлин к себе, девушка не успела даже пикнуть или возмутиться подобной вольностью со стороны молодого человека.
— Что-то мне это не очень нравится, — шепнул он ей в волосы на макушке, когда особенно яркая вспышка озарила коридор. — Лучше держаться как можно ближе друг к другу! Чую, сейчас что-то случится, и не факт, что хорошее!
Громыхнул гром, и девушка со страхом зажмурилась. Тряхнуло так, что в помещении задрожал пол, а яркая вспышка ослепила даже сквозь сомкнутые веки. Через минуту все стихло, и Кейтлин медленно открыла глаза, чтобы увидеть перед собой кромешную тьму.
— Что произошло? — испуганно поинтересовалась она и сильнее вцепилась в рубашку Даниэля. Она и думать забыла о том, что всего секунду назад мечтала оказаться как можно дальше от него.
— Мне не хотелось бы вас пугать… — молодой человек немного отодвинулся, но не разжал объятий, словно чувствовал, что так девушке спокойнее, — …но чутье подсказывает мне, что заклинание все же было не совсем верным. Как я и опасался, Джон переоценил мои умственные способности. Я оказался не умнее среднестатистического охотника за сокровищами. Похоже, мы попали в ловушку, рассчитанную на достаточно умных охотников за артефактами.
— И где мы? Может быть, просто очень резко стемнело и погасли все свечи? — Девушка почувствовала, что трясется от страха. Непрошеные слезы застряли в горле, а губы против воли дрожали.
— Ну, это вы зря надеетесь. Мы точно не в доме. Чуете, какой тут воздух? Затхлый, застоявшийся…
— Тогда куда нас занесло?
— Кто ж его знает?
Кейтлин ощутила, как молодой человек пожал в темноте плечами. Мышцы под тонким шелком рубашки напряглись, и девушке вдруг стало неловко. Она осознала, что уже минут пять совершенно бесстыдно прижимается к малознакомому мужчине. Правда, отпустить его все равно было страшно.
— И как мы планируем выбираться отсюда? Здесь же совсем ничего не видно.
— Сейчас. — Даниэль осторожно отстранил от себя девушку и с пыхтением полез в карман. — Вот!
Он вытащил на свет небольшой шарик, потом дунул на него, и в помещении, примерно на уровне глаз, повис мерцающий, слегка потрескивающий клубочек.