– Сейчас я беру Фрика и отправляюсь в Мемфис, – сказал я в заключение. – Переговорю с Тотом и сразу же вернусь.
– Я с тобой, – подал голос Уолт.
Сейди тоже говорила мне, чтобы я взял его с собой, но сейчас, глядя на его осунувшееся лицо и застывшие глаза, я всерьез задумался, стоит ли это делать. Сказать по правде, меня напугало, как плохо он выглядел, даже по сравнению со вчерашним днем. Понимаю, звучит ужасно, но меня не оставляла навязчивая мысль о погребальных обрядах Древнего Египта. Готовя тело к мумификации, бальзамировщики обкладывали его солью, чтобы медленно вытянуть из него влагу и высушить изнутри. Уолт сейчас выглядел так, словно этот процесс уже начался.
– Послушай, дружище, – сказал я. – Сейди просила, чтобы я тебя поберег. Она очень тревожится… Ну и я тоже, конечно.
Уолт стиснул челюсти.
– Если вы действительно собираетесь использовать в заклинании тень, вам нужно изловить ее и заточить в статуэтку. Для этого вам понадобится сау… а я – лучший, который у вас есть.
Тут мне возразить было нечего – Уолт прав. Даже если изловить тень живого существа в принципе возможно, ни я, ни Сейди этим умением не обладали. Среди нас способностью к такого рода чарам и изготовлению одушевленных амулетов был наделен только Уолт.
– Ну ладно, – пробормотал я неохотно. – Только… не лезь на рожон, хорошо? Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. А то сестрица сбросит мне на голову ядерную бомбу, это уж как пить дать.
Баст тронула Уолта за локоть – точь-в-точь как делают кошки, подталкивая жука, чтобы проверить, жив он или нет. Потом обнюхала его волосы.
– Твоя аура совсем слабая, – сказала она. – Но путешествие тебе не повредит, не беспокойся. Только постарайся не перенапрягаться. И никакой магии, только в случае крайней необходимости.
– Слушаюсь, мамочка, – отозвался Уолт, удивленно вытаращив глаза.
Кажется, Баст было приятно это слышать.
– Я присмотрю за остальными котятками, – пообещала она. – То есть за остальными учениками… А вы двое будьте поосторожнее. Я не питаю большой любви к Тоту, но не хочу, чтобы он втянул вас в свои проблемы.
– Какие еще проблемы? – насторожился я.
– Увидишь. Главное – возвращайтесь поскорее. Все эти хлопоты по охране дома сбивают мне весь режим сна.
Она мягко подтолкнула нас к стойлу Фрика и направилась к лестнице, что-то бормоча про себя насчет чашечки отвара из кошачьей мяты.
Ну а мы потопали к лодке. Фрик возбужденно верещал и бил крыльями – похоже, ему не терпелось отправиться в путь. Видно, он-то успел как следует отдохнуть. И к тому же отлично знал, что за полет его ожидает очередная награда в виде изрядной порции мороженых индеек.
Через пару минут мы уже летели над Ист-Ривер.
Полет через Дуат на этот раз прошел тяжелее, чем обычно. Я чувствовал себя примерно как в самолете, попавшем в зону турбулентности, только здесь к неприятным ощущениям еще добавлялись таинственные потусторонние завывания и плотный сырой туман. Я только радовался про себя, что перед полетом пообедал не слишком плотно, потому что желудок у меня прыгал, как в маслобойке.
Лодку затрясло совсем отчаянно, и тут Фрик наконец вырвался из Дуата в смертный мир. Я сразу понял, что мы оказались в другом часовом поясе: под нами сияли вечерние огни Мемфиса, штат Теннесси, раскинувшегося на широкой излучине реки Миссисипи.
У самого берега высилась черная стеклянная пирамида – ныне заброшенный стадион, который Тот приспособил под свое обиталище. Над пирамидой то и дело полыхали разноцветные вспышки, отражаясь огнями в стеклянных гранях исполинского строения. Поначалу я решил, что Тот устроил у себя что-то вроде фестиваля фейерверков, но потом мне стало ясно: пирамида подверглась атаке.
Вверх по ее граням карабкалось жуткое скопище демонов – человекоподобных тварей с петушиными шпорами, когтистыми лапами или членистыми ногами насекомых. Одни были покрыты густым мехом, другие – чешуей, а третьи закованы в панцирь, как черепахи. Вместо голов на плечах у многих торчали разнообразные орудия – молоты, мечи, топоры, цепные пилы, а кое у кого даже отвертки.
Цепляясь когтями за стыки стеклянных панелей, добрая сотня демонов уже подбиралась к вершине. Некоторые пытались вломиться внутрь пирамиды, но при каждом ударе пирамида вспыхивала голубым светом, отражая любой натиск. В воздухе носились крылатые демоны, то и дело с пронзительным визгом пикируя на немногочисленных защитников пирамиды.
Тот стоял на самой вершине. Выглядел он как какой-нибудь не слишком озабоченный своей внешностью лаборант – в белом запятнанном медицинском халате, джинсах и майке, с всклокоченной, как у Эйнштейна, шевелюрой и двухдневной щетиной на щеках. Может, вид у него был и не очень грозный, но вам стоило бы увидеть его в бою. Он швырял пылающие иероглифы, как гранаты, которые взрывались вокруг него радужными вспышками. Его помощники, павианы и длинноклювые птицы ибисы, схватились с врагом чуть ниже. Павианы прицельно били по ним баскетбольными мячами, отчего демоны кубарем катились к подножию пирамиды, а ибисы сновали у них под ногами, клюя чудовищ в разные уязвимые места.
Когда мы подлетели поближе, я переключил свое зрение на видение в Дуате, и сцена сражения сделалась еще более жуткой. Все демоны были связаны между собой красными витками энергии, которые складывались в силуэт огромной призрачной змеи. Похоже, чудовищный Змей обвивал собой всю пирамиду целиком. Стоящий на вершине Тот предстал моим глазам в своем древнем облике исполинского роста мужчины в белой египетской юбке с головой ибиса, поражающего врагов яростными молниями.
Уолт присвистнул.
– И как же это смертные умудряются не замечать подобной заварушки?
Я и сам не очень это понимал, но мне сразу вспомнились недавние репортажи о стихийных бедствиях, которые я видел в новостях. Мощные ураганы вызвали сильные наводнения на реке Миссисипи, так что властям пришлось эвакуировать из зоны бедствий сотни людей. Маги наверняка знали, что произошло на самом деле, но для простых смертных, живущих в Мемфисе, нынешняя битва выглядела не более чем очередной сильной грозой.
– Я помогу Тоту, – сказал я. – А ты оставайся в лодке.
– Нет, – заявил Уолт. – Баст сказала, чтобы я использовал магию только в крайних случаях. И по-моему, сейчас как раз такой случай.
Я-то не сомневался, что, если с Уолтом что-нибудь случится, Сейди меня просто-напросто убьет. Но судя по тону Уолта, отступать он не собирался. И мне было отлично известно по опыту, что иногда он становился не менее упрямым, чем моя сестрица.
– Отлично, – буркнул я. – Тогда держись.
Всего год назад, если бы я стал свидетелем подобной битвы, я бы сжался от страха в комок и только и искал бы безопасное местечко, где спрятаться. Честно говоря, даже наше сражение при Красной пирамиде в прошлое Рождество казалось не таким безнадежным, как предстоящая мне сейчас воздушная атака на целую армию демонов, причем имея в качестве поддержки только одного смертельно больного ученика и малость неуравновешенного грифона.
Однако за последний год многое изменилось, и нынешняя ситуация представлялась теперь всего лишь еще одним не самым удачным деньком из жизни семейства Кейнов.
Фрик пронзительно заверещал, ринувшись с ночного неба вниз, заложил крутой вираж вправо и понесся на бреющем полете над одной из граней пирамиды, на лету заглатывая демонов помельче и разя тех, что покрупнее, своими гудящими, как цепная пила, крыльями. Тех тварей, которым удалось уцелеть, мы сшибли вниз лодкой.
Когда Фрик снова начал набирать высоту, мы с Уолтом выпрыгнули из лодки и принялись карабкаться по стеклянному склону. Уолт отработанным движением метнул перед собой амулет. Вспыхнул свет, и перед нами мгновенно возник большой золотой сфинкс с телом льва и головой женщины. Честно говоря, после нашего последнего приключения в Далласе к сфинксам я относился прохладно, но этот, к счастью, был на нашей стороне.
Уолт вскочил на него верхом и направил его в бой. Сфинкс грозно зарычал и ринулся на демонов в рептильной чешуе, разрывая их на куски. Остальные чудовища поспешно отступили и рассеялись, за что, по моему мнению, их никак нельзя было винить. Здоровенный золотой лев и так-то довольно страшное существо, а сияющая женская голова придавала ему еще более жуткий вид. Ее беспощадные изумрудные глаза горели яростью, блеск золотой короны слепил глаза, а клыкастая пасть казалась еще более угрожающей из-за непомерного количества губной помады.
Я же тем временем достал из Дуата свой верный хопеш и призвал силу Гора. Вокруг меня тут же возник сияющий голубой двойник бога войны ростом в двадцать футов и с головой сокола.
Я шагнул вперед. Боевой двойник с безупречной точностью повторял каждое мое движение. Я сделал выпад мечом в направлении ближайшей кучки демонов, и светящийся клинок моего двойника одним движением смел их с пирамиды, как кегли в боулинге. Учитывая, что у двоих демонов головы были точь-в-точь как кегли, сравнение получилось вполне уместным.
Павианы и ибисы медленно прокладывали себе путь к основному скоплению демонов. Фрик метался вокруг пирамиды, хватая крылатых демонов клювом или сшибая их на землю болтающейся позади него лодкой.
Тот стойко продолжал швыряться своими гранатоподобными иероглифами.
– Раздуйся! – выкрикнул он очередное заклинание. Иероглиф пронесся по воздуху и ударил ближайшего демона прямо в грудь, рассыпав вокруг искры. Демон тут же распух, как воздушный шар, и с воплями покатился вниз по склону пирамиды.
– Сплющись! – заклинание Тота настигло еще одного демона, который тут же превратился в плоский коврик в форме чудища.
– Колики! – рявкнул Тот, и бедняга демон, которому досталось это проклятие, резко позеленел и согнулся, схватившись за живот.
Я лавировал среди монстров, сталкивая их вниз или рубя мечом. Все шло отлично, пока одна из крылатых тварей вдруг не спикировала вниз, как летчик-камикадзе, и не ударила меня в грудь. Я опрокинулся навзничь и ударился о стену пирамиды с такой силой, что мигом растерял всю концентрацию. Мой магический двойник тут же испарился, оставив меня беззащитным. Я непременно скатился бы вниз, к самому подножию, если бы вцепившийся мне в горло демон не удержал меня на месте.