Воздух стал влажным, потянуло сыростью; мы прошли через несколько низкопотолочных помещений и вошли в подземную комнату, которой не было ни на одном чертеже, которые я когда-либо утверждал. Таинственное голубое свечение исходило от вычерченного на каменном полу замысловатого узора. Разумеется я сразу же узнал его — тот же размер, та же форма, те же линии и завитки — это был Путь.
Неудивительно, что папа решил, будто это моих рук дело. Эта версия Пути выглядела в точности как оригинал, который я только что покинул.
Как это было возможно? Как Путь мог существовать в двух местах одновременно? Кто-то втайне сделал копию, пока мы были заняты своими проблемами?
Нет, вряд ли. Никто не мог скопировать его здесь, равно как и в каком-либо другом месте, раз уж на то пошло. Папа начертил первозданный Путь своей кровью. Не думаю, что кроме нас двоих, найдется кто-то еще, способный на это.
— Как ты переместил его сюда? — спросил папа вновь, сердито махнув рукой в сторону пола. — Ты представляешь, сколько неприятностей это повлечет за собой?
— Я… не делал этого, — когда я подошел ближе и принялся изучать линии, то ощутил покалывание на коже. Эта версия Пути также излучала глубокую мощь, я ощутил его силу, проникающую вглубь меня.
— Ты уверен, что это настоящий Путь? — тихо спросила Фреда. — Выглядит похоже, но…
— Ощути его мощь! — произнес папа. Я понимал, что он имел ввиду. С близкого расстояния явно чувствовалось пульсирование потоков энергии. — Это Путь. Сомнений быть не может.
— К сожалению, — сказал я, — ты ошибаешься. Я покинул первозданный Путь, тот, что ты сотворил, несколько минут назад, папа. Он был не перемещен, а скопирован каким-то образом.
— Это невозможно! — огрызнулся он.
— Давай убедимся, — сказал я. — Подержи мой фонарь.
Передав ему фонарь, я вытащил свою колоду карт и принялся перебирать их в поисках нужной. Наконец, я нашел карту с изображением первозданного Пути, окруженного безмолвными деревьями.
Я вглядывался в карту и изображение передо мной ожило. Схватив отца за руку, я шагнул вперед, потянув его за собой.
Было все еще светло — когда я приходил к Пути, всегда было дневное время — и пока мы стояли перед огромной каменной плитой, с начертанными на ней извилистыми голубыми линиями, составлявшими первозданный Путь, я ощутил исходящие от него волны энергии. Путь выглядел в точности так же, как только что покинутый нами в Амбере. Я не мог найти никаких различий, как бы упорно не всматривался.
— Как это возможно? — пробормотал папа себе под нос. Он начал двигаться вокруг каменной плиты, изучая линии Пути.
— Я не знаю, — ответил я. Я поспешил вслед за отцом. — Если копия во дворце — не твоих рук дело и определенно не моих… кто еще обладает достаточной силой, чтобы начертить его?
— Никто!
— Возможно, король Свейвилл? — это было маловерятно, но королю Хаоса были подвластны магические силы, о которых я мог лишь догадываться.
— Он бы уничтожил Путь, а не создавал другой.
— Возможно, он что-то задумал…
— На этот раз он ни при чем. Мы должны найти другое объяснение.
Папа медленно оборачивался, оглядывая деревья вокруг, будто искал что-то… или кого-то. Единорога? Однажды она привела меня сюда. Она была здесь, когда папа впервые пришел сюда. Похоже, она появлялась каждый раз, когда случалось что-нибудь, касающееся Пути.
Но в этот раз единорог не появился.
— Она не придет, — наконец сказал я.
— Думаю, ты прав, — он взглянул на меня, потом снова начал прохаживаться вокруг Пути. — Какие-нибудь твои действия могли привести к возникновению копии. Думай, мальчик!
Здесь происходила схватка с посланным фейнимами существом. Я воспользовался силой Пути для защиты. Что могло произойти после?
На меня снизошло ужасающее озарение. Возможно именно я создал это.
— В какой-то момент, — произнес я, — когда я боролся с порождением фейнимов, вселенная будто раскололась, но затем все вернулось на свои места, включая Путь.
— Вселенная раскололась? — он нахмурился, наморщив лоб. — Что это значит? Ты можешь точно сказать что произошло, что ты делал?
— Раскололась, — я беспомощно пожал плечами. — Я не знаю, как еще это объяснить. В некотором смысле, я стал частью Пути. Мы были единым целым… по крайней мере, так мне казалось. Когда присланное фейнимами существо напало на меня, что-то произошло. Будто все распалось на части, и я обнаружил себя в нескольких Тенях одновременно, каждое было еще ужаснее, чем предыдущее. В моей памяти все смешалось. Я не мог целиком осознать происходящее.
Мы завершили круговой осмотр Пути, и папа начал что-то тихо бормотать себе под нос. Он начал обход по второму кругу. А я продолжал следовать за ним.
— И? — спросил я. — Ты можешь объяснить, что произошло?
— Лучше спросить, является ли Путь в Амбере единственной копией? — ответил он.
Я в ужасе взглянул на него.
— Могут быть еще копии? Где? Сколько?
— Где угодно! Сколько угодно! Может быть по одной копии в каждой Тени, насколько я могу судить. Или может быть ни одной. — он нахмурился. — Твое долгое пребывание в Амбере, так близко к Пути — источнику, откуда ты черпаешь силы — могло спровоцировать создание копии. Кто может объяснить? Не я! По крайней мере не сейчас!
— Но ты считаешь это возможным? — настаивал я. — Ты думаешь, может быть больше одной копии?
— Мы должны быть готовы и к этому.
— Возможно, это не так уж и плохо, — размышлял я вслух. — Если в каждом мире существует своя версия Пути, Свейвилл никогда не сможет уничтожить их все. В этом случае мы в безопасности.
— Или, — ответил он, — ты никогда не сможешь защитить их все. Возможно, если он уничтожит один, будут уничтожены все версии Пути — так как они являются частями единой сущности!
Я ощутил, как кровь отхлынула от моего лица. Это может сделать нас гораздо более уязвивыми, чем прежде. Мы никогда не сможем защитить все проявления Пути в каждой Тени.
— Будем надеяться, — произнес он мрачно, — что в данный момент существует единственная копия. Если их больше — это может обернуться для нас настоящим бедствием.
Я ощутил попытку контакта на грани сознания.
— Постой, — сказал я. — Кто-то пытается связаться со мной через карту.
Я сконцентрировался на контакте. Мгновение спустя, я увидел перед собой Фреду. Она все еще стояла в комнате в подземелье — я мог разглядеть голубое сияние Пути позади нее.
— Оберон? — спросила она. — С тобой все в порядке? Ты собираешься возвращаться?
— Да, — ответил я. Оставаться здесь не имело смысла. Лучше вернуться в Амбер.
Фреда протянула мне руку. Я взял ее за руку, другой рукой ухватив отца. И мы снова очутились в комнате в подземелье, в которой был расположен Амберский Путь. Однако на этот раз комната была освещена ярким белым светом — три светящиеся сферы парили в воздухе, прямо над головой Фреды.
— Откуда взялись эти сферы? — спросил я, взглянув вверх.
— Я создала их, — сказала Фреда. Она выглядела немного рассерженной. — Вы же забрали с собой фонари. А мне неуютно здесь находиться, поэтому я и решила придумать что-то взамен.
— Извини, — сказал я.
— Хм, — она все еще казалась рассерженной. — В следующий раз тебе стоит думать не только о себе. Мне тоже хотелось бы увидеть первозданный Путь. Я никогда не была там.
— В следующий раз, — я повернулся в сторону нашего отца. — По крайней мере наша копия Пути находится в подземелье, — сказал я. — Мы можем достаточно легко ограничить доступ к этой комнате и разместить повсюду охрану. Каждому, кто захочет уничтожить Путь, придется вначале взять дворец штурмом.
Отец медленно кивнул.
— Неплохая идея. Вряд ли кому-то, кроме нас с тобой, может понадобиться прийти сюда. И, разумеется, следует убить каждого, кроме тебя, кто попытается пройти Путь. Путь настроен на тебя… только на тебя одного.
— Может, продолжим разговор в библиотеке? — предложила Фреда. Ее голос звучал устало. Возможно, пребывание в непосредественной близости от Пути негативно сказывалось на ней. — Мне здесь не по себе.
— Можешь идти, — мягко сказал я ей. — Мы присоединимся к тебе через минуту. Вначале нам нужно кое-что обсудить.
Утвердительно кивнув, она направилась обратно тем же путем, которым мы пришли. Все три светящиеся сферы поплыли за ней, оставив нас с папой с нашими фонарями и голубоватым свечением Пути в качестве освещения.
— Как ты обнаружил эту копию? — спросил я его. Нужно было подобрать название для этой копии. Может, Амберский Путь?
— Рабочие оценивали повреждения, нанесенные основанию дворца и наткнулись на него около получаса назад. Один из них ступил на Путь, — он указал на едва различимое сероватое пятно на границе Пути. — Как видишь, Путь уничтожил его — «испепелил его» — как сказал его напарник.
— Путь сделал это? — удивленно спросил я. — Вряд ли рабочий представлял угрозу…
— Путь защищается… так же, как и Логрус защищается от тех, кто не был рожден во Дворах Хаоса.
Я кивнул — в этом был смысл.
— Ты заметил изменения, произошедшие с Путем? — спросил я, указав на них. — Посмотри, эта часть линии сдвинулась. И там тоже…
— Да, — он сощурил глаза, разглядывая светящуюся голубую линию. — Путь был начертан заново. Во всяком случае, стал почти совершенен. Теперь он в точности совпадает с узором, который ты держишь в себе.
— Что значит, в точности? — спросил я. — Разве он не совпадал с ним прежде?
— Да, в основном. Я начертал его, но я являюсь уроженцем Хаоса, помни об этом. Я не мог проделать эту работу идеально, как бы ни старался, — папа виновато пожал плечами. — Часто возникали некоторые мелкие недостатки, когда линия немного отклонялась от истинного курса — на дюйм в эту сторону, на шаг в другую. В конечном счете, это не имело значения — Путь был достаточно близок к истинной форме, чтобы в полной мере выполнять свое предназначение.
— А теперь?
Папа слабо улыбнулся.