И двое мужчин уходят, откуда пришли. Рубен шагает куда бодрее.
– Эти цветы для меня? – спрашивает Мелита.
– Да, но они не от меня, – говорит Оррин. – Они от Алессандры. Она должна быть прямо в коридоре. Мне надо идти.
Я до сих пор ничего не вижу из-за своего угла, но виконт, должно быть, оставил дверь в комнату Мелиты открытой, раз я слышу голоса этой парочки.
– Нет, мы должны поговорить, – говорит Мелита. – Я понятия не имела, что так тебе дорога! Почему ты не сказал мне раньше? Ты увидел меня с Рубеном? Это заставило тебя ревновать? О, Оррин, ты один из самых красивых мужчин при дворе! Конечно, я бы выбрала тебя, а не его. Рубен обо мне не заботится.
– Вы ошибаетесь. Я даже не знаю вашего имени.
– Конечно знаешь! Ты же написал его в своем письме.
– Письме?
Шорох разворачиваемой бумаги.
– Почерк очень похож, и печать моя, но, боюсь, его писал не я.
– Разумеется, ты! – Голос Мелиты становится отчаянным.
– Мне очень жаль вас, но нет. – Я представляю, как он вручает ей цветы. – Я должен найти леди Статос.
– Леди Статос? А она тут причем?
Спешу прочь по коридору, пока Оррин не успел до меня добраться.
Каллиас и я договариваемся о позднем ужине – король знает, что задержится.
Когда я присоединяюсь к нему в библиотеке, то не иду, а танцую от двери, крутя юбки.
– Что такое? – интересуется Каллиас.
– У меня сегодня отличное настроение.
– Я вижу.
Я перестаю кружиться, заметив его широкую улыбку.
– Что?
– У меня тоже отличное настроение. Куча новостей. Мы переловили всех бунтовщиков в Пегаи. Завтра с утра их казнят. И мы нашли нескольких крестьян с деньгами бандита. Один из них согласен говорить! Хотя он не знает настоящее имя бандита, зато видел лицо. Все, что нам нужно, это показать ему всех дворян.
Я смеюсь и достаю маску из кармана.
– Не стоит.
Каллиас так резко встает со стула, что едва его не опрокидывает. Демодок, испугавшись, отходит в сторону. Король берет у меня маску.
– Где ты ее взяла?
– В покоях Оррина.
– Элиадес? – переспрашивает Каллиас, все еще не веря в причастность графа. – Про эту улику ты говорила? Почему не сказала мне сразу?
– Ради Рубена. Я пообещала ему, что вытащу из помолвки с Мелитой, и сдержала слово. Теперь можешь взять Оррина.
Каллиас слишком доволен видом маски, чтобы и дальше дуться из-за времени. Он бежит к двери и приказывает бросить Элиадеса в темницу, пока сам не придет к нему.
Каллиас возвращается к столу и берет бокал вина.
– Похоже, следует произнести тост.
Я поднимаю свой бокал.
– За тебя, Алессандра. Да не будет твой ум использован против меня.
Я смеюсь, прежде чем сделать глоток.
– И за вас, Ваше Величество. За твое грамотное руководство. Без тебя эта растущая империя не была бы такой, какая она есть.
Он смотрит на меня, снова салютуя бокалом. И что-то в этом взгляде, в том, как он пьет, заставляет меня поджать пальцы ног.
Но наше празднование прерывается стуком в двери.
– Входите, – зовет Каллиас после паузы, во время которой явно подумал, не прогнать ли нахала.
Слуга вносит блюдо на кончиках пальцев правой руки и опускает его передо мной.
– Письмо для вас, миледи.
Я беру пергамент и смотрю на свое имя на лицевой стороне. Я не узнаю почерк.
– Понятия не имею, от кого это. Печати нет, – говорю я королю, читая записку про себя.
– Что там? – спрашивает Каллиас, когда видит выражение моего лица.
Я знаю, кто пытается убить короля. Ассасин – просто уловка. Повод занять разум короля, пока не будет совершено настоящее покушение на его жизнь. Я не могу назвать имен в письме. Они слишком сильны. Если это письмо перехватят, меня могут убить. Просто пусть король не доверяет своим советникам.
Мне сказали, что ты одна из немногих, кого он слушает. Значит, и я могу тебе поверить. Встретимся через две ночи по указанному ниже адресу. Я найду тебя. Укрась волосы цветком, чтобы я тебя узнал.
Пусть боги благословят короля.
– Там нет подписи, – говорю я, передавая ему записку.
Он перечитывает ее трижды, прежде чем снова поднимает голову. Затем резко встает, бросается к дверям и зовет слугу, который доставил письмо.
– Кто дал его тебе?
– Охранник у входа во дворец.
– Какой охранник?
Слуга отвешивает поклон.
– Не могу сказать, сир. Все они носят шляпы. Он не поднимал глаз. Ваше Величество, я не думаю, что это поможет. Сомневаюсь, что письмо от него. Он мог получить его от одного из крестьян, а до этого…
– Хватит, – перебивает Каллиас. – Я понял. Возвращайся к своим обязанностям. – Он закрывает за собой дверь и поворачивается ко мне. – Что будешь делать?
Я беру у него записку, снова просматриваю ее содержание и отвечаю:
– Тот, кто написал это письмо, знал, что я покажу его тебе.
– Откуда ты знаешь?
– Он слишком сильно тебя хвалит. Ты не очень популярен среди своих. Если бы это был дворянин, он бы пришел к тебе сам. – Каллиас хочет что-то сказать, но я продолжаю: – Он или она надеется тебя выманить. Либо потому, что это ловушка, либо потому, что с тобой хотят поговорить лично. Так как напрямую привести тебя не просят, я склонна верить в первый вариант.
– Слишком много совпадений для ловушки, – говорит Каллиас.
– Или они очень хотят, чтобы ты так думал.
– В любом случае, я иду.
– Ты не можешь. Нет, если это покушение на твою жизнь.
– Я замаскируюсь.
Я смотрю на тени, кружащие вокруг его тела.
– Их не замаскировать.
Тени исчезают в одно мгновение, и Каллиас стоит передо мной во всей своей красе. Разница действительно удивительная.
– А теперь ты уязвим для атаки, – подчеркиваю я.
– Только если меня узнают. Я ничем себя не выдам, пока не покончу с этим.
Я качаю головой.
– Не глупи. Если они увидят тебя со мной…
– Ты собираешься ко мне присоединиться? – перебивает он. Наивная надежда вспыхивает в его глазах. Не знаю, вижу ли я ее, потому что они такие яркие без теней, или он впервые показывает столько эмоций.
– Конечно. Я не позволю тебе пойти одному. Что это за адрес? Ты знаешь, где это?
Надежда мгновенно заменяется озорством.
– Знаю. Я довольно удивлен, что ты не в курсе.
– Что это? Общественное место? Какая-нибудь таверна?
– Не совсем. Это клуб. Частный. Но я могу нас провести.
– Если он частный, как мы войдем, не выдавая нас?
– Предоставь это мне. – С минуту он думает. – Интересно, почему наш адресат хочет встретиться с тобой там? Это мужской клуб.
– Так я буду выделяться среди моря мужчин?
– Ну, там есть и дамы. Правда, они не носят много одежды. – Он прячется в тени, как будто пытается скрыть выражение лица. – Не возражаешь?
– Ты спрашиваешь, не возражаю ли я изобразить распутную даму на одну ночь?
– Я бы так не выразился, но да.
И показать Каллиасу мои лучшие активы?
– Как именно ты бы выразился?
– Я бы спросил, не против ли ты выглядеть так, чтобы мужчины приняли тебя за жрицу любви.
Я смеюсь.
– Я буду в маскировке?
– Конечно. На случай, если наш адресат знает, как ты выглядишь, и просто пытается водить тебя за нос.
– Водить за нос нас.
Каллиас отмахивается от возражений.
– Через две ночи мы будем водить за нос их.
21
У меня чувство дежавю, когда Каллиас появляется в моих комнатах с платьем. Не так давно Леандр приносил мне одежду, чтобы я могла провести с ним ночь.
Только сегодня вечером, вероятно, будет ночь опасности и обмана.
Я расправляю одежду, чтобы хорошенько на нее взглянуть.
– Мне стоит спрашивать, откуда это у тебя?
– Одежда чистая, если ты беспокоишься об этом. Свежевыстиранная.
– Это даже больше, чем я могла надеяться.
– Мне надо, чтобы ты прикрыла руки, – объясняет он. Без его теней мы больше всего рискуем коснуться друг друга. Хотя я уверена, что Каллиас наденет свои перчатки, нельзя допускать ошибок.
– Без проблем, – отвечаю я. – При таком низком вырезе кто будет смотреть на мои руки.
– Я на это и рассчитываю.
Каллиас ждет меня снаружи, пока я шнурую скудный лиф. Я не могу надеть ботинки, чтобы спрятать кинжал, поэтому прячу ножны в одну из подвязок. Так как мне лучше не покидать покои в таком виде, я накидываю сверху алый плащ.
Застежки обхватывают шею, полы закрывают грудь и плечи. Никто не обратит внимание на отсутствие нижних юбок. Я славлюсь своими странностями в одежде.
Когда я нахожу Каллиаса, он держит красную розу без шипов. Протягиваю руку, чтобы взять ее.
– Это не для тебя, – возражает он.
– Но я должна носить цветок.
– И это подвергнет тебя опасности. Я дам цветок любой девушке в клубе, чтобы выманить нашего адресата. А там, на своей территории, мы его допросим. Я уже отправил в те края своих людей под видом мирных жителей. Некоторые из них уже в клубе.
– А что, если твои собственные люди и затеяли заговор?
– Тогда будем надеяться, что они нас не раскроют. – Он дает мне светлый парик; тугие локоны так и подпрыгивают. Каллиас помогает мне закрепить его на макушке, тщательно заправляя мои темные пряди.
Для себя он приготовил светло-русый парик и небольшую бороду, которую прикрепляет каким-то клеем.
– Как я выгляжу? – спрашивает он.
На самом деле, сейчас он очень похож на Леандра. Тот же цвет волос и борода, хотя сомневаюсь, что Каллиас порадуется сравнению.
– Не так по-королевски, – отвечаю я.
– Хорошо. Тогда идем.
«Доусон» находится в центре города. Это самое большое здание во всем квартале, а также самое шумное.
– Черт, – говорит Каллиас, сидя верхом на лошади. – Я только что понял, что мы не можем войти вместе.
– Почему нет?
– Мужчина не приведет любовницу в такое место. Он идет сюда, чтобы от нее отдохнуть.
– А как насчет жены?