— Вы плохо себя чувствуете, Ваше Превосходство? — с тревогой спросил Гракс. — Рука горячая.
— Да, кажется, что заболеваю. Но в Северных землях холодно, мог простудиться.
Не мог. Последний раз Наилий чихал и кашлял десять циклов назад. Тогда то, что он счел простудой, оказалось реакцией на пыльцу. Дарлибы приготовили экзотическое блюдо и угостили дорогого гостя. Но сейчас явно не тот случай. Гракс должен был догадаться, зачем генерал вне графика сдавал анализ на антитела к вирусу.
— Глаза покажите, пожалуйста.
— Утром заметил, — сказал Наилий и оттянул мизинцем нижнее веко. Склеру украшала характерная красная звездочка. — Но ведь это еще ничего не значит? Я стабильно пью антивирус.
Медик промолчал. Кровь на анализ он брал в перчатках, спецкостюме и маске, больше похожей на шлем штурмовиков. Она полностью закрывала лицо и голову. Антивирус принимали все цзы’дарийцы на Эридане. Создатели смертельного оружия утверждали, что этого достаточно, чтобы не заразиться. Однако Гракс носил спецкостюм и всех, кто был в контакте с лиеннами, до сих пор держал в карантине.
— Даже исследованные вдоль и поперек болезни приносят сюрпризы, — ответил медик через микрофон, — а мы имеем дело с экспериментом, недавно вышедшим из лаборатории.
Наилий кивнул. Такой уровень паранойи в такой ситуации он уважал и понимал. Сам мечтал эвакуировать всех бойцов и запереть в изолированных медицинских станциях на орбите Дарии. Пресловутых ИМСах, которых боялись все, кто возвращался из космических командировок. Карантин там мог длиться месяцами. Медики изводили анализами и исследованиями. Но лучше так, чем принести смертельный вирус на Дарию.
И все же войска оставались на Эридане. Несколько крупных соединений с техниками, медиками, учеными и другими специалистами сидели в Северных землях и ждали, чем закончится эпопея с новым договором и смертельно больными лиеннами. Если шахтеры бросятся уничтожать всю горнодобывающую инфраструктуру, то после того, как волна их ярости схлынет, цзы’дарийцы не смогут быстро наладить добычу родия. Шахты нужно защищать. Ценой опасности заразить всех вирусом, и верой, что этого не случится.
— Я должен вас в карантин отправить, — сказал Гракс, наматывая на место прокола тугую повязку. — Хотя бы до результата анализа. Да и полное обследование не помешает. У лихорадки всегда есть причины.
— Только час, — возразил генерал, раскатывая рукав обратно, — если вируса нет, то обследование подождет.
— Но в целях безопасности, — начал проповедь медик и осекся, когда у полководца в кармане запищал спутниковый телефон.
Три коротких сигнала, как на рабочем планшете. Высший приоритет.
— Слушаю, — ответил Наилий, поглядывая на Гракса.
Многие разговоры не для его ушей, но если нет ничего секретного, то лучше больному генералу посидеть в медотсеке и не заражать других пассажиров транспортника.
— Ваше Превосходство, говорит лейтенант Грон, — представился командир резерва. Он недавно вернулся с дееспособной частью своего отряда в лагерь под стены королевского дворца. — Здесь принцесса Имари. Хочет с вами поговорить.
Наилий убрал телефон от уха и посмотрел на экран. Определился номер лейтенанта Грона, все в порядке. Что тогда рядом с ним делает Имари? Или король пригласил лейтенанта во дворец, или принцесса зачем-то бросилась в лес.
— Передай ей трубку. Слушаю вас, нэлла. Наилий Орхитус Лар.
— Наола, — судорожно всхлипнула эриданка и заговорила так быстро, что биопереводчик едва за ней успевал. — Я знаю, что у вас договоренность с моим отцом на счет редкого металла, добываемого в Северных землях. Я так же знаю о ваших планах по зачистке всей территории и особенно деревни Тирьял-Дум. Вы в своем праве, лиенны — враги, идет война, но я хотела бы поговорить о мире.
Наилий прикрыл глаза и оттолкнулся ногами от пола, чтобы уехать с телефоном чуть дальше от ушей Гракса. Понял уже, что говорить будет принцесса, а он слушать и недоумевать, как Таунд умудрился разболтать дочери столько секретов. Или Балия постаралась?
— Как вы знаете, я вышла замуж несколько дней назад, — продолжала Имари. — Все в порядке, мы с мужем в прекрасных отношениях, речь о другом. Мой щедрый отец подарил мне на свадьбу Северные земли. В бумагах, которые Рагнар Одержимый увез из дворца, четко прописано, что единственной и полноправной владелицей территории являюсь я. Ни мой супруг, ни наши еще не рожденные дети, ни кто-то другой из членов королевской семьи, а я. Понимаете?
— Да, конечно, — сдержанно ответил Наилий.
Лихорадка портила ему самочувствие, но не настолько, чтобы он не улавливал, куда клонит принцесса.
— Я не вернусь во дворец отц. Буду жить с мужем в Северных землях, и наши подданные продолжат добывать столь необходимый цзы’дарийцам металл. Зачем вам Его Величество Таунд Честный и Балия Светлая? Заключите договор со мной.
Лейтенант Гракс жестом спросил генерала, стоит ли ему уйти, и Наилий отрицательно мотнул головой. Чувствовал, что помощь медика ему скоро понадобится, а на любую секретность всегда есть подписка о неразглашении, заполненная по факту.
— Я буду рад заключить договор, Ваше Высочество, но на каких условиях?
Как только разговор подошел к сути, порыв принцессы сбился. Отрепетированная речь закончилась, теперь Имари осторожно выбирала слова.
— Я прошу у вас только одного. Спасите моего мужа и пощадите жизни остальных лиеннов. Мы сможем договориться, мы все решим, не нужно крови.
Она снова вздохнула, видимо, понимая, как много лишних эмоций позволила себе. Теперь генерал знал, насколько она заинтересована и мог выдвигать встречные условия, крепко заворачивая гайки. До опытного переговорщика юной принцессе еще расти и расти.
— Ваше Высочество, а вы позволите мне личный вопрос?
— Да, конечно, Наола.
— Вы любите мужа?
Стул под Граксом тихо скрипнул. Наилий повернул голову и успел разглядеть полный удивления взгляд под медицинской маской. Да, вот такие странные переговоры. Но шок лейтенанта можно понять. Он не знал всей ситуации на Эридане, никогда не видел Рагнара и не качал на коленях маленькую Имари. Принцесса изображала из себя политика, но оставалась хрупкой нэллой с детской верой в любовь и чудо, которое она может сотворить. Наилий знал, что ей плевать на родий, на отца и на тетку после всего, что они с ней сделали. Нечто другое невероятно важное толкнуло её на отчаянный шаг и заставило взять на себя ответственность.
— Да, — твердо ответила Имари. — Я люблю его.
Генерал улыбнулся, слушая, как где-то за барьером ехидно смеются Истинные. Реальность изогнулась черной змеей и выскользнула из рук. Наилий был уверен, что трепетная эриданка и грубый лиенн никогда не сойдутся. Даже одно время хотел спасти дочь короля от насилия в первую ночь и все последующие. Но история сложилась иначе. Имари сказала «люблю» и предложила родий в обмен на жизнь мужа. Из всех вариантов, придуманных Наилием для Эридана, этот он даже представить не мог. Очень драматично и по-своему красиво. Дэлии бы понравилось. Любимая женщина генерала хотела, чтобы все были живы и счастливы.
Наилий вытер испарину со лба и надавил пальцем на висок. С болью вспоминалось, как Дэлия в последнем разговоре просила решить вопрос по-другому. Остановить вирус. Он много ей наговорил в ответ, но не смог успокоить. Это по-прежнему сложно. Не все лиенны выживут после инъекций антивируса, а с их антисанитарией и дрянной дисциплиной вспышки вируса будут случаться в разных деревнях Северных земель еще несколько циклов. Но генерал хотел видеть радость в глазах Дэлии даже больше, чем подпись на договоре. Он клялся, что сделает для неё все. Почему бы не сделать это?
— Хорошо, Ваше Высочество, — ответил он в трубку спутникового телефона. — Я согласен. Но прежде, чем мы подпишем договор, я должен поговорить с вашим мужем.
— Да! — вскрикнула Имари, и в трубке послышался шум. Генерал рассмеялся, представив, как наследная принцесса и королева, пытается вспомнить, как должна себя вести, и не прыгать от радости. У неё получилось. По крайней мере, следующую фразу она произнесла почти спокойно: — Я поеду с вами. И, если позволите, первая поговорю с Рагнаром. Он не все знает из того, что слышала во дворце я. Наола, поверьте, это очень важно.
— Да, но нам нужно торопиться. Есть обстоятельство, сильно ограничивающее нас во времени.
Вирус. Если Имари поедет обратно в Северные земли на поезде или на внедорожнике, то Рагнар может не дожить до заключения договора. А без его власти над лиеннами и таланта правителя, нормально организовать карантин будет очень сложно.
— Я готова ехать прямо сейчас, — настаивала принцесса, еще не понимая, что её ждет. — Я на машине и могу забрать вас, откуда скажете.
— Нет, Ваше Высочество, заберу вас я. Пришлю десантную капсулу. Вы согласны подняться в ней на транспортник, а потом спуститься вместе со мной в Северные земли? Поверьте, способа попасть туда быстрее просто нет.
На этот раз пауза длилась долго. Генерал слышал дыхание принцессы и представлял, как ей страшно. Ни один эриданин еще не был в космосе.
— Да, хорошо, — медленно ответила Имари. — Тогда я жду капсулу в лагере.
Час прошел в организационной суете и Наилий почти его не заметил. Пока Гракс делал анализ в лаборатории, генерал заперся в пункте сбора крови и раздавал указания по телефону. Согласования, разрешения, отключенный на время генетический сканер, чтобы капсулу с первой на Эридане женщиной-космонавтом вообще приняли на транспортнике. Отважная Имари выдержала все, начиная с долгого инструктажа в лагере и заканчивая строгим карантином в грузовом отсеке. Наилий по внутренней связи приветствовал её и обещал, что скоро придет.
— Гракс, — позвонил он лейтенанту, — результат готов?
— Да, Ваше Превосходство. Мне жаль, но он положительный. Я готовлю для вас инфекционный бокс.
— Отставить! — получилось резко и громко. Давно у Наилия голос не срывался, но сейчас дрогнул. Силой генерала в карантин никто не потащит, хотя инструкции на этот счет были. — Лейтенант, я знаю, ты делаешь то, что должен, но послушай меня, пожалуйста. — Наилий взял себя в руки и продолжил с прежней холодностью. — Несколько часов ничего не решат. Я должен лететь на переговоры, иначе вся миссия пойдет в бездну. Убери всех наших от капсулы, обработай после меня коридор и грузовой отсек, я спецкост