— Понятно, — сказала Тейлор. Его слова нисколько не убедили ее, но что правда — то правда: Картер действительно не относился к числу людей, которые сгорали на работе.
Большую часть рождественского дня Картер и Майкл провели в конюшне, возясь с жеребенком. Они его седлали и расседлывали по нескольку раз, чтобы Майкл прочувствовал, что значит правильно оседлать лошадь. Потом Картер ненадолго взял с собой Майкла на прогулку в самолете. Домой они возвратились только в половине четвертого.
В присутствии Картера обстановка в доме становилась напряженной. Перед завтраком он вручил Тейлор свой рождественский подарок. У нее для него подарка не было. Она предпочла бы вернуть его подарок, не открывая коробки, но не хотелось портить Рождество демонстрацией своей неприязни. В коробке находилась бриллиантовая, с изумрудами, брошь в форме звезды.
— Это фамильная драгоценность, — широко улыбнулся Картер. — Я подумал, что она должна принадлежать тебе.
И они с Майклом обменялись взглядами. Тейлор пробормотала слова благодарности. Всю свою жизнь ей было любопытно узнать, что чувствует женщина, получая в подарок от мужчины роскошные драгоценности. Сегодня ей подарили изумительную драгоценность… но она не испытала при этом ни капельки радости. Почти весь день Тейлор провела в одиночестве, в доме, полном призраков прошлого. Ей не хотелось оставаться в какой-нибудь одной комнате, и она бродила по всему дому. На нее нахлынули воспоминания, и нервы у нее были напряжены до предела. С приближением вечера ее охватило беспокойство. На кухне никого не было, хотя приближался рождественский вечер, и если ожидались гости, то почему не было заметно никаких приготовлений к их приему?
— Как насчет сегодняшнего вечера? — спросила она, когда Картер с Майклом вернулись домой. — По-моему, ты говорил, что ждешь гостей?
Судя по рассказам Картера в Нью-Йорке, в гости должна была съехаться масса народу.
Розы не было. Она уехала к себе домой в канун Рождества, чтобы провести праздник в кругу семьи. Кэти тоже куда-то исчезла, хотя к вечеру обещала вернуться.
Картер отвел глаза, избегая встречаться с ней взглядом.
— Похоже, на этот уик-энд все разъехались кто куда, — сказал он. — Я хотел было собрать гостей в канун Нового года, но поскольку тебя здесь не будет, я вообще отказался от этой затеи.
Почувствовав враждебность в голосе Картера, Тейлор пристально взглянула на него. Очевидно, рождественский обед они проведут втроем, и ей это совсем не понравилось. Картеру и Майклу, возможно, будет о чем поговорить, но ей совершенно не хотелось участвовать в их разговоре. Присутствие посторонних людей несколько разрядило бы напряженную обстановку. А теперь ей придется самой себя развлекать до понедельника.
Круто повернувшись на каблуках, Тейлор отправилась наверх в свою комнату. К счастью, она захватила с собой кое-какую работу и решила заняться ею прямо сейчас. Все равно больше делать было нечего.
Она слышала, как время от времени внизу хлопала входная дверь и как радостно хохотал Майкл. Ну что ж, хотя бы он хорошо проводит время. На ее взгляд, даже слишком хорошо.
Рождественский обед прошел спокойно и был превосходно приготовлен стараниями Кэти. Накрыв на стол, она снова удалилась в комнату для прислуги. Тейлор, еще не отдохнувшая от поездки, напряженной работы последнего месяца и недосыпания, рано легла спать.
Субботнее утро началось со звонка Гаррисона Стоуна.
— Извини за беспокойство, — сказал он, — но у нас несколько изменились планы. Мне не хотелось беспокоить тебя в Рождество, но…
У Тейлор упало сердце.
— Что случилось?
— Наше последнее заседание, которое предполагалось провести в среду во второй половине дня, пришлось перенести на утро понедельника. Ты сможешь присутствовать?
— Только если вылечу в Лос-Анджелес в воскресенье вечером, — ответила Тейлор. Ее даже устраивало такое изменение, но она пока не знала, как ей быть теперь с Тельмой и Майклом. — У меня взяты билеты на утро понедельника. Посмотрим, удастся ли мне поменять их на другой рейс.
— Извини, но это от меня не зависело, — сказал Гаррисон. — Перезвони мне и скажи, удалось ли тебе что-нибудь сделать.
Сообщив ей еще кое-какую информацию, касающуюся совещания, он повесил трубку. Тейлор сразу же позвонила в аэропорт. Ей удалось заказать билеты только на воскресный рейс, на час ночи. Мест на другие рейсы не было — все-таки праздник на дворе.
Когда она сказала об этом Майклу, тот страшно расстроился. Ему не хотелось так быстро расставаться со своей лошадкой.
— Он у меня был всего один день, мама, — скулил мальчик, чуть не плача.
— Послушай, Сюзен, — раздраженно заявил Картер. — Ваше пребывание на ранчо все сокращается и сокращается. Почему бы тебе не оставить сына здесь и не поехать одной в свою деловую поездку?
Тейлор возмутило его предложение. Он потакал капризу ребенка и выставлял ее перед ребенком в самом неприглядном свете.
— Ты пробудешь в Лос-Анджелесе всего четыре дня, — сказал он. — Так поезжай и делай свое дело, а потом заедешь сюда за Майклом.
— Ну, пожалуйста, мама, — уговаривал ее Майкл, глядя умоляющими глазами. — Мне так хочется остаться!
Отказать ему было трудно. К тому же в предложении Картера был и здравый смысл. Однако придется многое менять… С Тельмой и с тетушкой Билли.
«Но, может быть, все получится не так уж и плохо? — подумала Тейлор. — У Майкла будет больше времени, чтобы побыть с лошадкой, а мне не придется сидеть здесь сложа руки, не зная, чем себя занять. Майклу тут нравится, так что он не расстроится оттого, что я уезжаю. Возможно, даже не заметит моего отсутствия».
На какое-то мгновение она вспомнила, как боялась поначалу оставлять Майкла с Картером. Джорджа Кука, узнай он об этом, наверняка бы хватил удар. Но Тельма тоже должна была прилететь в Лос-Анджелес не раньше позднего вечера в понедельник. Майклу пришлось бы целый день провести одному в гостиничном номере. Это ей тоже было не по душе. Изменить планы Тельмы было невозможно, поскольку все рейсы в Рождество перегружены до предела.
У Тейлор оставалось два выхода — на выбор, хотя ни один из них нельзя было назвать идеальным. Она сомневалась, что от Картера можно ожидать какого-нибудь неприятного сюрприза. Он уже произвел на ребенка именно то впечатление, которого добивался. Теперь он мог манипулировать Майклом, как хотел, а именно к этому он и стремился.
Тейлор еще раз позвонила в аэропорт, заказала один билет, а затем связалась с Тельмой.
— Ты в любом случае можешь слетать в Лос-Анджелес и остановиться в гостинице, — сказала она ей. — Посмотришь город, если захочешь, побываешь в Диснейленде.
— Нет, спасибо, Тейлор, — заявила на это Тельма. — Я уже старовата для того, чтобы бесцельно мотаться по городу, и предпочитаю отдохнуть, сидя в кресле да пристроив повыше ноги, с какой-нибудь увлекательной книжонкой в руках.
— Извини, что я нарушила твои праздничные планы, — сказала Тейлор.
— Не извиняйся, дорогая, — ответила Тельма. — Тут приехала моя сестра из Ирландии, и я теперь смогу немного подольше побыть в кругу семьи. Когда ты предполагаешь вернуться?
— Мы вернемся в субботу, 1 января, последним рейсом, — сказала Тейлор.
И они пожелали друг другу веселого Рождества. Когда Тейлор снова позвонила в аэропорт, оказалось, что она сможет вылететь не раньше чем во вторник 4 января.
«Ах, пропади все пропадом!» — подумала она. Теперь придется позвонить Лорэн и попросить отменить все, что было назначено на первые два дня недели. Сделать это было не так-то просто, потому что Лорэн не появится в офисе целую неделю — от Рождества до Нового года. Но с этим уже ничего нельзя было поделать.
Затем Тейлор поднялась наверх и приняла ванну. Сидя в горячей воде, она снова прикоснулась к золотому сердечку на груди. Вчера и сегодня у нее впервые выдались свободные минутки с тех пор, как Энтони побывал у нее в офисе неделю тому назад. Вокруг столько всего происходило, что у нее не было времени подумать о нем. Но теперь ни о чем другом она и думать не могла. Воспоминания, отдельные сцены проносились в ее голове, словно снежная метель. Ее со страшной силой охватила знакомая уже тоска по Энтони.
Казалось, можно было бы надеяться, что чувство утраты по прошествии такого длительного периода несколько притупится. Но нет! Ей хотелось находиться в его объятиях, хотелось чувствовать, как он целует ее в шею, хотелось рассказать ему обо всем и узнать, что он об этом думает. За короткое время Энтони стал очень многое значить для нее. Она хотела, чтобы он ее утешил, и сама хотела утешить его, но не могла этого сделать. Она не могла даже сердиться на него за то, что он ее оставил. Потому что он поступил так, повинуясь ее желанию. Это она прогнала его и не могла выбраться из всех этих капканов, удерживающих ее, не позволяющих позвать его назад.
Ну что ж, по крайней мере скоро закончится это вынужденное безделье. Завтра в это же время она уже будет лететь в самолете, приближаясь к Лос-Анджелесу, где ее ждет суматоха заседаний, конференций, приемов. У нее снова не останется ни минутки свободной на размышления. И это хорошо. Лишь бы не думать об Энтони Франко.
На следующее утро она уложила в сумку все самое необходимое, и Картер с Майклом доставили ее на самолете в Остин, чтобы она успела на свой рейс. Майкл сидел на месте второго пилота, и Картер время от времени даже позволял ему вести самолет. Мальчик был на седьмом небе от счастья. Он чуть не забыл попрощаться с Тейлор, когда та вышла из самолета с сумкой в руках. Остальной багаж уже ожидал ее в международном аэропорту Лос-Анджелеса. Картер развернул «Пайпер каб» и направил его на дальний конец взлетно-посадочной полосы. Тейлор помахала рукой им вслед. Прикрыв от палящего солнца ладонью глаза, она наблюдала, как маленький самолетик выкатился на взлетную полосу и поднялся в безоблачное небо.
Было уже около полудня, так что времени у нее оставалось в обрез. «Пайпер каб» набрал высоту и стал удаляться в направлении низкой гряды холмов. При мысли о том, что Майкл остался с Картером, у Тейлор сжалось сердце. Мальчику следовало быть с ней. Но она отогнала от себя тревожные мысли. Нечего беспокоиться. Ее не будет всего лишь четыре дня, а на ранчо все заинтересованы в том, чтобы с Майклом ничего не случилось.