Тихие шаги — страница 44 из 53

Внезапный шорох в противоположном конце не особо длинного коридора заставил ненадолго отвлечься от щитка и посветить фонариком в том направлении. Игорь прислушался, всматриваясь в пятно света, но звук не повторился, никого не было видно.

Он вспомнил, что после прошлого отключения электричества Юля озаботилась альтернативным источником энергии – запасным генератором. Тот должен был включиться автоматически, но что-то, видимо, пошло не так. Следовало взглянуть. Игорь не так уж хорошо разбирался в подобных вещах, но не боги ведь горшки обжигают. Там наверняка все должно быть интуитивно понятно.

Где именно находится генератор, Игорь не знал, но, немного побродив по подсобкам, нашел его и принялся изучать в свете фонарика. Несмотря на отсутствие опыта общения с подобными приборами, причину отказа он нашел быстро. Трудно было не заметить оборванные кем-то провода, даже без необходимого образования становилось очевидно, что в таком виде генератор работать не может.

Рука сама собой скользнула в кобуру и извлекла из нее пистолет. Поврежденные провода – это уже диверсия. Значит, кто-то из присутствующих в гостинице замышляет недоброе.

Где-то снова что-то зашуршало, и Игорь обернулся, на этот раз направляя в сторону источника звука не только свет фонарика, но и дуло пистолета.

– Кто здесь? – громко позвал он.

Но ответа предсказуемо не услышал.

* * *

Убедившись, что к нему внимательно прислушиваются, Карпатский извлек из пакета слегка подмокшую папку и раскрыл ее на стойке администратора, попутно пересказывая историю убийства пятнадцатилетней давности и показания девятилетнего Димы Кочергина.

– Позвольте, – в какой-то момент перебил его Федоров и осмелился подойти ближе. – У вас есть фото погибшей тогда девушки?

Карпатский кивнул, выискивая нужную фотографию, что в полутьме было не очень-то простой задачей. Федоров включил фонарик на смартфоне и направил его свет на распечатки. Карпатский машинально поблагодарил его, теперь уже быстро нашел искомое и продемонстрировал. Федоров сначала всмотрелся в прижизненное изображение Златы, потом скользнул взглядом по фотографии мертвого тела и перевел его на Дементьева.

– Это та самая девушка, которую я видел в ночь гибели Пановой. Это она говорила: «Он нашел ее».

Теперь и Дементьев приблизился к ним, с любопытством всматриваясь в распечатки.

– Тогда ты был прав: она ключ к этой истории, – заметил он, обращаясь к Федорову. А потом переключил внимание на Карпатского: – Слав, что в этом убийстве такого? Что заставило тебя приехать?

– Не считая того, что оно в точности повторяет происходящее сейчас? Что ж, по-моему, тут примечательны три момента. Первое – это упоминание визита накануне ночью, когда Злата не открыла дверь.

Карпатский повернулся и посмотрел на Диану, испуганно застывшую в паре шагов от них. Шкатулку она крепко прижимала к груди, словно боялась уронить или вовсе потерять.

– Это не спасло ее в долгосрочной перспективе. Второе – вот это фото.

Он снова повернулся к стойке и нашел среди распечаток нужную.

– Это шкатулки, да? – уточнил Влад. – Они были в квартире погибшей девушки?

– Да, целая коллекция.

– Но такой, как эта, здесь нет, – заметил Дементьев.

– Зато есть пустое место, на котором она прекрасно поместилась бы. – Карпатский ткнул пальцем в соответствующее место на фото. – Видите? Все остальные шкатулки стоят вплотную друг к другу, только здесь большой зазор.

– То есть, эта шкатулка пятнадцать лет назад могла быть в доме Кочергиных, – подытожил Федоров, вновь глядя на Дементьева, как будто предпочитал говорить с ним. – Попала к ним как часть коллекции, потом куда-то делась, а связанный с ней монстр убил старшую дочь. И через пятнадцать лет добрался до ее родного брата, который, как мы предположили, что-то знал о шкатулке и искал ее.

– Если он был свидетелем убийства сестры, то весьма сомнительно, что он действительно мог искать шкатулку ради ритуала, – задумчиво произнес Дементьев.

– Совсем необязательно, – подала голос его жена. – Кочергин мог и не связывать убийство сестры со шкатулкой, если той уже не было дома.

– Но тот факт, что он пересекался со шкатулкой еще в детстве, не может быть случайным совпадением. – Дементьев нахмурился и снова посмотрел на Карпатского. – А что третье? Ты сказал: примечательны три момента.

– Незадолго до гибели Златы после продолжительной болезни скончалась ее мать, которая была родом из этих мест. Местом рождения у нее указан город Шелково. Где именно она тут жила, я не знаю, не было времени уточнить.

– Круг замкнулся, – брякнул Савин, на время привлекая к себе внимание.

– А что, если шкатулка в доме Кочергиных оказалась не случайно? – задалась вопросом Ольга. – Не как часть коллекции, а, напротив, вся коллекция была собрана ради нее? Как говорится, хочешь спрятать дерево, спрячь его в лесу.

– Намекаешь, что мать Златы и Дмитрия и была той самой ведьмой, практиковавшей ритуал и призвавшей нечисть? – уточнил Дементьев.

– Если она из этих мест, то теоретически могла быть связана с местным ведьмовским сообществом, явно в какой-то момент возродившимся. Может, ее похищали в детстве, как Диану, или она сама каким-то образом связалась с ним. Нев сказал, что призванная для ритуала нечисть была ограничена шкатулкой для безопасности ведьмы и ее окружения, потом ведьма перестала практиковать ритуал, но не изгнала нечисть, та начала голодать и в итоге вырвалась. А, как сказал майор Карпатский, Кочергина перед смертью долго болела.

Ольга вопросительно посмотрела на него, как бы ожидая подтверждения, и Карпатский кивнул, но тут же оговорился:

– Да, она болела. Но для протокола: я не верю во всю эту чушь с ведьмами и нечистью.

– Это не так уж важно, – усмехнулся Федоров, взглянув на него как-то по-новому. – Вы уже сомневаетесь, иначе не примчались бы сюда, опасаясь за судьбу Дианы.

С этим он не мог поспорить, а потому предпочел промолчать. К счастью, Дементьев как раз продолжил нить рассуждения, отвлекая от Карпатского ненужное внимание:

– Ладно, предположим, болезнь застала Кочергину врасплох. Или поначалу она надеялась, что поправится и вернется к практике, а потом была уже слишком слаба, чтобы изгнать нечисть из шкатулки. И когда она умерла, как сказал Нев, ограничивающий фактор исчез или сильно ослаб. Вот существо и вырвалось, попутно накормив себя какой-то душевной болью Златы…

– Но куда делась шкатулка? – вставила вопрос Федорова. – Кто ее забрал? Это случилось до убийства Златы или сразу после, но до приезда полиции?

– По общей логике событий это должно было произойти за день-два до ночного визита неизвестного, – заметила Ольга.

– Так, может, кто-то из коллег Кочергиной ее забрал? – предположил Савин. – Узнали о ее смерти и решили прибрать к рукам опасный артефакт, но не поняли, что зло уже вырвалось. Кстати, а другие аналогичные убийства за эти пятнадцать лет были?

– Мы пока не нашли информацию о них, – покачал головой Карпатский.

– Возможно, их и не было, если шкатулка перешла к другой ведьме и та продолжила ритуалы, – хмыкнул Дементьев. – Нечисти не приходилось искать пропитание самостоятельно. До недавних пор. Шкатулку могли выкрасть. Или же умерла уже новая владелица…

– Угу, повесилась в лесу, – мрачно предположила Федорова. – Мы ведь после этого нашли шкатулку в той коробке. И не знаем, была ли она там раньше.

Она посмотрела на мужа и тот кивнул, добавив:

– Или ее повесили, чтобы убрать ограничивающий фактор.

– Но откуда Дмитрий Кочергин мог знать, что шкатулку забрали куда-то сюда? – усомнилась Диана. – Ему ведь тогда было всего девять лет!

– Скорее всего, ему об этом рассказали, как и обо всем остальном, – предположил Дементьев. – И кем была его мать, и для чего нужна шкатулка, и где ее найти. Тот, кто стоит за всем этим, любит приводить людей из прошлого.

– Я продолжаю настаивать, что не верю во всю эту сверхъестественную чушь, – тихо, но уверенно произнес Карпатский. – Но три трупа – это факт. И господин Федоров прав в одном: я очень не хочу, чтобы Диана стала четвертым. Поэтому мне надо знать, кто сейчас находится в гостинице, кроме присутствующих здесь людей.

– Только ночной администратор и наш телохранитель, – сообщил Федоров. – Остальные гости разъехались, а персонал мы отпустили.

– Ясно. А вы кто? – Карпатский посмотрел на мужчину, которого видел впервые. – Остальных я знаю, а вас прежде не замечал.

– Я? – испуганно и как-то растерянно отозвался тот.

– Этой мой отец, – пояснила Федорова. – Приехал навестить меня и застрял здесь из-за погоды.

– Но я не собираюсь здесь оставаться, – нервно заявил мужчина, сперва отступая от Дементьева и его жены, а потом бочком направляясь к двери, чтобы не поворачиваться к остальным спиной. – Вы тут все сумасшедшие. Психи какие-то!

Он выразительно покрутил пальцем у виска. Карпатский заметил, что его бьет мелкой дрожью.

– Какие-то ведьмы, монстры… нечисть… Изуродованные трупы! У вас секта какая-то, да? Я не хочу иметь с этим ничего общего! Я хочу уехать. Сейчас же!

Мужчина кинулся к двери, но не успел открыть ее, когда его настиг строгий оклик Карпатского:

– Никто никуда не поедет. Не сейчас. И вы тоже останетесь здесь.

Отец Федоровой – Андрей, как мог предположить Карпатский по ее отчеству, – замер и как-то сник, ссутулился и испуганно уточнил:

– Почему? Я никому ничего не скажу, правда! Да мне никто и не поверит, скажут, допился до чертей. Пожалуйста, можно я уеду?

Карпатский с трудом удержался от того, чтобы воздеть глаза к потолку и высказать все, что думает по поводу этой тирады. Собрав в кулак все свое хладнокровие, спокойно пояснил:

– Там буря. На дорогу повалило дерево, я едва успел проехать. До окончания ненастья и прибытия аварийных служб никто из нас никуда не поедет. Так что наша основная задача – пережить это время без потерь. Поэтому лучше держаться вместе.