- И?
- Ты же женщина, - рассердилась подруга. – Соблазни его.
- Ты в своём уме? Ты его видела?
Лина кивнула. Она растеряла всю свою спесь, но стоило признать, что ей досталось больше чем мне. Злорадства во мне не было, но я все ещё злилась. Если бы она позвонила, когда увидела мёртвого Лешку, всего этого бы и не было. Да, я и сама сглупила. Но… обвинять других гораздо легче.
- Я пыталась… но не смогла.
- С чего ты взяла, что я смогу? Он смотрит на меня так, словно раздумывает, сейчас прихлопнуть или на потом отложить.
- Он смотрит на тебя так, словно съесть хочет. Поверь, девяносто девять процентов мужиков думают членом. Этот не исключение. Может он разговорится. Размякнет. Я не хочу больше блуждать в потемках, Вась. Я шаг боюсь сделать. Нам нужно знать, что происходит.
- Вот и прелюбодействуй с ним сама, - вспылила я.
Не признаваться же, что во мне самой такие мысли бродят, что я даже за шнурком сексуально нагибалась. Нет, не выйдет из меня обольстительницы, и думать нечего.
Но думы думались. Мутант затопил баню, я даже сходила в неё, хотя прелести не понимала – у меня от жары голова кружилась, и из носу кровь текла. Посидела на нижней полочке, поплескалась. После бани душный летний вечер показался прохладным, но ненадолго. Папа накрыл стол на улице, заварил чаю прямо из самовара. Ужин был нехитрым – варёная картошка, посыпанная зеленью, да сосиски, но в тенечке под старым кленом все казалось вкусным. Я терзала несчастную сосиску и украдкой поглядывала на своего гиганта, поражаюсь тому, что думать о нем в сексуальном ключе осмеливаюсь. Глупая дурочка Вася.
Лина не отказалась от своих мыслей, и постель была постелена, как и задумано. Я с мутантом в гостиной, папа джентльмен на полу комнаты, Линка в его постели. Мутант сразу лёг на матрас и от меня отвернулся. Я щёлкнула светом, комната погрузилась в темноту. Ночь была безлунной, узкое окно еле выделялось в темноте, ленивый ветерок едва шевелил шторы. Я лежала и смотрела в темноту, слушала, как дышит мой сосед. Дышал он спокойно, но я знала, как чуток его сон, да и притворяется он прекрасно. Самое время закрыть глаза и тоже поспать. Не соблазнять же его, в самом то деле? Это Лина чокнутая, а я хорошая. Хорошие девочки своих похитителей не соблазняют.
Я вздохнула и сняла футболку. Великое достижение, право слово, учитывая, что темно, хоть глаза выколи. Футболка была огромной, и дарила мне защиту, которой я сейчас лишилась. Вот сейчас я как ёжик без иголок. Лысенький такой, испуганный ежик. Захотелось разреветься, но тогда соблазнения точно не выйдет, ещё и заругает, что я соплю пыхчу и мешаю ему наслаждаться отдыхом. Я спустила ногу на пол. Потом вторую.
- Ты куда? – сразу отреагировал мой мутант.
- Жарко, - неопределённо ответила я.
А что, и правда жарко. От моих дурных мыслей особенно.
- И ты решила погулять под луной?
- Нет. На полу лягу спать.
И правда, стянула на пол простыню с одеялом, расстелила, чертыхаясь в темноте, легла. Пол жёсткий, не удивительно. Я тут в одних трусиках, гигант рядом молчит. Чувствую себя дурой и снова размышляю на тему не поплакать ли. Эх.
Я лежала на полу и старательно пыталась не пыхтеть. Было трудно, оказывается, в такие моменты мой организм включает пыхтение автоматически. Я волновалась. Господи, как я до такой жизни докатилась? Вот только несколько дней назад шла из садика и ни о чем подобном не думала. Это цыганка во всем виновата, точно. Все горести начались с её гадания.
Я посопела ещё немножко и подвинулась к мутанту ближе. Глаза боятся, руки делают. Простыня подо мной смялась, пол был ощутимо холодным, кожа покрылась мурашками. Глаза к темноте немного привыкли, я уже могла различать великанскую громаду рядом. Теперь ещё ближе.
- Ты чего делаешь? – с сомнением поинтересовался Елисей.
- Уснуть не могу, - честно сказала я.
Не солгала – уснёшь тут, когда соблазнить нужно, а как непонятно. Ещё поближе. Простыня осталась где-то позади, теперь кожа липла к полу. Надеюсь, папа его моет. Боком я уже касалась матраса. И на этой стадии, можно сказать финальной, решимость меня покинула.
Надо дочитать до пяти, додумалась я. И на счёт пять идти соблазнять, не давая себе времени на размышлизмы. Раз. Господи, как тихо то дома. Стены крепкие, дореволюционные, дверь я прикрыла плотно, надеюсь до папиной комнаты никаких звуков не донесется. Два. Блин, холодно. А наверху, в кровати жарко было. Три. Хорошо, что я ноги побрила. А то неловко как-то соблазнять с небритыми. Четыре. Не слышу его дыхания, может он уснул, или вообще умер.
- Пять, - закончила свои мучения вслух.
- Что?
Отвечать мне было некогда – я собирала волю к кулак. Села, скинула с себя одеяло и полезла на матрас. Коснулась его кожи – гладкая и тёплая. Одно движение и я прижалась к его спине голой грудью. Спина кстати тоже совсем голая была, возмутительно просто. И в жар бросило, от его близости, от собственной смелости и глупости, в ушах зазвенело. Как-бы давление не поднялось, вспомнила я мамины наставления, с таких то волнений.
На все про все ушло секунды две. Дольше боялась.
- Ты с ума сошла? – спросил мутант. – Ты голая?
- Да, - ответила я на первый вопрос. И на второй, - Почти, но могу и до конца оголиться. Точнее, я даже это планирую.
- Чокнутая.
И повернулся ко мне. Сейчас поцелует вздрогнула я. Или потрогает… за что нибудь. К сексу я в общем была равнодушна, но за правое дело могу и потерпеть. Но мутант поступил иначе. Одним ловким движением перевернул меня на живот, спустил трусы совсем не романтично – я покраснела, хорошо, что темно. А потом зафиксировал меня коленкой, чтобы не сбежала. Как-то все… странно. Извращенческого секса у меня ещё не было, я побаиваюсь.
- Ты чего это? – пискнула я, отрывая лицо от матраса.
- Отшлепаю. Чтобы мысли дурные выбить. И спать отправлю.
Я заерзала, пытаясь высвободиться. Не нужно меня шлепать! Меня в жизни никто не шлепал, я же хорошая девочка! Гигант был сильным да. Но я была юркой. Плюс на моей стороне отчаяние. Я снова засопела запыхтела, простите уж, но как иначе бороться за свою честь? Я вывернулась, но сбежать не сумела. Перевернулась на спину и оказалась придавленной мутантом сверху. Он держал мои руки, словно я сделать ему что смогу. Сердце колотилось, как сумасшедшее, отчасти потому, что лежали мы – грудь к груди. Я сосками чувствовала его кожу, ненормально ярко, словно он обжигал, или моё восприятие стало тоньше в сотни раз.
- Я больше не буду, - обещала я. – Честно. Только не шлепайте.
И замерла. А чего дёргаться, силенок у меня явно не хватит. Остаётся уповать на то, что где-то в глубине души мутант милый и добрый. И не думает членом даже, к сожалению. Видимо тот самый один процент о котором говорила Лина. Я подалась вперёд и нечаянно столкнулась с ним. Вот прям нечаянно. Губами в губы. Успела почувствовать на себе его дыхание, он протяжно вздохнул, словно проклиная меня, и тот самый день, когда мы встретились. А потом… меня поцеловал.
И руки мои отпустил. Я секундочку посомневалась. Да, я шла его соблазнять, но я же не знала, что целоваться с ним так здорово! А потом приоткрыла рот и закинула руки на его плечи. Мутант застонал – видимо снова печалится о том, что со мной связался. Но думать стало некогда – я переживала нечто неизведанное. Если честно я раньше вообще считала поцелуи досадной необходимостью и даже брезговала немножко. А сейчас… Сейчас мне хотелось касаться его языка своим, притягивать его голову к себе ближе, надавливая на затылок, чтобы ещё сильнее, ещё…
Закончилось все внезапно. Он просто оторвался от меня. Я слышала, как он дышит. Его дыхание отнюдь не было спокойным, как всегда. Оно было прерывистым и рваным. Да я и сама дышала, как загнанная лошадь и думала только о том, что все закончилось обидно быстро. Наверное, все же не нравлюсь ему.
- Елисей? – спросила шёпотом я.
- Тихо, - ответил он. – Слышишь?
Я старательно прислушалась, но ничего не услышала. Мутант бесшумно поднялся, подошёл к окну. Затем стремительно метнулся ко мне, нашёл безошибочно в темноте, поднял, ухватив за подмышки. Мельком коснулся груди, из меня чуть не вырвался стон сожаления – сдержалась. А потом открыл дверь в комнату папы.
- Отец, - шёпотом сказал он. – У нас гости.
Глава 12 Елисей
Особой прыти от её отца я не ожидал, но он удивил. Поднялся быстро и тихо, не задавая лишних вопросов, не включая свет выглянул в окно, причём с безопасного расстояния.
- Трое, шепнул он. – Мою калитку никто ещё бесшумно не преодолел.
А затем удивил ещё раз. Часть стены комнаты буквально открылась в стороны – я обошёл весь дом и мог покляться, что стена самая обычная. И принялся запихивать туда Васю вместе со всеми нашими одеялами.
- Ты тоже иди, - кивнул он. – Не хватало мне мордобоя.
Я не любил, когда мной руководят, но сейчас прислушался. Нужно хотя бы понять, кто это. Трое – новые игроки. Стена схлопнулась обратно, Лина осталась снаружи, объяснять собственной персоной наличие посторонних, следов мы оставили немало. И тишина. Слаженная работа за каких-то тридцать секунд, это я вам скажу, уметь надо.
Гости не стучали. Они ввалились стремительно и бесшумно. Щёлкнул свет, заголосила Лина. Сквозь щелястую перегородку полоски света падали на Ваську, делая такой же полосатой. Она была возмутительно обнажённой. Она…об этом потом. Я усилием воли отвёл взгляд от её рук, судорожно прижимающих к груди одеяло и прислушался.
- Где? – рычал один из незваных гостей.
- Да нет тут никого, - возмутился хозяин. – Я да полюбовница моя…
Гость очень нецензурно высказался на тему старческой импотенции и маразма. Я поморщился. Ввиду моих размеров от меня не ожидали не большого ума, ни манер, словно есть связь между ними, ростом и объёмом мышечной ткани. А я напротив вот это все очень не уважал и выразиться мог если только под горячую руку. Слишком мат и алкоголь напоминали мою юность. Тогда они считались мерилом крутости. Для всех, кроме меня и Влада. Но это опять же другая история.