Титан (The Titan) — страница 167 из 262

I think I even dreamed of you last night."Я даже видела вас сегодня во сне!
Her skirts, still worn just below the shoe-tops, had the richness of scraping silk then fashionable.Она все еще носила полу длинные платья: ее нарядная юбочка из модного шуршащего шелка только чуть прикрывала края ботинок.
She was also guilty of using a faint perfume of some kind.Вопреки правилам пансиона от нее исходил тонкий запах духов.
Cowperwood could see that Mrs. Carter, despite a certain nervousness due to the girl's superior individuality and his presence, was very proud of her.Каупервуд видел, что миссис Картер немного нервничает - отчасти от сознания превосходства Беренис, отчасти из-за его присутствия здесь, - но в то же время гордится дочерью.
Berenice, he also saw quickly, was measuring him out of the tail of her eye-a single sweeping glance which she vouchsafed from beneath her long lashes sufficing; but she gathered quite accurately the totality of Cowperwood's age, force, grace, wealth, and worldly ability. Without hesitation she classed him as a man of power in some field, possibly finance, one of the numerous able men whom her mother seemed to know.Вместе с тем он заметил, что Беренис уголком глаза следит за ним. Впрочем, одного быстрого взгляда, которым она его окинула, было для нее достаточно: она сразу, и довольно точно, определила его характер, возраст, воспитание, общественное и материальное положение... Ни на секунду не усомнившись в правильности своих выводов, Беренис отнесла Каупервуда к разряду тех преуспевающих дельцов, которых, как она заметила, было немало среди знакомых ее матери.
She always wondered about her mother.О своей матери Беренис думала часто и с любопытством.
His large gray eyes, that searched her with lightning accuracy, appealed to her as pleasant, able eyes.Большие серые глаза Каупервуда понравились девушке; она прочла в них волю, жизненную силу; их испытующий взгляд, казалось ей, с быстротой молнии оценил ее.
She knew on the instant, young as she was, that he liked women, and that probably he would think her charming; but as for giving him additional attention it was outside her code.Несмотря на свою молодость, Беренис мгновенно почувствовала, что Каупервуд любит женщин и что, наверное, он находит ее очаровательной. Но уделить ему хоть чуточку больше внимания было не в ее правилах.
She preferred to be interested in her dear mother exclusively.Она предпочла видеть перед собой только свою милую маму.
"Berenice," observed Mrs. Carter, airily, "let me introduce Mr. Cowperwood."- Беренис, - деланно небрежным тоном сказала миссис Картер, - познакомься с мистером Каупервудом.
Berenice turned, and for the fraction of a second leveled a frank and yet condescending glance from wells of what Cowperwood considered to be indigo blue.Беренис обернулась и на какую-то долю секунды остановила на нем смелый, открытый и чуть-чуть снисходительный взгляд, идущий из самой глубины ее синих глаз. "Цвета индиго", -невольно подумал Каупервуд.
"Your mother has spoken of you from time to time," he said, pleasantly.- Ваша матушка не раз рассказывала мне о вас, -сказал он улыбаясь.
She withdrew a cool, thin hand as limp and soft as wax, and turned to her mother again without comment, and yet without the least embarrassment.Не говоря ни слова, но и без тени замешательства, она отняла у него свою тонкую, прохладную руку, гибкую и податливую, как воск, и снова повернулась к миссис Картер.
Cowperwood seemed in no way important to her.Каупервуд, по-видимому, не представлял для нее никакого интереса.
"What would you say, dear," pursued Mrs. Carter, after a brief exchange of commonplaces, "if I were to spend next winter in New York?"- Что ты скажешь, детка, если я на будущую зиму переселюсь в Нью-Йорк? - спросила миссис Картер, после того как они с дочерью обменялись еще несколькими довольно банальными фразами.
"It would be charming if I could live at home.- О, это будет чудесно, я бы так хотела пожить дома.
I'm sick of this silly boarding-school."Этот дурацкий пансион ужасно мне надоел.
"Why, Berenice!- Беренис, как можно!
I thought you liked it."Мне казалось, что тебе нравится здесь!
"I hate it, but only because it's so dull.- Я ненавижу пансион - тут такая отчаянная скука.
The girls here are so silly."И все эти девчонки нестерпимо глупы.
Mrs. Carter lifted her eyebrows as much as to say to her escort,Миссис Картер выразительно подняла брови и взглянула на своего спутника, как бы говоря:
"Now what do you think?""Ну, что вы на это скажете?"
Cowperwood stood solemnly by. It was not for him to make a suggestion at present.Каупервуд спокойно стоял поодаль, считая неуместным высказывать сейчас свое мнение.
He could see that for some reason-probably because of her disordered life-Mrs. Carter was playing a game of manners with her daughter; she maintained always a lofty, romantic air.Он видел, что миссис Картер в разговоре с дочерью держится крайне неестественно, что она, словно на сцене, играет роль снисходительно-величавой светской дамы. Быть может, виной тому был беспорядочный образ жизни, который она вела и вынуждена была скрывать.
With Berenice it was natural-the expression of a vain, self-conscious, superior disposition.Беренис же держалась совершенно непринужденно. Тщеславие, самоуверенность и сознание своего превосходства - все было естественно в ней.
"A rather charming garden here," he observed, lifting a curtain and looking out into a blooming plot.- У вас здесь премилый сад, я вижу, - заметил Каупервуд, приподнимая штору и глядя на клумбы с цветами.
"Yes, the flowers are nice," commented Berenice.- Да, наш цветник довольно красив, - отозвалась Беренис.
"Wait; I'll get some for you.- Подождите, я нарву вам букет.
It's against the rules, but they can't do more than send me away, and that's what I want."Это, конечно, не разрешается, но что могут со мной сделать? Исключить из пансиона? А я только этого и хочу.
"Berenice!- Беренис!
Come back here!" It was Mrs. Carter calling.Поди сюда! - в испуге закричала миссис Картер.
The daughter was gone in a fling of graceful lines and flounces.Но та уже ускользнула, легко и грациозно прошуршав оборками.
"Now what do you make of her?" asked Mrs. Carter, turning to her friend.- Ну, как вы ее находите? - спросила миссис Картер, оборачиваясь к своему другу.
"Youth, individuality, energy-a hundred things.- Молодость. Одаренность. Силы брызжут через край - да мало ли еще что.
I see nothing wrong with her."Мне кажется, нет никаких оснований за нее тревожиться.
"If I could only see to it that she had her opportunities unspoiled."- Ах, если б только я могла убрать все препятствия с ее пути!
Already Berenice was returning, a subject for an artist in almost studied lines.Беренис уже снова появилась в дверях: прелестная модель для художника.
Her arms were full of sweet-peas and roses which she had ruthlessly gathered.В руках у нее были розы и душистый горошек, -она безжалостно нарвала их целую охапку.
"You wilful girl!" scolded her mother, indulgently.- Как ты своевольна, Беренис! - притворно сердито воскликнула мать.
"I shall have to go and explain to your superiors.- Придется теперь объясняться с твоими наставницами.
Whatever shall I do with her, Mr. Cowperwood?"Ну что мне с ней делать, мистер Каупервуд?
"Load her with daisy chains and transport her to Cytherea," commented Cowperwood, who had once visited this romantic isle, and therefore knew its significance.- Заковать в цепи из роз и отослать на остров Цитеры, - отвечал Каупервуд, который посетил однажды этот романтический остров и знал его историю.
Berenice paused.Беренис взглянула на него.
"What a pretty speech that is!" she exclaimed.- Как мило вы сказали! - воскликнула она.
"I have a notion to give you a special flower for that.- Мне даже хочется подарить вам за это цветок.
I will, too." She presented him with a rose.Да, придется, - и она протянула ему розу.
For a girl who had slipped in shy and still, Cowperwood commented, her mood had certainly changed.Каупервуд подумал: "Как она меняется!" Когда эта девочка неслышно скользнула в комнату всего несколько минут назад, она казалась примерной скромницей - едва взглянула в его сторону.
Still, this was the privilege of the born actress, to change.Но такова особенность тех, что родятся актрисами.
And as he viewed Berenice Fleming now he felt her to be such-a born actress, lissome, subtle, wise, indifferent, superior, taking the world as she found it and expecting it to obey-to sit up like a pet dog and be told to beg.