Титан (The Titan) — страница 243 из 262

A fine American, flag-waving, tobacco-chewing, foul-swearing little man was this-and one with noteworthy political ambitions.Арчер был, что называется, "добрый американец" - то есть принадлежал к породе тех людей, которые жуют табак, сквернословят и вечно кричат о своем патриотизме; помимо этого он обладал еще изрядным честолюбием.Other Grand Army men had been conspicuous in the lists for Presidential nominations. Why not he?Другие старые вояки выставляли свои кандидатуры на различные государственные посты - почему бы и ему не попробовать?An excellent orator in a high falsetto way, and popular because of good-fellowship, presence, force, he was by nature materially and commercially minded-therefore without basic appeal to the higher ranks of intelligence.Он великолепно произносил речи, вернее, выкрикивал их высоким фальцетом и пользовался известной популярностью благодаря своей самоуверенности и уменью со всеми держаться запанибрата. Будучи человеком сугубо деловой, практической складки, он не испытывал тяготения к более высокой умственной деятельности.In seeking the nomination for governorship he had made the usual overtures and had in turn been sounded by Haeckelheimer, Gotloeb, and various other corporate interests who were in league with Cowperwood as to his attitude in regard to a proposed public-service commission.Добиваясь губернаторского поста, он позволял себе обычные заигрывания и посулы и был в свою очередь заранее "прощупан" Хэкелмайером, Готлебом и другими финансовыми воротилами, союзниками Каупервуда, желавшими знать, какую позицию займет он в вопросе создания комиссии по концессиям.At first he had refused to commit himself.Сначала мистер Арчер не хотел брать на себя никаких обязательств.Later, finding that the C. W. & I. and the Chicago & Pacific (very powerful railroads both) were interested, and that other candidates were running him a tight chase in the gubernatorial contest, he succumbed in a measure, declaring privately that in case the legislature proved to be strongly in favor of the idea and the newspapers not too crushingly opposed he might be willing to stand as its advocate.Но, убедившись, что в этом вопросе заинтересованы очень влиятельные железнодорожные компании - "Ж.К.И.", "Чикаго-Пасифик", а также, что другие претенденты на губернаторское кресло, того и гляди, могут его обскакать, Арчер не выдержал и в частной беседе пообещал поддержать законопроект, если таковой встретит сочувствие в законодательном собрании, а газеты прекратят свои злобные нападки на него.Other candidates expressed similar views, but Corporal Archer proved to have the greater following, and was eventually nominated and comfortably elected.Прочие претенденты выказали примерно такую же готовность, но у Арчера оказалось больше сторонников, и он в конце концов был выдвинут кандидатом в губернаторы и благополучно избран на этот пост.Shortly after the new legislature had convened, it so chanced that a certain A. S. Rotherhite, publisher of the South Chicago Journal, was one day accidentally sitting as a visitor in the seat of a state representative by the name of Clarence Mulligan.Тем не менее, когда новые депутаты съехались на сессию, произошло следующее непредвиденное событие: некто А. С. Розерхайт, издатель чикагской газеты "Джорнел", случайно уселся в кресло одного из депутатов - некоего Кларенса Маллигена.
While so occupied Rotherhite was familiarly slapped on the back by a certain Senator Ladrigo, of Menard, and was invited to come out into the rotunda, where, posing as Representative Mulligan, he was introduced by Senator Ladrigo to a stranger by the name of Gerard.Вдруг кто-то довольно фамильярно хлопнул Розерхайта по плечу, и он увидел сенатора Ладриго. Сенатор предложил ему пройти в ротонду, где и представил его, как депутата Маллигена, некоему мистеру Джерарду.
The latter, with but few preliminary remarks, began as follows:Последний, не тратя лишних слов, приступил к делу:
"Mr. Mulligan, I want to fix it with you in regard to this Southack bill which is soon to come up in the house.- Мистер Маллиген, я хочу договориться с вами по поводу саузековского законопроекта, который скоро будет поставлен на голосование.
We have seventy votes, but we want ninety.Мы уже имеем семьдесят голосов, но нам нужно девяносто.
The fact that the bill has gone to a second reading in the senate shows our strength.Как вы видите, законопроект получил второе чтение, - значит, мы сильны.
I am authorized to come to terms with you this morning if you would like.Мне поручено прийти с вами к соглашению, если вы не возражаете.
Your vote is worth two thousand dollars to you the moment the bill is signed."Вы отдадите нам ваш голос и получите две тысячи долларов, как только законопроект будет принят.
Mr. Rotherhite, who happened to be a newly recruited member of the Opposition press, proved very canny in this situation.Мистер Розерхайт, один из только что завербованных сторонников враждебной Каупервуду прессы, оказался в эту трудную минуту на высоте положения.
"Excuse me," he stammered, "I did not understand your name?"- Простите, - пробормотал он, - я не расслышал вашего имени.
"Gerard.- Джерард.
G-er-ard.Дже-ра-рд.
Henry A.Генри А.
Gerard," replied this other.Джерард, - последовал ответ.
"Thank you.- Благодарю вас.
I will think it over," was the response of the presumed Representative Mulligan.Я обдумаю ваше предложение, - отвечал мнимый депутат Маллиген.
Strange to state, at this very instant the authentic Mulligan actually appeared-heralded aloud by several of his colleagues who happened to be lingering near by in the lobby.Как ни странно, но в эту самую минуту в ротонду вошел подлинный мистер Маллиген, громко приветствуемый своими коллегами.
Whereupon the anomalous Mr. Gerard and the crafty Senator Ladrigo discreetly withdrew.Попавший впросак мистер Джерард и его пособник сенатор Ладриго почли за лучшее исчезнуть.
Needless to say that Mr. Rotherhite hurried at once to the forces of righteousness.Само собой разумеется, что мистер Розерхайт тотчас поспешил к тем, кто стоял на страже закона и справедливости.
The press should spread this little story broadcast. It was a very meaty incident; and it brought the whole matter once more into the fatal, poisonous field of press discussion.Этот маленький, но весьма пикантный инцидент получил широкую огласку, и саузековский законопроект снова попал под огонь газетных разоблачений.
At once the Chicago papers flew to arms.Все чикагские газеты забили тревогу.
The cry was raised that the same old sinister Cowperwoodian forces were at work. The members of the senate and the house were solemnly warned.Темные каупервудовские силы снова за работой! -кричали они и в не менее напыщенных выражениях предостерегали членов сената и палаты представителей от опрометчивых действий.
The sterling attitude of ex-Governor Swanson was held up as an example to the present Governor Archer.Губернатору Арчеру ставилась в пример беспорочная добродетель бывшего губернатора Суонсона.
"The whole idea," observed an editorial in Truman Leslie MacDonald's Inquirer, "smacks of chicane, political subtlety, and political jugglery."Вся эта затея, - писал в своей передовой трумен-лесли-мак-дональдовский "Инкуайэрер", -пахнет взятками, мошенничеством, низкими интригами.
Well do the citizens of Chicago and the people of Illinois know who and what particular organization would prove the true beneficiaries.Населению Чикаго - более того, всего штата Иллинойс - слишком хорошо известно, кто именно наживется на этом новом законе.
We do not want a public-service commission at the behest of a private street-railway corporation.Мы не хотим, чтобы некая компания диктовала нам свою волю и создавала комиссию по концессиям.
Are the tentacles of Frank A. Cowperwood to envelop this legislature as they did the last?"Неужели мы допустим, чтобы Фрэнк Алджернон Каупервуд - этот спрут во образе человека! -оплел своими щупальцами новое законодательное собрание, подобно тому, как он сделал это с предыдущим?"
This broadside, coming in conjunction with various hostile rumblings in other papers, aroused Cowperwood to emphatic language.Такого рода статьи печатались во всех газетах, и это в конце концов обозлило Каупервуда и однажды заставило его прибегнуть к довольно энергичным выражениям.
"They can all go to the devil," he said to Addison, one day at lunch.- Да ну их всех к черту! - сказал он как-то Эддисону, завтракая с ним.
"I have a right to an extension of my franchises for fifty years, and I am going to get it.- Я имею право продлить свои концессии на пятьдесят лет и добьюсь этого.
Look at New York and Philadelphia.Вы поглядите, какие концессии даются в Нью-Йорке и в Филадельфии!
Why, the Eastern houses laugh.Черт возьми, предприниматели Восточных штатов просто смеются нам в глаза!
They don't understand such a situation.