Титан (The Titan) — страница 27 из 262

There wasn't an Englishman I saw that compared with them."Ни один англичанин не сравнится с ними."My dear, your tastes are exotic," replied Cowperwood, who was watching her with pleased interest while he adjusted his tie.- У тебя, дорогая моя, экзотический вкус, -отвечал Каупервуд, повязывая галстук, и покосился на нее со снисходительной усмешкой."The French smart crowd are almost too smart, dandified.- Французская элегантность - это уже почти фатовство.I think some of those young fellows had on corsets."Я подозреваю, что некоторые из этих молодых людей были в корсетах."What of it?" replied Aileen.- Ну и что ж такого?"I like it.Мне это нравится.If you're going to be smart, why not be very smart?"Уж если щеголять, так щеголять."I know that's your theory, my dear," he said, "but it can be overdone. There is such a thing as going too far.- Я знаю, что это твоя теория, детка, но во всем надо знать меру.You have to compromise even if you don't look as well as you might.Иногда полезно выглядеть и поскромнее.You can't be too very conspicuously different from your neighbors, even in the right direction."Не следует очень уж отличаться от окружающих, даже в выгодную сторону."You know," she said, stopping and looking at him, "I believe you're going to get very conservative some day-like my brothers."- Знаешь что, - сказала она вдруг, глядя на него, -а ведь ты когда-нибудь станешь страшным консерватором, не хуже моих братцев.She came over and touched his tie and smoothed his hair.Она подошла к Каупервуду, поправила ему галстук и пригладила волосы."Well, one of us ought to be, for the good of the family," he commented, half smiling.- Кому-нибудь из нас надо же быть консерватором для блага семьи, - шутливо заметил он."I'm not so sure, though, that it will be you, either."- А впрочем, я еще не уверена, что это будешь ты, а не я."It's a charming day.- Какой сегодня чудесный день.See how nice those white-marble statues look.Взгляни, как хороши эти белые мраморные статуи.Shall we go to the Cluny or Versailles or Fontainbleau?Куда мы поедем - в Клюни, в Версаль или в Фонтенебло?To-night we ought to see Bernhardt at the Francaise."Вечером надо бы сходить во Французскую комедию, посмотреть Сарру Бернар.
Aileen was so gay.Эйлин была счастлива и весела.
It was so splendid to be traveling with her true husband at last.Какое блаженство путешествовать с Каупервудом в качестве его законной жены.
It was on this trip that Cowperwood's taste for art and life and his determination to possess them revived to the fullest.В эту поездку жажда удовольствий, интерес к искусству и твердая решимость завладеть всем, что может дать ему жизнь, пробудилась в Каупервуде с новой силой.
He made the acquaintance in London, Paris, and Brussels of the important art dealers.В Лондоне, Париже и Брюсселе он познакомился с крупными антикварами.
His conception of great masters and the older schools of art shaped themselves.Его представление о старых школах живописи и великих мастерах прошлого значительно расширилось.
By one of the dealers in London, who at once recognized in him a possible future patron, he was invited with Aileen to view certain private collections, and here and there was an artist, such as Lord Leighton, Dante Gabriel Rossetti, or Whistler, to whom he was introduced casually, an interested stranger.Один лондонский торговец, сразу распознавший в Каупервуде будущего клиента, пригласил его и Эйлин посмотреть некоторые частные собрания и представил "иностранца, интересующегося живописью", кое-кому из художников - лорду Лейтону, Данте Габриэлю Россетти, Уистлеру.
These men only saw a strong, polite, remote, conservative man.Для них Каупервуд был лишь самоуверенным, сдержанным, учтивым господином с несколько старомодными вкусами.
He realized the emotional, egotistic, and artistic soul. He felt on the instant that there could be little in common between such men and himself in so far as personal contact was concerned, yet there was mutual ground on which they could meet.Он же в свою очередь решил, что это люди неуравновешенные и самовлюбленные, с которыми ему никогда близко не сойтись, и единственное, что может их связывать, - это купля-продажа.
He could not be a slavish admirer of anything, only a princely patron.Они ищут восторженных почитателей, а он мог быть только щедрым меценатом.
So he walked and saw, wondering how soon his dreams of grandeur were to be realized.Итак, Каупервуд посещал галереи, мастерские, рассматривал картины и думал - скоро ли, наконец, сбудутся его мечты о величии.
In London he bought a portrait by Raeburn; in Paris a plowing scene by Millet, a small Jan Steen, a battle piece by Meissonier, and a romantic courtyard scene by Isabey.В Лондоне он приобрел портрет кисти Реберна, в Париже "Пахаря" Милле, маленькую вещичку Яна Стена, батальное полотно Мейссонье и романтическую сцену в дворцовом саду Изабэ.
Thus began the revival of his former interest in art; the nucleus of that future collection which was to mean so much to him in later years.Так возродилось прежнее увлечение Каупервуд а живописью, и было положено начало коллекции, занявшей в дальнейшем столь большое место в его жизни.
On their return, the building of the new Chicago mansion created the next interesting diversion in the lives of Aileen and Cowperwood.По возвращении в Чикаго Каупервуд и Эйлин с увлечением отдались постройке нового дома.
Because of some chateaux they saw in France that form, or rather a modification of it as suggested by Taylor Lord, was adopted.Насмотревшись старинных замков во Франции, они решили взять их за образец, и Тейлор Лорд не замедлил представить им архитектурный проект, воссоздававший некое подобие такого замка.
Mr. Lord figured that it would take all of a year, perhaps a year and a half, to deliver it in perfect order, but time was of no great importance in this connection. In the mean while they could strengthen their social connections and prepare for that interesting day when they should be of the Chicago elite.Лорд считал, что потребуется год или даже полтора, чтобы завершить все работы, но Каупервуды особенно и не торопились: пока дом будет строиться, они упрочат свои светские связи и ко дню его окончания сумеют войти в избранный круг.
There were, at this time, several elements in Chicago-those who, having grown suddenly rich from dull poverty, could not so easily forget the village church and the village social standards; those who, having inherited wealth, or migrated from the East where wealth was old, understood more of the savoir faire of the game; and those who, being newly born into wealth and seeing the drift toward a smarter American life, were beginning to wish they might shine in it-these last the very young people.В ту пору чикагское общество представляло собой весьма пеструю картину. Были тут люди, которые внезапно разбогатели после долгих лет бедности и еще не забыли ни своей деревенской церкви, ни своих провинциальных привычек и взглядов; были и другие, получившие капитал по наследству или перебравшиеся сюда из Восточных штатов, где крупные состояния существуют давно, - эти уже умели жить на широкую ногу; и наконец подрастали дочки и сынки новоявленных богачей, - они видели возникшее в Америке тяготение к роскоши и надеялись со временем к ней приобщиться.
The latter were just beginning to dream of dances at Kinsley's, a stated Kirmess, and summer diversions of the European kind, but they had not arrived as yet.Молодежь эта пока только мечтала о танцах у Кингсли, где устраивались благотворительные базары и вечера, о летних развлечениях на европейский лад. Но до этого им было еще далеко.
The first class, although by far the dullest and most bovine, was still the most powerful because they were the richest, money as yet providing the highest standard. The functions which these people provided were stupid to the verge of distraction; really they were only the week-day receptions and Sunday-afternoon calls of Squeedunk and Hohokus raised to the Nth power.Первая группа, самая богатая, пользовалась, несмотря на свое невежество и тупость, наибольшим влиянием, ибо высшим мерилом были здесь деньги.
The purpose of the whole matter was to see and be seen.Их увеселения поражали своей глупостью: все сводилось к тому, чтобы на людей посмотреть и себя показать.
Novelty in either thought or action was decidedly eschewed.Эти скороспелые богачи боялись как огня всякой свежей мысли, всякого новшества.
It was, as a matter of fact, customariness of thought and action and the quintessence of convention that was desired.Только шаблонные мысли и поступки, только рабское преклонение перед условностями допускались в их среде.
The idea of introducing a "play actress," for instance, as was done occasionally in the East or in London-never; even a singer or an artist was eyed askance.