Титан (The Titan) — страница 78 из 262

Чикаго рос не по дням, а по часам. Крошечные вагончики, влекомые упряжкой лошадей, были переполнены до отказа и ранним утром и поздним вечером, а днем иной раз в них просто яблоку негде было упасть.
If he could only secure an octopus-grip on one or all of them; if he could combine and control them all!О, если б можно было, подобно осьминогу, охватить весь город своими щупальцами! Если б можно было объединить все городские железные дороги и взять их под свой контроль!
What a fortune!Какое богатство они сулили!
That, if nothing else, might salve him for some of his woes-a tremendous fortune-nothing less.А ведь только огромное, неслыханное богатство -и ничто другое - могло вознаградить Фрэнка Каупервуда за все, что он претерпел!
He forever busied himself with various aspects of the scene quite as a poet might have concerned himself with rocks and rills.Он с упоением рисовал себе картину своего обогащения, мечтал о линиях конки, как поэт мечтает о живописных ручейках, журчащих среди скал...
To own these street-railways!"Завладеть городским транспортом!
To own these street-railways! So rang the song of his mind.Завладеть городским транспортом!" - звенело в его мозгу.
Like the gas situation, the Chicago street-railway situation was divided into three parts-three companies representing and corresponding with the three different sides or divisions of the city.Чикагская конка совершенно так же, как газоснабжение, находилась в руках трех различных компаний, каждая из которых обслуживала свою "сторону" или свой район.
The Chicago City Railway Company, occupying the South Side and extending as far south as Thirty-ninth Street, had been organized in 1859, and represented in itself a mine of wealth.Основанная в 1859 году Чикагская городская железнодорожная компания обслуживала Южную сторону вплоть до 39-й улицы и была подлинным кладезем обогащения для своих владельцев.
Already it controlled some seventy miles of track, and was annually being added to on Indiana Avenue, on Wabash Avenue, on State Street, and on Archer Avenue. It owned over one hundred and fifty cars of the old-fashioned, straw-strewn, no-stove type, and over one thousand horses; it employed one hundred and seventy conductors, one hundred and sixty drivers, a hundred stablemen, and blacksmiths, harness-makers, and repairers in interesting numbers.Эта компания проложила уже свыше семидесяти миль рельсовых путей и ежегодно тянула свои линии все дальше и дальше по Индиана авеню, Уобеш авеню, Стэйт-стрит, Арчар авеню... Ей принадлежало свыше ста пятидесяти старомодных вагончиков, не отапливающихся зимой и устланных для тепла соломой, и свыше тысячи лошадей. Конку обслуживало сто семьдесят кондукторов, сто шестьдесят возниц, сто конюхов и весьма солидное число кузнецов, шорников и ремонтных рабочих.
Its snow-plows were busy on the street in winter, its sprinkling-cars in summer.Зимой по улицам двигались принадлежавшие компании снегоочистители, летом - машины для поливки.
Cowperwood calculated its shares, bonds, rolling-stock, and other physical properties as totaling in the vicinity of over two million dollars.Прикинув в уме стоимость подвижного состава, акций, облигаций и прочего имущества компании, Каупервуд пришел к заключению, что ее капитал, должно быть, уже перевалил за два миллиона.
The trouble with this company was that its outstanding stock was principally controlled by Norman Schryhart, who was now decidedly inimical to Cowperwood, or anything he might wish to do, and by Anson Merrill, who had never manifested any signs of friendship.Скверно было то, что контрольный пакет акций компании находился в руках у двух лиц -Шрайхарта и Энсона Мэррила. Первый был теперь заклятым врагом Каупервуда и старался воспрепятствовать любому его начинанию, да и второй тоже был настроен весьма неприязненно.
He did not see how he was to get control of this property.Каупервуд еще и сам не знал, как подобраться к этому доходному делу.
Its shares were selling around two hundred and fifty dollars.Курс акций компании доходил до двухсот пятидесяти долларов.
The North Chicago City Railway was a corporation which had been organized at the same time as the South Side company, but by a different group of men.Северо-чикагская железнодорожная компания была основана в том же году, что и компания Южной стороны, но только другой группой лиц.
Its management was old, indifferent, and incompetent, its equipment about the same.Здесь дело велось совсем уж по старинке, не очень знающими и не очень предприимчивыми людьми; оборудование тоже было старое и изношенное.
The Chicago West Division Railway had originally been owned by the Chicago City or South Side Railway, but was now a separate corporation.Железнодорожная компания Западной стороны первоначально входила в Чикагскую городскую железнодорожную, иначе говоря Южную компанию, но теперь являлась уже самостоятельным предприятием.
It was not yet so profitable as the other divisions of the city, but all sections of the city were growing.Линии, принадлежащие этой компании, были пока что наименее доходными, но Западная сторона Чикаго росла и развивалась не менее бурно, чем все остальные.
The horse-bell was heard everywhere tinkling gaily.Веселый звон колокольчиков, возвещавший о приближении лошадей, тащивших вагоны, слышен был во всех концах города.
Standing on the outside of this scene, contemplating its promise, Cowperwood much more than any one else connected financially with the future of these railways at this time was impressed with their enormous possibilities-their enormous future if Chicago continued to grow, and was concerned with the various factors which might further or impede their progress.Наблюдая все это со стороны и переносясь мыслями в будущее, Каупервуд лучше, быть может, чем сами акционеры, видел открывавшиеся перед ними гигантские возможности - особенно если Чикаго и впредь будет так же бурно расти. Все, что могло содействовать или препятствовать развитию городских железных дорог, было предметом его постоянных и упорных размышлений.
Not long before he had discovered that one of the chief handicaps to street-railway development, on the North and West Sides, lay in the congestion of traffic at the bridges spanning the Chicago River.Довольно скоро он пришел к выводу, что движению конки на Северной и Западной сторонах города больше всего мешают постоянные скопления всех видов транспорта у въездов на мосты через реку Чикаго.
Between the street ends that abutted on it and connected the two sides of the city ran this amazing stream-dirty, odorous, picturesque, compact of a heavy, delightful, constantly crowding and moving boat traffic, which kept the various bridges momentarily turning, and tied up the street traffic on either side of the river until it seemed at times as though the tangle of teams and boats would never any more be straightened out.По этой речонке, грязной, зловонной и удивительно живописной, делившей город на две части, двигались нескончаемые и величественные караваны всевозможных судов и суденышек; мосты то и дело послушно расступались перед ними, преграждая путь скопившимся на обоих берегах фургонам и экипажам, и тогда казалось, что единоборству водного и сухопутного транспорта так и не будет конца.
It was lovely, human, natural, Dickensesque-a fit subject for a Daumier, a Turner, or a Whistler.Картина эта, исполненная своеобразной, патриархальной, чисто диккенсовской прелести, была достойна кисти Домье, Тэрнера или Уистлера.
The idlest of bridge-tenders judged for himself when the boats and when the teams should be made to wait, and how long, while in addition to the regular pedestrians a group of idlers stood at gaze fascinated by the crowd of masts, the crush of wagons, and the picturesque tugs in the foreground below.Ленивые разводчики мостов должны были решать по собственному разумению, когда следует застопорить движение экипажей и когда - судов, -и сколько времени заставить их ждать; у мостов, наряду с деловым, озабоченным людом, всегда толкались зеваки, глазевшие на высокий лес мачт, на скопление людей и экипажей на берегу и пеструю вереницу буксиров и барж, скользящих по реке.
Cowperwood, as he sat in his light runabout, annoyed by a delay, or dashed swiftly forward to get over before a bridge turned, had long since noted that the street-car service in the North and West Sides was badly hampered.Каупервуд, сидя в своем легком кабриолете и досадуя на задержку или что есть сил погоняя лошадь, чтобы проскочить на ту сторону, пока мост не развели, не раз думал о том, какой огромной помехой являются эти мосты для развития городского транспорта в северной и западной частях города.
The unbroken South Side, unthreaded by a river, had no such problem, and was growing rapidly.На Южной стороне, не пересеченной рекой, транспорт развивался беспрепятственно и быстро.
Because of this he was naturally interested to observe one day, in the course of his peregrinations, that there existed in two places under the Chicago River-in the first place at La Salle Street, running north and south, and in the second at Washington Street, running east and west-two now soggy and rat-infested tunnels which were never used by anybody-dark, dank, dripping affairs only vaguely lighted with oil-lamp, and oozing with water.