обычу.
Бородачи мало-помалу пятились, освобождая пространство посередине пещеры, а Людоед медленно продвигался к центру. Джески, которого оглушил волшебный порошок Килгрика, уже мог держаться на ногах и сейчас бормотал:
– Чего это? Откуда он здесь?
– Хорошо, считай, что я крыса, – пробурчал Людоед, – если тебе так легче умирать. Только я не вижу, чтобы у тебя в руках было оружие. Чем будешь драться?
– Разве ты не знаешь, что у кота мягкие лапки? – притворно удивился пришелец. – Он выпускает когти в самый последний миг.
Он тоже сделал несколько шагов и сейчас весь был в освещенном кругу. Оружия при нем Элис в самом деле не видела. Может, именно это насторожило Людоеда? Он несколько мгновений колебался, потом двинулся к Коту, который так и стоял в расслабленной позе, наблюдая за приближением противника. А тот, кажется, с каждым шагом делался больше ростом. При этом бормотал:
– Я огромный и сильный… я великан… я могуч…
Людоед двигался мелкими шажками, а потом с внезапной резвостью бросился вперед, занося дубину для удара. Вш-ших! – его оружие рассекло воздух, но Кота на прежнем месте уже не было. Он словно возник из пустоты чуть в стороне, в двух шагах.
– Мяу! – возмущенно заявил он. – По-моему, ты слишком медлителен для маленькой мышки. Они шустрые.
– Я сейчас тебе покажу мышку! – взревел владыка подземелья. – Я великан!
Он снова бросился к Коту, но тот еще раз увернулся. Потом снова и снова повторялась та же сцена – Людоед, размахивая дубиной, несся к противнику, тот неуловимо быстро увертывался. Элис, затаив дыхание, следила за схваткой. Она уже привыкла к темпу и успевала заметить, как Кот уходит от дубины. Он двигался так, будто не спешит, но в нужный миг срывался с места с поразительной быстротой. При этом мяукал и дразнил Людоеда. А тот уже начал выдыхаться – силы в нем, может, и хватало на десятерых, но выносливости оказалось недостаточно. Потом что-то изменилось в привычной круговерти атак и отскоков – Людоед взвыл по-другому и вместо того, чтобы преследовать верткого соперника, отскочил и склонил голову. Из его ноги, повыше колена, торчала рукоять ножа. Элис даже не поняла, как Кот сумел вонзить оружие в бородача.
Людоед выдернул клинок из тела и швырнул под ноги, сталь звякнула, ударившись о камень. Из раны потекла темная струйка, блестя в разноцветных отсветах. А Людоед снова пошел на Кота. Он не хромал и никак не выказывал, что испытывает боль.
– По-моему, ты начал уменьшаться, – заявил Кот, снова отскакивая.
Тут и Элис показалось, что Людоед становится меньше ростом. Он больше не рычал и не грозил Коту. Он не утратил боевого запала, но больше не было ощущения, что Людоед могуч и велик. Вот он еще раз бросился на Кота, тут Элис успела разглядеть блеск на стальном лезвии, прежде чем Кот, отскакивая, метнул нож. Клинок вошел в другую ногу бородача, тот пошатнулся и сбился с шага. Теперь Кот кружил около него по пещере и в каждой руке сжимал по короткому ножу. Вот он подбросил в воздух тот, что был в правой, поймал за лезвие и взмахнул рукой, занося оружие для броска. Людоед, оставляя кровавые лужи на полу, отскочил… Кот швырнул второй нож левой рукой коротким движением, без замаха. Острие проткнуло куртку на левом предплечье Людоеда, тот охнул. Тут же последовал второй бросок.
– Вот и все, мышка, – сказал Кот, – теперь ты маленький.
Людоед, пошатываясь, глядел на него. В обеих руках Кота снова поблескивала сталь, и бородач боялся пропустить момент, когда последует новый бросок. Он не решался даже выдернуть вонзившиеся в него ножи. Оба противника остановились, замерли… и бросились навстречу друг другу одновременно, словно сговорились. Короткая схватка, удары, отскоки, скрежет стали по окованной дубинке… Мельтешение разноцветных огоньков под сводами пещеры мешало толком разглядеть действия бойцов. Но вот Кот отступил на шаг, а Людоед, ссутулившись, замер на месте. С коротким стуком ударилась о камни выпавшая из его руки дубинка. Потом он тяжело опустился на колени.
– Не все внутри, Людоед, – тихо сказал Кот. – Не все нужно забирать, не все жрать и запихивать в себя. Сколько бы ты ни проглотил, все равно останешься маленьким, как мышь. Большой тот, кто думает, как накормить всех, а не как их съесть, но ты слишком мал, чтобы это понять.
Когда Людоед с мягким шорохом свалился на каменный пол и замер, его подручные переглянулись. Они были в растерянности – до сих пор им просто не приходило в голову, что их предводителя можно одолеть. Похоже, маленький король подгорного мира сумел убедить их в том, что он велик и непобедим. Сломалась ось, вокруг которой вертелся мир для этих шестерых бородачей. Их Вселенная рассыпалась в прах.
А Элис больше не могла сдерживаться. Она бросилась из своего угла через пещеру к Коту и схватила его за руку:
– Кот! Кот! Ну откуда ты здесь взялся? Как?
– Я люблю появляться там, где мое присутствие приносит пользу. Здесь-то уж точно без меня бы не обошлось, верно?
Он мягким движением высвободил ладонь из пальцев Элис и оглядел притихших горных джески:
– Ну а вы что скажете? Хотите присоединиться к королевскому войску? Или будете прятаться здесь в ожидании прихода Тьмы?
Бородачи снова переглянулись, один посопел и ответил:
– Без Людоеда нам чего? Да нет, нам здесь ждать не с руки. Без Людоеда – кто от Тьмы защитит?
– Никто не защитит, – согласился Кот. – Но мы можем защищаться вместе. Нынче на поверхности, где светят солнце и луна, уже вечер. Послезавтра в графстве Легвольд будет большое сражение. Король поведет всех в бой, приходите. Это лучше, чем таиться в темноте и ждать невесть чего. Идем, Алисия, я отведу тебя на поверхность.
– А мы завалили путь, который наверх идет. Людоед сказал, что так нужно, потому что Охотницу будут искать. А потом начнется война, и искать перестанут. Тогда бы мы завал разобрали.
– Ничего, я знаю верхнюю дорогу, – сказал Кот. – Принесите меч госпожи Алисии.
– Ты можешь звать меня просто Элис! Ты…
– И меня не забудьте, – попросил Килгрик.
Он направился к Элис и Коту через пещеру, и маленькие разноцветные тени танцевали под его ногами.
Двое джески вышли из пещеры и вскоре возвратились с рунным мечом.
– Мы придем на битву, – сказал тот, что вроде был у них теперь за старшего, протягивая оружие Охотнице.
– Хорошо, – коротко ответил Кот.
И, беспечно повернувшись спиной к недавним врагам, зашагал из пещеры. Элис была не такой доверчивой и сперва пятилась, потом побежала догонять Кота. Килгрик держался рядом с ней. Выбрав момент, дернул ее за рукав и прошипел:
– Кто это?
– Как кто? Это же Кот! Ты его видел во дворце.
– Но ведь он умер… Его величество велел похоронить с почестями… как это возможно?
– Похоронить с почестями? – бросил через плечо Кот. – Это правильно, почести вполне заслужены. Не отставайте!
Он прихватил из ниши, вырубленной в стене, светильник и повел их темными переходами, то и дело сворачивая. Элис спешила за ним, опасаясь отстать хотя бы на шаг – ей казалось, что здесь они с Килгриком мгновенно потеряются, если упустить из виду провожатого. В подземелье было тихо, но потом она ощутила легкий ток воздуха; где-то рядом раздавался непрерывный шорох – это дул ветер.
– Что это? Откуда здесь ветер? – спросила она Кота, догнав его там, где проход сделался пошире.
– Верхний путь. Здесь можно подняться к самой вершине, но придется поработать.
Вскоре он остановился на краю пропасти. Здесь ветер был очень сильным, он с шипением и свистом устремлялся вверх по широкому отверстию. Пропасть оказалась колодцем, ведущим и вниз, и вверх. На краю стояла широкая бадья. В полу ее были проделаны дыры, сквозь них проходили канаты из странного серого волокна. Канаты слегка поблескивали, словно смазанные маслом. Путники забрались внутрь, и Кот, подпрыгнув, повис на одном из канатов. Килгрик испуганно пискнул, Элис тоже ахнула – бадья с пассажирами устремилась вверх. По мере того, как Кот опускался на дно, его вес заставлял странную посудину ползти вверх. Разобравшись, как устроен верхний путь, Элис и ее верный оруженосец присоединились к работе. Они поочередно подпрыгивали и, повиснув на канате, заставляли бадью ползти вверх. При этом Килгрик авторитетно заметил:
– Весьма мудро придумано, как раз для людей, которые любят основательно покушать.
– А вот и нет. Ты слишком низко подпрыгиваешь, – ответила Элис, – и почти не двигаешь нас. Чем ты оглушил того разбойника в пещере? Ты владеешь магией?
– Я считаю, что в жизни нужно изучать все умения, какие только можно. Когда-нибудь пригодится.
– Правильно. На следующей тренировке покажу тебе парочку ударов коротким оружием. Я видела, как ты держишь нож – это же смешно!
– У-у-у…
– Не стони! Ты же пошел в оруженосцы Охотницы, а не в ученики придворного мага!
На середине подъема их бадья разминулась с другой, точно такой же, ползущей по канату вниз.
– На этой поднялся Махрин, – кивнул Килгрик. Очень умно здесь все устроено. Вот только не пойму, из чего сплетены канаты? Они должны быть невероятно прочными.
– Из паутины, – пояснил помалкивавший до сих пор Кот. – Здесь был храм Паука, давно, в незапамятные времена. Пауков давно нет, но подъемное устройство сохранилось в целости, таким его нашел Людоед.
– Паука? Последователи которого делают плащи-невидимки? – вспомнила Элис.
– Точно. Сейчас Пауков и их почитателей осталось совсем мало, а когда-то их святилища были по всему Валарду.
Подъему, казалось, не будет конца. Мимо в тусклом свете светильника проплывали каменные уступы, поросшие мхом, темные зевы пещер, несколько раз бадья прошла мимо площадок, пригодных для того, чтобы сойти на другой уровень упрятанного в толщу горы лабиринта.
Килгрик запыхался от бесконечных прыжков и больше не заводил разговоров. Кот, погруженный в собственные мысли, тоже помалкивал. А Элис думала о том, как будет рассказывать Гринту и Гильмерту об этом приключении. Наверное, Кот не захочет, чтобы о нем узнали другие? Тогда нужно будет предупредить Килгрика, чтобы не трепался… Хотя кто поверит глупостям, которые рассказывает ребенок?