– Эй! Я цела! Поставь меня на землю!
Кот с подчеркнутой осторожностью выполнил требование и отступил с шуточным поклоном:
– Как будет угодно госпоже. Проклятие! Я уже почти жалею, что ты цела, Элис.
– Но-но!
– Я сказал: почти.
Килгрик в это время разглядывал человека, ставшего жертвой твари.
– Это же Махрин? – неуверенно спросил он.
– Он самый.
– Предтечи все видят, – буркнула Элис. – Махрин предатель, туда ему и дорога.
На истерзанное тело купца смотреть ей не хотелось, очень уж страшное было зрелище. Она отвела взгляд и увидела блестящий камень, выпавший из откинутой в сторону руки мертвеца – тот самый рубин, за который Махрин продал ее Людоеду. Элис осторожно подобрала камень и подняла, подставив лунному свету. Вокруг ее руки заиграли красные отблески.
– Ого. Даже в короне Аднорских королей такого нет…
– Назови его Сердце Охотницы, – посоветовал Кот. – У такого камня должно быть имя.
– Ладно. Мы вроде спешим?
– Да, но здесь придется попрощаться. Ступайте по тропе, она неплохо видна и выведет вас к подножию.
– А ты, Кот?
– У меня дела. Я только завалю мертвеца камнями и тоже поспешу вниз, но другой дорогой. Удачи тебе, Охотница!
Пока не скрылась из виду площадка, на которой убили гарпию, Килгрик то и дело оглядывался. Элис, хромая, шагала по тропе… и наконец Кота заслонили каменные глыбы.
– Это же не мог быть старый шут? – спросил оруженосец. – Того убили! Это не Кот! Алисия, ну, скажи! Это же не Кот?
– Лучше, если ты вообще не будешь об этом болтать, – морщась от боли в колене, отрезала Элис. – Можешь сказать, что убил Людоеда своей магией, мы убежали и так спаслись. Хочешь стать героем?
– Нет. Ты уж, пожалуйста, не рассказывай никому о моем маленьком колдовстве. Хорошо?
На это Элис и рассчитывала.
– Ладно. Тогда мы будем врать, что Людоеда убила я. А Кот погиб в Адноре во время ночной схватки. Откуда ему здесь взяться?
– Угу-у… – протянул мальчик. – Сплошные секреты. Смотри, вон лагерь имперцев!
Ровные ряды огоньков снова показались у подножия. В этот раз они были гораздо ближе. На миг показалось, что совсем рядом, но Элис знала, что впечатление обманчиво. Им еще шагать всю ночь… и хорошо, что северный склон Лунного пика такой пологий. Хорошо, что тварей Тьмы больше не видно, что тропа пологая… и что Килгрик, наконец, заткнулся.
Серебристый надкусанный диск луны перевалил зенит и пополз на запад, ветер, обдувающий склон лунного пика, потеплел, а огоньки внизу, в имперском лагере, виднелись отчетливей. Боль в ушибленном колене унялась, и Элис стала понемногу уходить вперед от отстающего Килгрика. Толстячку спуск давался тяжелее, чем девушке. Их разделяло десятка три шагов, когда оруженосец закричал:
– Алисия, смотри! Смотри вниз!
В лагере явно что-то происходило. Рыжие светящиеся точки костров дергались, некоторые пропадали, когда их заслоняли движущиеся тени, другие взрывались икрами и рассыпались – Элис поняла, что началась атака и конные воины Гринта ворвались в лагерь. Их силуэты накрывали костры, когда всадники скакали к центру расположения имперских воинов. Кони летели через линии костров, разбрасывая горящие угли… снизу уже доносился многоголосый крик. Прорезался звук сигнального рожка, тут же захлебнулся и пропал. В хаотичном мелькании теней наметился некоторый порядок – движение перемещалось к центру лагеря. Вот вспыхнула палатка, мгновенно осветив широкий участок, занялась другая, третья… вскоре лагерь пылал, а среди огней мелькали тени.
Элис невольно ускорила шаг, и Килгрик, припустив бегом, едва догнал ее. Он попытался перейти на шаг, снова стал отставать и, тяжело дыша, взмолился:
– Не спеши так! Еще далеко идти!
Поворот тропы скрыл лагерь из виду, потом он показался снова – огненное пятно у подножия горы. Всякий раз, когда открывался пожар, Элис вглядывалась в мельтешение теней, пытаясь угадать, что происходит. Судя по тому, что схватка охватила весь лагерь и палатки пылали повсюду, атака удалась.
Склон тянулся и тянулся, тропа петляла, Элис то ускоряла шаг, то, вняв мольбам оруженосца, шла медленнее. Наконец новый поворот увел путников на другую сторону склона, и лагерь скрылся за скалистым гребнем. Ближе к подножию гора уже не была единым каменным конусом, отроги тянулись от ее могучего тела в стороны, тропа свернула на один из них, сползла по шершавому, изрезанному морщинами боку. Звезды стали гаснуть, луна ушла за скалы, а небо начало понемногу синеть.
– Я думаю, мы уже близко, – негромко произнес Килгрик. – Только бы не заблудиться в этих ущельях. Кто знает, куда приведет тропа? Вовсе не обязательно к лагерю. Я надеялся, мы увидим зарево пожара и оно укажет путь.
– Палатки не могут гореть долго.
– Это верно. Но куда же теперь?
Тропа исчезла, скрылась в густых тенях, которые отбрасывали отроги Лунного пика. Охотница с мальчиком стояли на дне ущелья.
– Нужно вскарабкаться на кручу и поглядеть сверху, – решила Элис.
Но те скалы, что были повыше, оказались слишком круты. Оставалось брести по ущелью и надеяться, что оно выведет в нужную сторону. Нетерпение, владевшее Элис и заставлявшее спешить, иссякло, уступив место усталости, колено болело… Охотница шла совсем медленно, а Килгрик, хотя и пыхтел, и время от времени принимался жаловаться, больше не отставал. Близился рассвет, небо светлело на глазах, и после очередного поворота ущелья над скалами показался дым. Ветер принес легкий запах гари. Элис слишком обессилела, чтобы снова торопиться.
– Стоять! – прогремело над головой. – Не двигаться! Вы у меня на прицеле!
Элис замерла, озираясь в поисках кричавшего.
– Медленно подними руки, я хочу видеть, что ты без оружия! – потребовал незнакомец.
Элис поняла, что он кричит сверху. Засаду устроили на скале. Кто это? Победители или убежавшие после разгрома имперцы? Или лагерь удалось отстоять, и враги теперь преследуют бегущих воинов Гринта?
– Это я, Алисия! – крикнула она, заранее примериваясь, за какой бы камень отпрыгнуть, если тот, кто наверху, захочет стрелять. – Охотница!
– Госпожа Алисия! – с неподдельной радостью выкрикнул незнакомец. – Нашлась! Жива! Идемте скорее, господин Гринт места себе не находит из-за вас!
На скале поднялся человек, его черный силуэт отчетливо прорисовался на фоне начавшего светлеть неба. Блестел стальной шлем, в руке воина был арбалет. Он стал спускаться по склону, из-под сапог сыпались потоки мелких камешков.
– Госпожа Алисия! – повторял он. – Уж как обрадуется господин Гринт! А то места себе не находил, так волновался, так волновался!
Когда воин сбежал вниз, Элис его узнала – он нес стражу в замке Фиоро, один из тех, кто предлагал ей флягу.
– Мы победили? – спросила она.
– Да, госпожа. Но только какая победа… лагерь оказался пустышкой. Вернее, толпу пленных мы взяли, еще больше разогнали, да только это новобранцы. Им в бою грош цена, так-то! Но идемте, идемте! Господина Гринта обрадуем скорее.
Солдат спешил, торопил Элис, а она еле ковыляла следом за ним. Сразу навалилось все: и усталость, и боль в колене. Пока нужно было торопиться, спешить присоединиться к отряду Гринта, она держалась, но теперь едва переставляла ноги. А Килгрик даже за ней, едва бредущей, уже не успевал.
Под болтовню стражника они прошли по дну ущелья, миновали нагромождение валунов, и открылся вид на долину. Чадили догорающие палатки, среди костров бродили конные и пешие солдаты, к начинающему светлеть небу тянулся дым, повсюду лежали тела, белые рубахи имперских солдат, застигнутых во сне, отчетливо выделялись в сумерках. По этому мрачному полю, засеянному смертью, разъезжали всадники, тут и там группы пленных собирали мертвецов, волокли куда-то, за ними присматривали аднорцы.
Гринт отыскался в середине разоренного лагеря. Он оглядывал с седла картину разрушения. Элис не могла видеть его лица в тени под забралом, но могла поклясться, что он сейчас хмур. Завидев, кого привел его дозорный, начальник стражи соскочил на землю и бросился к Элис, вздымая стальными поножами тучи пепла.
– Госпожа! Жива! – выкрикивал он. – Слава Предтечам, жива!
Подскочив, он ухватил Элис и больно стиснул ее плечи латными перчатками.
– Полегче, эй! – возмущенно взвизгнула Элис. – Я жива, но если будешь так меня тискать, то я недолго продержусь на этом свете!
– Прошу прощения, – второй раз в жизни Элис видела улыбку хмурого воина, – не сдержался. Но как? Что произошло? Как вам удалось найти дорогу в пещерах?
– Махрин оказался предателем, – избегая пересказывать подробности, ответила Элис. – Он заманил нас с Килгриком в ловушку. Мы вырвались.
– А Махрина убила гарпия, – вставил Килгрик. – Госпожа прикончила тварь, но…
– Да, мы выбрались из пещеры вслед за Махрином, – перебила его Элис, – но нашли гарпию, которая закусывала этим предателем. К счастью, с нами была королевская Охотница, и твари Тьмы нам не страшны. А что произошло здесь? Мы победили?
Гринт широко махнул рукой, указывая разгромленный лагерь.
– Невелика честь – разогнать крестьян, которым едва-едва объяснили, с какой стороны у копья наконечник. Пленных взяли сотни две, но они сами ничего не знают. Их привели в лагерь для обучения. Совсем недавно, среди них не нашлось ни одного, кто здесь больше недели.
– Значит, обученные копейщики понадобились, – кивнула Элис.
– Вот именно. Может, имперская армия уже перешла границу в Легвольде? Вон там стоят загруженные повозки. Они ждали утра, чтобы выступить. Фураж, заготовленный в лагере, уже начали вывозить. Мы опоздали.
– Ничего, здесь еще много оставалось, – заметил Килгрик, тыча пальцем в чадящие кучи пепла, оставшиеся от сгоревшего сена.
– М-да. Алисия, мы не сможем возвратиться прежним путем через пещеры. У нас есть две возможности. Двигаться вдоль хребта на север и, возможно, встретиться со всей имперской армией… или возвращаться в Аднор через перевалы и потерять два дня на дорогу через горы и третий – на марш от Толгора в лагерь его величества. Если имперцы уже двинулись через границу, королю будет очень недоставать нашего отряда.