Топор вонзился Красному Лису в приклад ружья. Токей Ито еще успел это заметить, но тут его мустанг упал наземь, и Токей Ито спасся, только в последнее мгновение спрыгнув, иначе Буланый придавил бы его.
Жеребец забился на земле; вероятно, в него попала пуля, и потому он не мог встать на ноги. Токей Ито распростерся на траве. Он осторожно покосился на врага, не зная, что тот сейчас сделает. Сильный удар топора не выбил Красного Лиса из седла; он по-прежнему висел сбоку на своей кобыле, а та сумела удержаться на ногах. Только ружье с разбитым прикладом валялось теперь на земле. Разразившись гнусным проклятием, Красный Лис не стал подбирать уже ни на что не годное оружие, а быстро помчался по темному западному склону на равнину. Потеряв свое дальнобойное огнестрельное оружие, теперь он стремился оказаться вне досягаемости стрел Токей Ито и доскакать до плоских лугов, где его кобыла сможет мчаться во всю прыть. Теперь все его преимущество заключалось в этой лошади; дакота утратил своего коня. Буланый жеребец еще раз попытался встать, но споткнулся и снова упал.
Тем временем Фред Кларк ускакал прочь. На лошади он держался как индеец. Еще осторожнее, чем прежде, спрятался он за боком своей кобылы. Только толстая кожаная подметка его кавалерийского сапога виднелась над лошадиной спиной. Токей Ито выпустил несколько обманных стрел, которые костяными наконечниками вонзились в подошву вражеского сапога. Тем самым он лишил бледнолицего возможности наблюдать за ним и высунуть из-за спины лошади голову, которая в противном случае стала бы отличной мишенью. Дакота на миг избавился от слежки. Воспользовавшись этим мгновением, он вскочил и бросился следом за скачущим прочь Красным Лисом – низко пригнувшись, мягкими, едва слышными прыжками, скрываемый спасительной тенью склона. Он почти догнал Красного Лиса, но тут его противник вырвался на равнину, где быстроногая лошадь стала для него немалым преимуществом.
Дакота совершенно точно знал, что на короткой дистанции может состязаться в беге с любым конем, несущим всадника. Он неизбежно должен был догнать врага. Одним-единственным отчаянным прыжком он перелетел последний участок склона и приземлился на равнину. Оказалось, что Красный Лис в этот миг заметил устремившегося за ним преследователя. В воздух взвилось его лассо. Широкая петля низринулась на молодого вождя. Токей Ито не отпрянул, не уклонился и не бросился на землю. Он не сделал ничего, что дало бы врагу новое преимущество. Петля опустилась вниз, и вождь прямо-таки прыгнул в нее. Сильной рукой он схватился за ремень немного за пределами петли, не давая ей затянуться до конца. Как обычно в таких случаях, враг рванул лассо на себя. Фред Кларк снова скользнул в седло и сосредоточил все свое внимание на лошади, которую хотя и приучили в свое время выдерживать бросок лассо, но уже давно не подвергали такому испытанию. Токей Ито упал, словно сбитый с ног.
Враг погнал лошадь галопом, с громким торжествующим воплем влача за собой на лассо мнимую жертву и надеясь прикончить ее, протащив по острым камням. При этом он опять повернулся спиной к индейцу, которого, как ему казалось, намертво охватил петлей. Тут дакота вскочил. Он стал на ноги, сорвал с себя петлю и большими прыжками понесся вслед за всадником, перетягивая на себя лассо. Противники стремительно вырвались из тени, окутывавшей холм, на свет, на залитую луной равнину. Красный Лис еще ничего не заподозрил, ведь лассо оставалось туго натянутым. Он бил свою кобылу, заставляя бежать все быстрее и быстрее. Однако спутники Красного Лиса заметили, что происходит. Они громко закричали. Вопя и взволнованно размахивая руками, пытались они предупредить Фреда Кларка, а некоторые принялись стрелять в дакота. Но его уже скрывала лошадь его врага, и пули не достигали цели.
В первое мгновение Красный Лис принял шум, поднимаемый его друзьями, за радостные победные клики, но потом недоверчиво обернулся.
Позади, в одном лошадином корпусе, он увидел индейца.
Он тотчас же умолк, а хлыст выпал у него из рук. Он выхватил револьвер, повернулся в седле и на вытянутой руке прицелился в дакота. Когда он нажал на курок, Токей Ито уже взвился в воздух, пуля едва задела его, почти не причинив вреда и не остановив. Словно волк, набрасывающийся на добычу, вождь одним прыжком вскочил на лошадь позади своего врага. Правой рукой он схватил противника за запястье, тот разжал пальцы и выпустил револьвер; левой рукой вождь занес кинжал.
Красный Лис хотел было свалиться с лошади и так сбросить со спины противника. Однако мгновенная заминка, когда он попытался вытащить ноги из стремян, лишила его надежды.
Клинок вонзился ему в спину. Его огромное тело покачнулось, голова в широкополой шляпе бессильно откинулась назад.
У Токей Ито не осталось времени насладиться победой, ибо со всех сторон его окружали враги. Чтобы обмануть охотников за скальпами, он обхватил мертвого врага руками, словно до сих пор борется с ним. На вставшей на дыбы кобыле мимо мертвого врага, не упавшего с седла, индеец протиснулся вперед, к лошадиной шее; он спустил обе ноги с одной стороны и свесился поперек лошадиной спины, притворяясь убитым или тяжело раненным. Левой рукой он схватился за свисающие поводья, чтобы подчинить себе охваченную страхом лошадь. Правой вцепился в обмякшего врага, ноги которого еще не выскользнули из стремян, и стал удерживать его в седле. С некоторого расстояния в лунном свете могло показаться, что это не Токей Ито победил Красного Лиса, а, наоборот, Красный Лис, пускай и раненый, сразил Токей Ито. Когда прерия и холм огласились радостными криками, дакота понял, что его обманный маневр удался.
Всадники, стоявшие в заградительной цепи на западе, стали покидать свой пост и, словно исходящие из одной точки лучи, стремительно понеслись к мнимому победителю Красному Лису. Однако теперь в распоряжении Токей Ито, оседлавшего рыжую кобылу, снова была лошадь, которая значительно превосходила всех остальных. Он также пронаблюдал за тем, как всадники замедлили бег, сдерживая коней, и явно принялись дожидаться, когда же их шатающийся в седле, полуобмякший предводитель даст им какой-то знак. Тем временем рыжая кобыла с двойным бременем на спине снова взбежала вверх по склону. На гребне холма дакота заметил, как к нему бросаются двое солдат, потрясающих оружием и издающих ликующие вопли; это оказались двое дозорных, которых Красный Лис поставил на южной вершине, бородатый белый и индеец.
Не было сомнения, что они вот-вот неизбежно разгадают хитрость вождя. Первым навстречу ему кинулся индеец, привыкший быстро и неутомимо бегать. Внезапно он содрогнулся. В это мгновение Токей Ито узнал в нем Шонку.
Вождь по-прежнему находился в тени, на склоне. Он отпустил Красного Лиса и поводья, соскользнул с лошади, сорвал с плеча колчан и вытащил две стрелы. Мелодично прожужжала тетива, стрелы пролетели в полутьме лунной ночи. Оба врага вдруг замерли, взметнули руки в воздух и распростерлись на траве. Токей Ито бросился к ним и в мгновение ока завладел ружьями поверженных врагов и их патронташами. Потом он, не теряя времени, снова схватил под уздцы рыжую кобылу, которая уже испуганно поводила глазами, готовая обратиться в бегство. Он снова навьючил на нее тело Красного Лиса и провел ее к тому месту в нескольких шагах, где валялись на земле его боевой топор и ружье Красного Лиса с разбитым прикладом. Это оружие он тоже взял себе. Теперь он решил вернуться на ту вершину, где стоял в начале поединка. Внизу носились галопом вражеские всадники, но, когда они открыли огонь по победителю, которого наконец узнали, Токей Ито оставалось уже немного до спасительной впадины. Он свесился под брюхо кобылы. Пока пули свистели над холмом, его кобыла, невредимая, стремительно взлетела на вершину над бухтой.
Все это произошло удивительно быстро, и в этой поразительной стремительности и заключался секрет успеха. Токей Ито соскользнул с лошади и бросился в глинистую впадину. Он отчасти уговорил, а отчасти силой заставил кобылу тоже лечь. Он отвязал лассо, которое Красный Лис прикрепил к ее спине, и положил тело Красного Лиса на северном краю впадины. Потом дакота принялся вглядываться в толпу врагов, оставшихся внизу; лук и стрелы он держал наготове. Впрочем, печальный пример двоих погибших пока удерживал остальных от нападения. Стоило кому-нибудь из них дерзко вырваться вперед, чтобы верхом на быстроногом мустанге выстрелить в сторону холма, как он тут же разворачивал коня и спасался бегством, удаляясь на безопасное расстояние.
Вождь залег в глинистой впадине и снова стал наблюдать за окрестностями. Укрытие у него было надежное, а обзор оттуда даже в лунном свете открывался отменный. Для меткого стрелка он занял непревзойденную, благоприятную позицию. Главная ошибка врагов состояла в том, что они сами не сделали этого, пока Токей Ито сражался с Красным Лисом. Но все они были совершенно уверены в победе своего предводителя. Теперь им предстояло рискнуть – попробовать подобраться к индейцу на открытой местности. До тех пор пока они не решатся спешиться и все вместе подкрасться к нему, окружив его, ему почти ничто не грозило. В колчане его помещалась сотня стрел, да еще теперь он, добыв в бою, завладел ружьями и достаточным количеством патронов. У него была лошадь, которую при необходимости он мог забить, чтобы питаться ее мясом и пить ее кровь. К тому же он предусмотрительно заготовил два бурдюка с водой и провизию. В ближайшие ночные часы обещала светить луна. Токей Ито предположил, что охотники не скоро решатся совершить против него вылазку. Стрельбу они прекратили полностью. Индеец наблюдал, как они собираются в группы. Их предводители, Красный Лис и Шонка, уже погибли. Вероятно, они обсуждали, что предпринять в новых обстоятельствах.
Токей Ито особенно внимательно следил за склоном, который вел к бухте. Только с этой стороны враг мог рассчитывать на какое-то укрытие. На дне бухты скопились принесенные паводковой водой древесные стволы, а еще здесь росли ивы и другие кусты, за которыми можно было спрятаться. Обводя глазами опасный склон, Токей Ито заметил какое-то движение. Из ивовых зарослей выбрался охотник и пополз вперед по траве. Он поплатился за свою дерзость. Стрела индейца застала его врасплох, вонзившись ему в затылок. Не издав ни единого звука, он растянулся на земле.