в ответ.
— Да у меня уже полные тапки этого адреналина! — психанула я. — Так ладно, не будем о грустном. Я отвлеку, а ты беги.
На меня возмущенно уставились серые глаза.
— Куда?
— Да к полигону же, глупая.
— А ты?
А я развернулась так, чтобы было видно одну из групп триад. Два парня и девушка медленным, очень неторопливым шагом, а самое главное перешептываясь, шли по дорожке в нашем направлении. И единственной их ошибкой было то, что они хоть и тихо, но разговаривали. Нужно отвлечь их внимание, желательно в противоположную сторону.
— Ух, Малиса. Мне похоже придется побегать от них. Причем сразу от трех групп.
У соседки рот от изумления открылся.
— Да ты сумасшедшая! Стражи — это адепты с седьмого по десятый курс. Представь себе семь-десять лет подготовки, что им какая-то иномирянка первокурсница?! На один клык!
Я выставила автомат перед её лицом, прекращая поток дальнейших реплик.
— Когда они отсюда уйдут, беги. В какую сторону решай сама, либо обратно в комнату, либо на полигон. Всё! Я пошла.
Ну как пошла, поползла с автоматом на спине. Не впервой уже. Хвала господу за столь щедрый подарок, как практика в военном лагере!!!
Ползу. Тихонько шуршит пожухлая трава под моим телом, легонько бряцает застежка ремня от автомата, а я думаю. В какой момент мне нужно вскочить, чтобы моего лица не увидели? О волосах я позаботилась, надев капюшон формы, но, если увидят лицо, потом отлавливать будут, это не айс. Айс — это когда никто не поймет, что вообще произошло.
Щелк.
Черт! Чертова ветка! Черт!
— Вы слышали?
А-а-а-а-а-а!! — беззвучно завопила я.
— Ави, стой на стреме, я проверю.
И один из белобрысых двинулся ко мне. Всё. Баста.
Я резко вскинулась и рванула в сторону остальных групп, нужно было, чтобы меня все увидели и рванули следом.
— Стой! — заорали мне вслед.
— Партизаны не сдаются! — верещу я во всё горло.
Забег оказался интересным, любимая полоса препятствий отдыхает. Перепрыгивая через камни, бревна и ямы, я неслась на встречу своей «ловушке». За очередными зарослями деревьев, меня по идее должен был ждать сюрприз, но я-то о нем знала. Мне на встречу вылетела триада во всеоружии и с дикими воплями бросилась на меня. Мне даже пришлось перед разворотом пригнуться, чтобы не схлопотать каким-то увесистым предметом в голову.
— Нарушитель!!! — верещал кто-то за спиной.
Бегу. На лицо отрыв, вот что значит пренебрегать тренировками, господа стражи. Я хоть и первогодка, но всю сознательную жизнь бегаю и дерусь.
Над академией почему-то взревела серена. Ну, знаете такая, какая звучит при воздушной атаке в городах. И вот тут я поняла, как попала. Очень-очень попала. Щас меня всей академией отлавливать будут, гады чертовы!
Впереди на меня мчится уже третья группа, взяли в кольцо, это правильно, этого и ждали. Торможу и жду, когда остальные догонят. Вот они бегут, как зайчики прыгают. Еще пару шагов, поднимаю автомат и…
— Я бы не советовал — прозвучало над ухом, а затем меня обняли за плечи и мир размазался.
Меня выбросило через портал на пыльную площадку. Когда я наконец открыла глаза, первое что я увидела — мой собственный космос в синих глазах.
Космос почему-то весело искрился, а его обладатель был хмур. Вот так и лежали мы на земле, залитой магическим освещением, пока синеглазый не задал вопрос.
— Ты всегда такая безголовая или только по средам?
Оторвалась от созерцания, осознала вопрос, прониклась. Вспомнила, что он такой же кАзел, как и все мужики в общем и целом и… обиделась.
— Да иди ты!
И вот надо оно мне было ему грубить? Синие глаза злобно сверкнули, мир покачнулся, и я оказалась опрокинутой на лопатки. Это вызвало во мне просто непередаваемые ощущения. Страх, гнев и возмущение, а еще удивление. Позволить противнику опрокинуть себя на лопатки — это признать собственную слабость…
— Не надо так со мной разговаривать. — нависая надо мной ироничным тоном предупредил он.
Находится в таком положении было унизительно, но в тоже время меня затопило необоснованное чувство предвкушения.
Предвкушения чего?
Я втянула ноздрями воздух и по горлу снова, словно потоками лавы расползлась обжигающая жажда.
— Слезь! — прошипела я.
И снова оскал во все свои белоснежные тридцать два, и меня вновь это пугает, сердце затрепыхалось в груди пойманной птицей, я делаю попытку высвободится, когда синеглазый не реагирует на мою просьбу. Выбраться из-под него не получилось, не смотря на мои отчаянные попытки. И положение наших тел было весьма двусмысленным, мы лежали словно любовники, и стыдно признать, мне не было неприятно, мне было обидно, что я бессильна.
— Да слезь же ты с меня, идиот!
— Даже не отблагодаришь за спасение? — идеальные губы скривила ухмылка.
— Отблагодарю! Сразу после того как расскажешь, как притащил меня сюда и свалишь наконец.
Щас мой автомат тебя отблагодарит! Да откуда ты вообще взялся на мою голову?! — думала я, подтаскивая тихонько свое оружие за ремешок.
И мне выдохнули прямо в губы.
— Это просто телепортация. Как благодарить будешь?
И взгляд заинтересованный, глаза в глаза, словно в душу смотрит. Вот только меня такими взглядами не проймешь, как ни старайся, не разжалобишь и не разоблачишь. Не спорю, космос красивый, но я еще не выжила из ума.
— По чем нынче спасение безголовой девицы?
Синеглазый прищурился и только.
— Дай подумать… Один укус в шею?
Я от такой наглости чуть не поперхнулась собственной слюной и уже почти подавила подступающий кашель, но вовремя смекнула, что это хороший способ отвлечь жертву от происходящего. Закашлялась, перехватывая автомат поудобнее.
— Ладно, лучше сразу сдамся… Кусай.
Свободной рукой отогнула ворот спортивной кофты и премило улыбнулась, отворачивая лицо, чтобы предоставить доступ к шее. Синеглазый почему-то не торопился, вернее сначала тупо замер, но уже через несколько секунд медленно склонялся за наградой.
— А ты уверена? — горячее дыхание опалила кожу.
— Да уверена-уверена. — перебирая пальцами по прикладу АК убеждала я. — Ты ведь все равно укусишь? Даже если откажу?
— Укушу. — и кивнул, подтверждая мои догадки.
— Тогда я лучше расслаблюсь и постараюсь получить удовольствие, все равно проиграла.
Синеглазый склонился ниже, теплыми губами коснулся кожи на шее, отчего я даже замерла на мгновение. В груди сладко заныло, так захотелось, чтобы он это сделал… Но вовремя опомнившись, долбанула его прикладом по голове помня о том, что он не человек, следовательно, и силы больше приложила. И вот безвольное тело лежит на мне, уткнувшись носом в мою шею и сладко посапывает. Попыталась из-под него выбраться. Не вышло. Толкнула в сторону обеими руками. Никак. Попыталась стащить его с себя. Не смогла. Обняла за плечи и перекатилась вместе с ним. Оказалась на нем.
Один взгляд на его расслабленное лицо, и я не смогла оторваться. Эти длинные пушистые ресницы, хотелось потрогать пальцами, чтобы узнать насколько они мягкие. Провести пальцем по прямому носу, нарисовав дорожку до контура губ и… Я понимаю, что неосознанно начала тянуться к его губам за поцелуем. Нестерпимо хочется понять какие они, эти губы. Мягкие или твердые. Горячие или холодные. Гладкие или шершавые.
— Я один разочек… — почему-то шепчу я парню в отключке. — Ты все равно не узнаешь. Ведь, не узнаешь же? — Но ответа так и не последовало.
И я легонько прильнула к безвольным губам. Таким теплым, упругим и гладким, а самое главное таким вкусным!
ЧЕРТ! Я его укусила!
Но, Боже, какая у него кровь потрясающая! Совсем не хочется отрываться и я не отрывалась. Слизывала и высасывала её с таких приятных губ. Слегка солоноватая, она напоминает вкус брызг океана на песчаном пляже, где бриз смешивается с ароматом нагретого жарким солнцем песка в момент, когда всё побережье овевает запахов хвойных лесов, раскинувшихся на прибрежье океана.
— Ты прекрасен, парень с космосом в глазах… — шепчу, оторвавшись от самого притягательного мужчины на свете.
— Лиса? — голос Малисы прозвучал неожиданно близко, и я дёрнулась.
— Ты что делаешь… — её взгляд скользнул по лицу оседланного мной парня, а глаза резко округлились. — …с ним?
У-у-у-у-у-у… Как стыдно-то!
— Ничего! — Я вскочила и рывком преодолела расстояние между нами.
— Он без сознания?!
— Н-у-у… Он был слишком настойчив и мне пришлось…
— Да ты хоть понимаешь кто это?! — взвизгнула Малиса.
Я такой реакции не ожидала. Вот вообще никак. И судя по виду Малисы это царь всея Руси, не меньше.
— Да брось, я же его не убила…
На всякий случай посмотрела на парня, а то мало ли. Нет, он все так же мирно сопел на пыльной площадке посреди… Оп-па.
— А мы на четвертом полигоне, да? — иначе бы как Малиса нас нашла?
Малиса кивнула, а я решила осмотреться, но…
В общем у меня шок случился и приступ жгучего стыда. А все дело в том, что у всего, что я вытворяла, были свидетели… И свидетели эти, почему-то тоже были в шоке, они потрясенно молчали и смотрели на меня, словно я бога съела, а не парня поцеловала. В общем, стыдно было, да.
А полигоном оказался стадион. Аналог земных таких, с трибунами и бортами. Под сводами потолка летали магические световые шарики, отчего казалось, что в помещении есть солнце. Вместо травы на поле, под ногами хрустела галька. Собственно, на гальке синеглазый и лежит.
— У-у-у-у… как стыдно.
— Стыдно?! Да тебе страшно должно быть, дура беспечная! Ты хоть понимаешь, что вырубила и поцеловала принца?!
У-у-у-у-у
— В смысле сына короля и королевы?
Малиса покачала головой, словно устала учить ребенка.
— В смысле, самого уважаемого и почитаемого, а также презираемого за обоснованную жестокость, за власть, которой нет у других, адепта магической академии триад… И поверь, Лиса, когда он очнется, ты станешь единственной целью этого человека по кличке «Черный Принц»