Со мной же все иначе. Со школы не знала кем хочу стать. Все когда-либо услышанные специальности подвергались тщательному анализу, чтобы быть отброшенными на задворки сознания. Не знаю, кем хочу быть. Да и то, что мне нравится делать в обычной жизни, я категорически отказываюсь рассматривать в качестве работы. Профессионально петь? Фу, да ни за что! Петь мне нравится, но, чтобы еще и учиться этому? Да вы издеваетесь. Стать инструктором по стрельбе? Возможность такая есть конечно, но… Нет, ни за что! Но чую! Сердцем чую, есть на свете специальность, которая ждет меня с распростёртыми объятиями! Вот только где она?
А пока только грустные песни в качестве работы.
Марина закончила с макияжем, сунула мне платье и торопливо вытолкала меня за ширму.
Синее коктейльное платье, босоножки на высоких каблуках, вечерний макияж и уложенные в пышную косу волосы. Красиво, но слишком уж пошло. Я крутилась перед зеркалом и придирчиво разглядывала свой образ. Цвет платья оттенял мои зеленые глаза. От этого они казались небом, на котором только что скрылось солнце. Зелень совершенно не виднелось в их глубине, только синева платья.
— Всё, иди! Опоздаешь ведь. — рявкнула на меня Марина.
И да, я все-таки поспешила. Выскочила на сцену к музыкантам, передала лист с нотами и направилась к микрофону.
В зале, как обычно, приглушили свет с моим появлением. За круглыми столиками народу было больше, чем обычно, но это нисколько не смущало. Смутил меня пристальный взгляд, такой от которого мурашки по телу, сердце замирает и в груди все стягивает неизвестное чувство. Я осмотрела зал в поисках того, кто меня так «лапает», но не нашла.
— Добрый вечер, дамы и господа. — да, стандартное приветствие, но положение обязывает. — Мы бесконечно рады, что вы посетили нас сегодня. И очень надеемся, что от этого вечера у вас останутся лишь самые приятные воспоминания.
Заиграла музыка, образующаяся из тех нот, что я передала музыкантам. Сегодня я в корень обнаглела и решила спеть под песню из аниме «корона вины».
Вдох.
Ты цвети, аленький цветок.
Прогоню все печали на восток.
Я предам тебе сил,
Я останусь без тепла.
Только ты живи сама.
Ты цвети, цвет моей души.
Что видишь ты? Посмотри в глаза мои.
Ответь почему боль не в силах удержать,
Что так сердце рвет опять.
Как чиста при мне твоя душа,
Буду помнить до конца.
Как же мне тебя забыть?
Лишь к тебе манит меня всегда,
Мне не побороть себя.
Мне без тебя не жить…
Я оборвала песню. Просто замолчала, потому что внизу, под сценой стоял ОН. Синеглазый актер. Стоял, смотрел на меня и хищно улыбался, демонстрируя белоснежные клыки. Почему-то сейчас у меня не вызывало сомнений то, что они настоящие. Более того, у меня появилось давно забытое чувство опасности. Когда дело пахнет жареным, первое что приходит на ум, бежать. Бежать и забыть про высокие каблуки и крайне неприспособленный для бега коридор.
Собственно, я так и поступила. Влетела в гримёрку и захлопнула дверь. Последнюю я прижала весом собственного тела и пыталась отдышаться.
— Что это было? — попыталась я осознать произошедшее. — Неужто галлюцинации?
А такое вообще возможно? Я не возьмусь утверждать, но до сего дня у меня таких проблем с психикой не возникало. А глюки… Глюки — это вообще первый показатель расшатанной психики. Мамочки!
— Это точно из-за Сэма. Ненавижу гада!
Тук-тук-тук — стучат в дверь. Чуть не взвизгнула. Нет, надо с этим завязывать. Вот прямо сейчас дядю на полигон потащу.
Тук-тук-тук.
— Вась, что случилось? Ты чего убежала? — раздался из-за двери голос дяди.
А… а что сказать-то? Я распахнула дверь и удостоилась очень пристального взгляда.
Один. Два. Три. Оценка внешнего состояния завершена.
— Ты встревожена. — констатировал шатен, сверкнув зелеными глазами. — Что случилось?
Вообще дядюшка у меня всегда такой. Если видит, что не так что-то, сразу в лоб спрашивает. За это и люблю его. Очень он участливый у меня.
— Жень, можно прямо сейчас на стрельбище? Так нервы себе вытрепала, что сил нет. Хочу «выговорится»
Дядя мой даже не раздумывал.
— Переодевайся.
И всё. Меня от двери, как ветром сдуло. Здесь в гримерке всегда есть готовый для стрельбища комплект одежды. Камуфляжная женская форма моего размера (шили на заказ), топ цвета хаки и сапоги кожаные (что-то вроде армейских берец). Я торопливо переоделась и вылетела в коридор, чтобы быть подхваченной под локоть и выведенной из помещения на улицу, где стоит авто. Стоило нам немного отъехать от места работы, как стало легче. Тревога отпустила.
— Так что произошло?
Я рассматривала огни ночного города, когда прозвучал этот вопрос и даже вздрогнула от неожиданности. Этот момент Женя засек, но промолчал. Точно знаю, если сейчас же не признаюсь, он мне на обратном пути допрос с пристрастием устроит.
— Галлюцинация произошла. Второй раз за день.
Женя аж слюной поперхнулся.
— Чего? А ну рассказывай с начала!
Ну в общем, не стала я ему ничего рассказывать. Заткнулась в тряпочку и уткнулась в окно, а когда мы приехали в диковатый лес, я выскочила из машины. Влажный ветер норовил забраться под ветровку так, будто сам замерз, но чувствовала я себя уже гораздо лучше, чем тогда, когда садилась в машину.
Через двадцать минут я уже стояла на площадке целясь из автомата Калашникова в мишень. Под ногами весело хрустел щебень, обещая веселье. Небольшой участок был щедро освещен фонарями и лес вокруг шелестел ветками деревьев. Умиротворение накатило почти сразу, практически с первым щелчком загоняемого патрона в патронник.
Но выстрелить мне не удалось, так как в следующую секунду со стороны леса раздался душераздирающий визг. Это не был визг человека или животного, слишком громкий, настолько громкий, что я заткнула уши и припала на колени.
Дядя у меня не растерялся. Схватил второй автомат и бросился в ту сторону сразу, как только звук прекратился. А я, руководствуясь ужасом и любопытством, рванула следом за ним.
— Оставайся здесь. Я сейчас. — крикнул он мне.
Но я уже настроилась во чтобы то не стало, узнать, что это было.
— Ага, щаз — ответила я, не сбавляя темпа.
Как только мы вошли в лес, визг повторился. И опять же, я морщась заткнула уши. Женя выругался, дождался, когда это терзание перепонок прекратится и снова пошел вперед. Всё это время инструктора я не замечала, он шел слева от нас. Очень тихо. Поэтому и не слышала его. Под моими ногами хрустнула ветка, Женя на меня очень красноречиво глянул, мол, такая маленькая, а шумишь как слон в мышатнике. А затем случилось оно…
Оно, нечто черное, похожее на туман вылетело прямо из-за дерева и рвануло в мою сторону. Я даже зажмуриться не успела, как оказалась окутана этим «нечто». В следующую секунду пространство разрезала ярко-белая полоса и меня втянуло во внутрь.
Последнее что я слышала.
— Вася не бойся…
Поздно. Если бы могла, грохнулась бы в обморок, чего в моей жизни никогда не было.
Глава 2
Очнулась я от ощущения тягучей тошноты. Так плохо мне еще после не одной попойки не было. Как же хреново. Нос уловил ароматы лесной местности, сосны, трава и… Что-то незнакомое. Еще и голова трещит, будто туда стекла напихали и потрясли. У-у-у-у.
Открываю глаза и… На меня пристально смотрят серые глаза, на довольно симпатичном личике, обрамлённом рыжими кудряшками. Девушка, бес меня пожри! А на улице белый день и…
Поднимаюсь на ноги, с губ срывается стон. Да, крайне неприятно, когда вот так воротит и голова кружится. Рыжая торопливо отскочила в сторону.
— Какого дьявола тут происходит? — рычу на девицу.
*бу-бу-бу-бу-бу-бу* — услышала в ответ.
Я положила руки на автомат. Нет, ну мало ли психов на свете. А может я сама уже черканулась? Очередной глюк? Нет, ну точно.
— Ты галлюцинация? — спросила я девицу. — А, впрочем, не отвечай, мне ни слова не понять.
Девчонка усмехнулась, посмотрела по сторонам, словно кто-то еще рядом есть и выдала очередное «бу-бу-бу»
Какие разговорчивые, однако, здесь галлюны. Стоп, а здесь это где? Я тоже посмотрела по сторонам, но ничего необычного для себя не выявила. Да и не способна я сейчас, вообще, трезво оценивать и ситуацию, и обстоятельства. Обыкновенный лес, обыкновенная поляна. Здесь только девушка необыкновенная. Платье на ней странное, насыщенного зеленого цвета с длинной юбкой, лиф стянут шнуровкой от пояса до шеи.
Я еще раз очень пристально посмотрела на девушку. Рыжие кудряшки на голове, перехвачены зеленой лентой сзади, оставляя большую часть волос струиться по плечам. Чуть островатое лицо с высокими скулами, неимоверно симпатичное, кстати. Серые глаза в обрамлении густых ресниц и соболиные брови.
— Где я, черт меня возьми? — выдала я после оценки.
Бровь рыженькой стремительно взлетела вверх, а затем я услышала четкое слово.
— Этраполис.
Хм… И что это такое? О чем мне это должно сказать? Нет, я такого не з… хотя, погодите-ка. Где-то на задворках сознания шевельнулось узнавание. Этраполис? Это… Хм… Нет, не помню.
— Ты меня понимаешь? — вновь обратилась я к девчонке.
Кивок.
— А почему я тебя нет?
Развела руками.
— Я сплю?
Нет, ну а вдруг? Я, насколько помню, провалилась в какую-то дыру ночью. Хотя, кажется, это было не далее, как полчаса назад.
Рыжая покачала головой, разрушая мои догадки.
— Как тебя зовут?
— Малиса.
А затем ткнула в меня пальцем и вопросительно вздернула бровь.
— Вася — не стала я колебаться.
— Уасьйа — повторила девушка. — Уасьйа
Фу. Боже, какой ужас. Если я еще раз это услышу, убью не раздумывая.
— Лиса — поспешно исправилась я.
Девушка терпеливо повторила за мной, на этот раз не исковеркав имя.