[людей] маловерных![74] [modicae fidei— умеренной веры].
И на самом деле, какая шелковая ткань, какой царский пурпур и какие рисунки ткачей могут сравниться с цветами растений? Что так краснеет, как роза? Что имеет белый цвет лилии? А что пурпур фиалки не может превзойти никакая краска пурпура, об этом судить можно скорее глазами, чем языком.
Стихи 31–34 [начало].Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или: что пить? или: во что одеться? Потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам. Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем.
Таким образом, воспрещающий заботы о будущем позволил нам иметь заботы о настоящем. Поэтому и апостол говорит: Ночью и днем работая, чтобы не отяготить кого из вас (1 Фес. 2:9). Под словом завтра в Священном Писании разумеется будущее время, как говорит [патриарх] Иаков: И услышит меня завтра праведность моя (ср. Быт. 30:33)[75], и при вызове тени Самуила волшебница говорит Саулу: Завтра ты будешь со мною (ср. 1 Цар. 28:19)[76].
Стих 34 [окончание]. Достаточно для [каждого] дня его собственной злобы[77].
Здесь он говорит не о злобе в противоположность добродетели, но о трудностях, огорчениях и притеснениях века сего. Таким образом, и Сара огорчала Агарь, служанку свою (Быт. 16:6), что многозначительно на греческом языке выражается словами ёкакопе сшттр, то есть озлобила ее. Итак, нам достаточно помышлений о настоящем времени: оставим заботу о будущем, которая ненадежна.
Глава 7
Стихи 1–2.Не судите, да не судимы будете. Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить.
Если Он запрещает судить, то на каком основании (qua consequentia) апостол Павел осуждает блудодея в Коринфе и апостол Петр изобличает во лжи Ананию и Сапфиру? Но из дальнейших [запрещений] Он показал, что именно Он запретил, говоря: «Ибо как вы будете судить, так будут судить и о вас». Итак, судить Он не запретил, но научил.
Стихи 3–5.Что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или как скажешь брату твоему: «дай, я выну сучок из глаза твоего», а вот, в твоем глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего.
Здесь говорится о тех людях, которые, хотя сами являются повинными в смертном грехе, но братьям не спускают меньших грехов, [как бы] отцеживая комара и поглощая верблюда (Мф. 23:24). Итак, по справедливости и они за свою притворную праведность — как и выше мы сказали — называются лицемерами, которые сквозь бревно глаза своего усматривают сучок в глазе брата своего.
Стих 6.Не давайте святыни псам.
Святыня — это хлеб сынов. Итак, мы не должны бросать хлеб детей и отдавать его псам.
И не бросайте бисера своего пред свиньями, чтобы они как-нибудь не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас[78].
Свинья не замечает драгоценного украшения, которое валяется в тинистой грязи, и, согласно изречению Притчей Соломона: Если она будет иметь золотое кольцо, то оно покажется еще более мерзким (ср. Притч. 11:22)[79]. Некоторые под собаками считают возможным понимать тех, которые, уверовав во Христа, возвращаются к грязи своих грехов, а под свиньями — тех, которые еще не уверовали в Евангелие и еще вращаются в нечистоте неверия и пороках. Поэтому неприлично людям подобного рода быстро вверять бисер[80]евангельский, чтобы они не попрали его и, возвратившись, не начали разрушать.
Стихи 7—10.Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; толкайте, и открыто будет вам. Ибо всякий, кто просит, получает, и кто ищет, находит, и стучащему отворят. Или какой человек есть между вами, который, когда сын его попросит у него хлеба, протянет ему камень? Или если попросит рыбы, разве он подаст ему змею?[81]
Тот, Который выше запретил требовать плотского, [теперь] показывает, чего мы должны искать. Если просящему дается и если ищущий находит, а стучащему открывают, то, следовательно, тот, которому не дается, который не находит, которому не открывают, является просившим, искавшим и стучавшим не так, как должно. Итак, будет стучать в дверь Христову, о которой сказано: Вот врата Господа; праведные войдут в них (Пс. 117:20), чтобы, когда мы войдем ими, нам открылись скрытые втайне сокровища в Христе Иисусе, в Котором всякое познание (Кол. 2:3).
Стихи 11–12.Итак если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него. Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки.
Нужно заметить, что Он назвал апостолов злыми, если только в лице апостолов не осуждается весь род человеческий, сердце которого с детства по сравнению с Божественным милосердием расположено ко злу. Читай книгу Бытия (Быт. 8:21). И не удивительно, если людей этого века Он называет злыми, когда и апостол Павел напоминает [, о том же говоря,] оценивая [по достоинству] время, потому что дни лукавы [mali sunt] (Еф. 5:16).
Стихи 13–14.Входите тесными вратами; потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их.
Широкий путь — это удовольствия мира, которых ищут люди; а тесный — это тот, который открывается трудами и постом и на который вступил апостол (2 Кор. 6:4—10) и убеждает вступить Тимофея (1 Тим. 5). Вместе с тем обрати внимание на то, как отчетливо сказал Он о том и другом пути. Широким путем многие ходят, а узкий немногие только находят. Широкого пути мы не ищем, да и не нужно искать его: он свободно открыт нам и есть путь заблуждающихся; а узкий путь и находят не все, и те, которые найдут его, вступают на него не непосредственно. Если же многие, найдя путь истины, уловляются удовольствиями века сего, то снова возвращаются с середины пути.
Стихи 15–17.Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград или с репейника смоквы? Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые.
Это место может быть понимаемо и относительно всех тех, которые одно обещают по внешнему виду и на словах, а на деле обнаруживают другое. Но особенно это должно понимать в отношении еретиков, которые по воздержанию, целомудрию и постничеству кажутся одетыми как бы в некую одежду благочестия, а внутри имеют душу, как бы зараженную ядом, и обманывают сердца более простых братий. Итак, по плодам души [своей], которыми они развращают невинность, они приравниваются к хищным волкам.
Стихи 18–20.Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые. Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь. Итак по плодам узнаете их.
Спросим у еретиков, которые утверждают, что есть две противоположные природы: если, согласно с их пониманием, хорошее дерево никогда не может приносить плодов дурных, то каким образом Моисей — доброе дерево — согрешил у воды противоречия (см. Втор. 32:51)[82] и Давид, убив Урию, впал в прелюбодеяние с [женою его] Вирсавией (Bethsabee) (2 Пар. 11:15–27)? Также и Петр отрекся во время страданий Господа, говоря: Не знаю Человека (Мф. 26:72). Или каким образом (qua consequentia) Иофор (Jethro), тесть Моисея, — дерево злое, — который, конечно, не веровал в Бога Израилева, дал Моисею добрый совет (Исх. 18:15–23) или Ахиор сказал Олоферну нечто полезное (Иудифь. 5:5—21) и Комик сказал (и слова его, как нечто хорошо сказанное, подтвердил апостол Павел): нравы добрые были испорчены нечестивыми измышлениями в разговорах (1 Кор. 15:33)[83]. А когда еретики не найдут ответа, то мы напомним им, что и Иуда — некогда доброе древо — принес плоды злые после того, как продал [предал] Спасителя, и Савл — древо злое в то время, когда преследовал Церковь Христову, — принес после того плоды добрые, когда из гонителя обратился в сосуд избранный. Итак, дерево доброе до тех пор не творит плодов злых, пока непрестанно пребывает в упражнении в добродетелях; а злое дерево до тех пор остается в плодах греховных, пока не обратится к покаянию. В самом деле, никто ведь, пребывающий в том состоянии, в котором был, не делается (incipit esse) тем, чем не начинал еще быть.
Стих 21.Не всякий говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного.
Как выше Он сказал, что имеющие внешний покров доброй жизни не должны быть принимаемы по непригодности их учения, так и теперь, наоборот, утверждает, что и тем, которые хотя и сильны чистотой веры, но живут бесчестно и чистоту учения нарушают злыми делами, вера их не приносит пользы; ибо рабам Божиим необходимо и то и другое: чтобы дело подтверждалось словом, а слово выражалось в делах. Этой мысли может показаться противоречащим [известное слово апостола]: Никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым