— Так какие ты ещё анекдоты знаешь? — спрашивает она, держа меня в танце на пионерском расстоянии.
— Понравилась ты мне, решил раз ты не комсомолка, то надо быть с тобой на одной волне, — признаюсь я. — Я же уверен был, что ты по своим убеждениям не комсомолка.
— То есть ради того, чтобы затащить в постель девушку ты на всё готов? — злится Жанна. — А может я по возрасту уже выбыла из ВЛКСМ?
— Не на всё. И по возрасту выйти не могла, вы все одноклассники, значит, вам всем примерно по двадцать три. И я же не просто затащить хотел, а перевоспитать! Потом, — начинаю запутывать Жанну.
Ой, зря она со мной в разговор влезла, сейчас сама виноватой окажется.
— Ты ещё сказала так определённо и четко, мол, не хочу в ВЛКСМ. Не выбыла по возрасту и не вступила в партию, а «не хочу»! Вот я и решил спасти твой идеологический облик! — напираю я.
— Как? Затащив в койку? — уже смеется девушка.
— Может план не идеален, кто же знал, что тебя мужчины не интересуют, а важна только работа, — с подвохом говорю я.
— Ну, ты и шустрый! — внезапно поглядела на меня по-новому Жанна. — Интересуют. Нет достойных. Двух слов никто связать не может, а ты вот говорливый.
— То есть шанс есть? — прижимаю к себе Жанну, кладя руки ей на ягодицы.
— Уф-ф-ф. Увидят! — отдирает мои руки коммунистка.
А дыхалка у неё сбилась, и румянец во всё лицо!
— Тут все так танцуют, — показываю глазами на окружающие пары я. — За исключением тех, кто кроме работы ничем не интересуется.
Через десять минут мы уже у неё в квартире, где из живых существ кошка и бабка, которая мирно спит у себя в комнате.
Да, Жанна живет в том же доме, где находится кафе «Лама».
— Ты не думай, я не такая! — через несколько часов тесного общения сказала мне пылкая девушка. — Просто из местных не хочу ни с кем сближаться, а ты уедешь скоро. Идеальный вариант! И любовник хороший, внимательный. Даже не верится, что тебе всего восемнадцать, опыт чувствуется.
— Ты-то откуда знаешь? Если синим чулком тут живешь? — не удержался и спросил я.
— Ха, два раза замужем была и четыре раза на курорт в Крым ездила, — засмеялась, в общем-то нормальная, девчонка.
В доме есть телефон, и пока бабуля спит, я вызываю такси.
Заходя в свой номер, вижу, что Бейбут не один, в комнате обнаруживается молодая сотрудница гостиницы. Бейбут сидит на кровати и лопает омлет на подносе. Там же стоит кружка кофе. А где, кстати, Сашка? Постель не расправлена, как, впрочем, и у меня, а значит это вопрос риторический.
— Здрасьте! Это я защитнику Марины Львовны принесла завтрак! Все девочки только и говорят о том, как благородно он заступился за неё! — улыбается во весь рот деваха. — Я вот мужа теперь только из Казахстана искать буду.
Бейбут на эти слова внимания не обращает, а ест, хотя намек толще некуда! И ведь, проглот, знает, что нас утром в спорткомплексе покормят, а все равно хавает.
— Да я не против. Нашла, значит, слава своего героя, — киваю на поднос я.
— Вы не подумайте, Марина Львовна не пьёт, просто у неё шесть лет назад мужа убили на войне, вот она позволила себе вчера с вашим тренером посидеть. Ваш же старший тоже афганец, — стрекочет гостья.
— А кто муж у неё был? — заинтересовался я.
— Так офицер, погиб в марте восьмидесятого, их дочке уже десять лет, — простодушно рассказывает девушка.
Внезапно мне становится неловко. Блин, вот я мудак. Не только я, конечно, а и все остальные из «союза меча и орала». В первую очередь надо было подумать о тех, кто потерял близких на войне! Сами-то они выжили, пусть у кого чего не хватает, но живы, а вот у дочки погибшего офицера отца уже не будет, разве, что отчим, в лучшем случае. А мы тут расписали льготы — телефоны, отпуска и прочее. Самое главное — чтобы эта команда парней подумала в первую очередь о том, что она может сделать, а не что для неё могут сделать. Ведь десять погибших уже в городе, а помогли кому-то? Спрошу. Вон «Тимур и его команда» есть книга, так там пионеры заботились о членах семей погибших фронтовиков. А моя команда пока только о себе думает.
Глава 34
Несмотря на начавшееся утро, время до начала тренировки у меня ещё есть, и я, выгнав девчушку, решил поспать хоть немного. Наши занятия подстраиваются под школьное расписание в ДЮСШ, и лично у меня тренировка в десять тридцать начинается. Остальные пусть едут куда хотят и когда хотят. Спать, спать, спать. Ставлю будильник Бейбута на десять ровно — хорошо, что он возит с собой такой маленький, но противно звенящий предмет. Проснулся я бодрым. Поспав всего два с половиной часа, я реально выспался. От гостиницы до ДЮСШ километра два, я пешком успею дойти, ну или пробегусь, если опаздывать буду, это полезно. Выходя из номера, поймал отголоски разговора в соседнем номере, где, судя по ведрам с водой рядом с порогом, шла уборка.
— Милиция приехала, а забрали не афганца этого, а Гришу!
— Да что ты! А Марина Львовна?
— С этим красноярцем ушла к нему в номер из ресторана! Только ты никому! Я тебе ничего не говорила!
Вот сплетницы! Всё обо всем уже знают. А Леонидыч молодец — отбил бабу. С моей помощью, но тем не менее.
Выйдя на улицу, я сразу понял ошибочность своих планов насчет пробежки — на улице вместо традиционного тридцатиградусного мороза минус сорок, да ещё и хиус. Ветер швырнул мне в лицо пригоршню снега, и в голове завертелась мысль вернуться в гостиницу и вызвать такси. На мое счастье сквозь снежную пелену показалась громоздкая фигура автобуса, неторопливо движущегося к остановке. До неё, собрав все силы, я добрался за минуту, и вот я внутри автобуса. Народу мало, даже места сидячие есть. Считаю остановки, ведь на окнах плотные морозные узоры, и где-то просчитываюсь, ну или водитель автобуса, видя, что никто не выходит, какую-то остановку проехал. Благо та, следующая, остановка, на которой я сошёл, тоже недалеко от Дворца спорта находится. В общем, успел я вовремя, ещё кофе смогу попить в буфете. Неожидано обнаруживаю в буфете Саню, вид у того был такой же могучий, как и раньше, но усталый, будто впахивал всю ночь. Что вполне может и быть — в номере он не ночевал, а с Огдо у него вроде всё ладилось накануне. На нем тот же пиджак, в котором он был вчера в «Ламе», но не мятый, значит, висел аккуратно где-то.
— Ты чё не ночевал в гостинице? Задружил? — пожав руку другу, усаживаюсь рядом за столик.
— А сам-то где шлялся? — меланхолично ответил вопросом на вопрос Саня, очевидно, уже пообщавшийся с Бейбутом.
Ну, а кто меня мог так быстро сдать?
— Было дело, но я хоть поспал чуток. Леонидыч тут? — перевожу беседу с амурных дел на более важные.
— У Огдо был дома, она с мамой живет, но та была на смене. Успел удрать до её прихода, а то мама строгая у неё!
— Ну, хорошо, что посменно работает, хоть не каждый день такой сонный будешь. Так видел Леонидыча? — повторяю я свой вопрос.
— Толя, а где здесь можно кольцо купить, золотое? — не реагирует на мой вопрос Сашка Дусь.
Я аж поперхнулся напитком, отчего сердобольный и, видно, влюбчивый товарищ даже соизволил меня треснуть по спине.
— Отвали! Я щас внутренности выплюну от твоих ударов, — злюсь я, и, желая отомстить за удар, спрашиваю: — Ты что, жениться собрался на первой встречной?
Башня ДОТа повернулась в мою сторону.
— Она не первая встречная! — изрекла массивная голова, перестав походить на угрозу.
— Не первая? Что, у тебя вчера ещё были бабы? — якобы удивляюсь я.
— Нет! Чего ты …, — путается в словах здоровяк.
— Ты про Огду сейчас? А ничего, что ты её несколько часов знаешь всего? — спрашиваю я.
— Про Огдо. А сколько надо часов? — подтверждает мои подозрения парень. — Да всё равно денег не хватит на кольцо, наверное.
Вот он встрял, деньги на кольцо найду уж для него, с собой почти полтысячи взял, вчера, правда, два чирика потратил, но это все местные расходы за три дня. Интересно, а имя Огдо склоняется или нет?
— Денег дам, есть с собой у меня, и с кольцом помогу, а если она тебе откажет? — решаюсь помочь я.
Блин, или навредить ему? Похоже, такая мысль даже и не пришла в голову влюблённому.
— Посмотрим, — буркнул он, явно потеряв воодушевление.
— Ну и практически как ты себе свою жизнь семейную представляешь? Ты в Красноярске, она тут, — пытаю я.
— Переедет ко мне, — говорит Саня то, что первое приходит в голову.
— А она захочет? А жить где? Ты в общаге живешь, сам нам рассказывал, причем с соседом, квартиру в городе ой как не скоро получишь. А на что жить, если дети появятся? Ты всё хорошенько обдумай, — советую я.
— Вот зачем ты кучу вопросов задал? Потом об этом подумаю! — недружелюбно отвечает Дусь.
— Ты идиот? Саня, вот мозг у тебя есть? — злюсь я. — Это не я у тебя спрашиваю, а она сейчас, или мама её, сам сказал — она строгая! Что отвечать им будешь — «потом подумаю»?
— Звиняй, братуха. Ты прав, — признал Саня и достал из кармана ручку и блокнот: — Еще, какие вопросы задать могут?
— После тренировки поговорим, — обрываю его я.
Ну, жилищный вопрос ему с помощью МЖК можно решить, я планирую в 87-м начать строить дома и в 89-м закончить. Иначе труба будет дальше. Вряд ли я так сильно наследил, что изменил судьбу СССР. МЖКшные дома достраивались с трудом. Насчет общаги тоже поговорить можно, выделят им отдельную комнату, поживут года три, пусть даже с ребенком, он всё равно маленький будет пока. Ещё вариант Сане в Норильск переехать, но тут с жильём не сильно лучше, а жить с тещей — то ещё удовольствие! А ещё заминка может быть, если Огдо не захочет менять свой театр на Красноярский, да и могут не взять её в наш местный Театр драмы. Сразу рожать? Вот у взрослого человека сразу куча вопросов возникает, что и как? А ведь я по молодости тоже женился ни о чем не подумав! И дети как-то сами завелись. А может так и правильно?!
Наконец, я увидел своего тренера, тот цвел и пах. Кобель. Наверняка опытная и мудрая Марина Львовна и поспать мужику дала, а не просто дала и не ездила на нем, как Жанна на мне, всю ночь.