Дом был пуст. Повсюду остались следы поспешных сборов: опрокинутая мебель, разбросанные вещи, распахнутые дверцы пустых платяных шкафов.
– Опоздали, – простонал Джерри. – Он ушел! Мы едва не схватили его за хвост, но он оказался хитрее!
– О ком ты?
– Том! – сердито топнул лапкой Мышонок. – Под шкурой Белоснежной Овцы скрывался Том! Вспомни записку: «Черное под Белым.» Я его вычислил! Я проследил весь его путь от тюремного зоопарка до этого Медвежьего Угла! Но он ушел и теперь готовит какое-нибудь новое злодеяние.
Гарольд поднял с паркетного пола смятую овечью шкуру и тщательно ее обнюхал.
– Вы, как всегда, правы, Джерри. Запах кота ни с чем нельзя спутать. Но как вы определили, что именно Том прячется под маской невинной Овцы?
– О, это просто. Мой метод сравнительного исключения еще ни разу не подводил. В тот день, когда вы знакомились с обитателями Медвежьего Угла, я позвонил в издательство вашей любимой газеты «Собачье Дело». От редактора я узнал, что яхта, которую украли беглые каторжники во главе с Томом, называлась «Игрушка» и принадлежала она знаменитому путешественнику Роберту Левингаузену, то есть нашему бедняге Гепарду Роберту.
В силу своего деятельного характера Роберт сам решил отыскать и примерно наказать похитителей. Две недели он потратил на поиски, но все-таки отыскал их следы в долине Медвежьего Угла.
Однако он не был уверен в своем предположении, ведь Том надел маску Белоснежной Овцы. И тогда Роберт призвал на помощь сообщницу. Она подтвердила его догадку и предостерегла об опасности. Помните, в записке было написано: «Ошибка исключена, но нужна осторожность.» Кроме того, ни Роберт, ни его сообщница не знали точно, где похитители спрятали яхту. «Игрушка где-то рядом». Но вот где? И тогда Роберт решает проникнуть в дом и выбить из Тома нужные сведения.
Сообщница была готова помочь Роберту незаметно проникнуть в дом. Но ее записку перехватили, прочитали и отправили по назначению. Поэтому ее не передали из рук в руки, не послали по почте, а швырнули в окно. И с этого момента место встречи под баобабом превратилось в засаду.
– Так значит это Том убил несчастного Роберта Левингаузена?
– Том предпочитает действовать чужими лапами. Но неужели вы не узнаете почерк: переломанные кости и ни одной царапины? Вы же сами только что побывали в объятиях убийцы! – Джерри выглянул в окно и кивнул в сторону спутанного морскими узлами клубка.
– Питон? – ахнул Гарольд. – Ну конечно... Безжалостный негодяй! Таким только в зоопарке и место!
Вдруг откуда-то сверху раздался протяжный жалобный крик.
– Опять! – воскликнул Бульдог. – Тот же самый крик! Значит, она еще жива. Скорее на помощь!
Друзья стремглав бросились на чердак. Дубовая дверь разлетелась под могучими ударами Гарольда. Взорам сыщиков предстала жуткая картина.
Посреди захламленного чердака, связанная по всем четырем лапам, лежала Сиамская Кошечка. Расширенными от ужаса глазами она смотрела вверх. А оттуда по тонким серебристым нитям паутины к ней подбирались жирные мохнатые пауки. Их многочисленные глаза плотоядно сверкали, а членистые ножки дрожали в предвкушении сытной трапезы.
Гарольд подхватил беспомощную пленницу на лапы и бросился прочь из этого опасного места. А вдогонку ему неслось злобное, разочарованное шуршание.
– Где он? – Ужас все еще светился в голубых глазах Сиамской Кошечки. – Вы схватили его?
– Да уж, м-м...
– Марта.
– Да уж, Марта, мы постарались на славу, – ответил Гарольд. – Вон он, лежит во дворе, связанный в восемь морских узлов. Вовек не распутается.
– О-о, – удивилась Кошечка. – Вы сумели связать его в восемь узлов?!
– Я даже сумел привязать его раздвоенный язык к кончику его же хвоста!
– Не замечала, что у него раздвоенный язык... Впрочем, это неважно. Я буду счастлива увидеть его усатую физиономию за решеткой!
– А разве у Древесных Питонов бывают усы?.. Я как-то в темноте не заметил – не до того было, знаете ли, – задумчиво сказал Гарольд. – Язык помню, а потом сразу хвост... И никаких усов.
– Я спрашивала о Томе!
– Увы, сударыня. Мы его упустили, – нехотя произнес Джерри. – И теперь находимся в полном унынии.
– Так догоните же его! – воскликнула Марта. – Сверху я слышала, как этот пятнистый негодяй Шалако хвастался, что нашел способ пробраться незамеченными на морской лайнер «Океании».
Поймайте Тома! Не дайте ему уйти безнаказанным! Правда, корабль уже отошел от причала! – Марта в отчаянии заломила лапки.
В глазах Джерри вспыхнул азарт.
– Мы воспользуемся услугами аэротакси! – решительно сказал он. – Вперед, Гарольд! Нас ждут великие дела!
Глава шестаяТайна каюты № 333
В тот самый миг, когда нежно-розовый край солнца робко выглянул из-за горизонта, Орлы взмахнули крыльями и, оттолкнувшись от земли, взмыли в небеса.
Утренний воздух был холодный и колкий. Могучие птицы поймали восходящие потоки и начали плавно набирать высоту. Иногда Орлы переговаривались между собой, обсуждая скорость и направления воздушных течений.
Земля плыла далеко внизу – укрытая предрассветной дымкой, тихая и сонная. Зелеными пятнами расплескались джунгли, прихотливо извивались голубые ленты рек, морщились провалами ущелий поросшие зеленью горы.
Земля бежала вдогонку за путешественниками, провожала их прощальными взмахами пальмовых ветвей, гомоном просыпающихся птичьих стай, неумолкающим ревом стремительных водопадов.
А потом земля резко остановилась, замерла у кромки прибоя, словно испугавшись его пенных валов, истончилась в темную полосу, в тоненькую нить у самого горизонта и исчезла. Теперь внизу расстилалась только бесконечная ширь океана.
Гарольд мало внимания обращал на пенящиеся внизу волны. Обеими лапами он вцепился в орлиные перья, пригнулся, вобрал голову в плечи. Какими непадежными представлялись ему орлиные крылья, какой желанной виделась исчезнувшая за горизонтом земля!..
Совсем иначе вел себя Джерри. Полет на спине Орла явно доставлял ему удовольствие. Иногда Мышонок пытался приободрить Гарольда, но пронзительно воющий ветер относил все его слова в сторону.
Гарольд боялся высоты. Он боролся со своим страхом изо всех сил, но тот был гораздо сильнее. Внутри у Бульдога все замирало от ужаса.
Ему казалось, что безжалостные порывы ветра вот-вот сорвут его с орлиной спины и швырнут вниз, и он полетит в темную бездну, хватая лапами воздух. Но воздух – плохая опора...
– Сударь! – крикнул Гарольд Орлу. – Нельзя ли лететь пониже?
– Сильные духом не стелются по земле, – гордо ответил Орел. – Они стремятся выше и дальше!
Некоторое время Гарольд молчал, потрясенный таким ответом. Но страх высоты брал свое, и Гарольд вновь окликнул могучую птицу:
– А нельзя ли тогда лететь чуть помедленнее?
– Вы заплатили по скоростной категории «молния», – ответил Орел, скосив нахмуренный глаз. – А мы всегда выполняем взятые обязательства! Но если вам не нравится полет, я могу прямо сейчас сбросить вас вниз. Это, кстати, бесплатная услуга...
Гарольд тут же замолчал.
Между тем Орел завидел далекую цель – морской лайнер «Океании» – и начал постепенно снижаться. Он опускался кругами по сужающейся спирали, выбирая место для посадки.
Лайнер теперь был совсем рядом. Можно было рассмотреть отдельных пассажиров, неторопливо прогуливающихся по палубам, танцующих на открытой эстраде или просто отдыхающих в шезлонгах.
Корабль был огромен. Он походил на город: те же рестораны и кинотеатры, электростанции и спортивные площадки, пышные сады и бассейны. И пассажиры – сотни, тысячи пассажиров, среди которых так легко затеряться любому матерому преступнику.
Палуба стремительно приближалась. Наконец, лапы Орла коснулись деревянного настила – полет был окончен. Гарольд со вздохом облегчения соскользнул с широкого крыла и тут же понял, что попал из огня в полымя: на смену боязни высоты пришел жестокий приступ морской болезни.
– Сейчас перед нами стоит сугубо практическая задача! – Джерри, заложив лапки за спину, ходил по каюте из угла в угол. – Вопрос стоит прямо и недвусмысленно: как среди двадцати пяти тысяч пассажиров отыскать одного единственного – преступника-рецидивиста Тома?
– Проще пареной репы, – простонал Гарольд. – Нужно просмотреть список пассажиров – и все.
Бульдог лежал на кровати, с мокрой повязкой на голове: морская болезнь, вызванная постоянной качкой, лишила его последних сил.
– В списке пассажиров его, естественно, нет: я проверял, – ответил Джерри. – это и не удивительно, ведь и Том, и его приятель Пятнистый Шакал Шалако едут зайцами.
– Сначала Белоснежная Овца, теперь Заяц... – наморщил лоб Гарольд. – А может быть, Сиамская Кошечка ошиблась? Может, Том никуда не поехал и все наши... все мои мучения напрасны? О, как я зол!
– Мужайтесь, мой друг! Искусство сыска требует от вас жертв! Но, поверьте: они не напрасны! Том здесь! Я в этом уверен. Но как его найти?.. – Джерри озадаченно поскреб затылок. – Нам нужно придумать что-нибудь посложнее этой вашей пареной репы. У вас есть какие-нибудь соображения? Может, поделитесь?
– У меня нет ничего, кроме головной боли и тошноты, – сказал Гарольд. – Но, если хотите, я готов этим с вами поделиться.
Раздался вежливый стук в дверь, и в каюту с подносом на крыльях вошел стюард – Императорский Пингвин. Он важно прошествовал к столику и начал сервировать его к завтраку.
– Ах, оставьте... – вскричал Гарольд и, схватившись за горло, выбежал из каюты.
Стюард вопросительно посмотрел на Джерри.
– Со мной все в порядке, – заверил его Мышонок, повязывая на шею салфетку. – Во время приступов морской болезни многие ведут себя еще более странно.
– Вы правы, сударь, – величественно наклонил голову Императорский Пингвин. – Скажу больше: многие ведут себя еще более странно и без всяких приступов.
– Вы, конечно же, несколько преувеличиваете, – снисходительно улыбнулся Джерри.