Я молчал.
– Ну так что? Не говорил?
– Нет, не говорил.
– Думаю, сегодня у нас с Киром всё случится… – Алиса мечтательно прикрыла глаза. Я отвернулся и быстро зашагал вперёд, сунув руки в карманы.
– Случится что?
Я и так знал ответ. Это же Алиса.
– То, что обычно случается между мальчиками и девочками. Думаю, я ему нравлюсь. Ты видел, как он на меня смотрит?
– Как-то не обращал внимания.
– Ты ничего не замечаешь.
– Мне бы твою внимательность, – безрадостно усмехнулся я.
Я не понимал, почему из всех парней Алиса выбрала именно Кира. Если она на чём-то зациклилась, она постарается достичь цели любой ценой. Я не мог ей ничего рассказать: думал, что могу, но это оказалось не так. Признаться в чём-то, в чём я и сам не был уверен, слишком сложно. Я чувствовал, будто стоял на краю обрыва, а передо мной разверзалась пропасть – неизвестность. Что будет, когда я в неё прыгну?
Мы молча свернули на аллею, ведущую в парк. Мимо нас оживлённо ходили люди, и мне казалось, словно мы попали в разворошённый улей. Как только тень ложилась на город, тот просыпался.
– Эй, ты чего такой странный? – Алиса с беспокойством тронула меня за плечо. – Не хочешь идти на пустырь? Я знаю, что ты не очень любишь проводить время среди людей, это же не твои любимые книги, да? – она улыбнулась по-доброму. – Но, может быть, тебе будет весело. И прости. Ты совсем не истукан.
– Всё в порядке.
Я не чувствовал злости. Только растерянность и вину. Я догадывался, что Кир нравился Алисе, но я думал, что это было для неё мимолётным влечением. Ведь Алисе нравились все. Любой, кто проявлял к ней чуть больше внимания. Сердце пропустило удар, пуская по венам отравляющую вину.
– Хочешь, мы тебя с кем-нибудь познакомим?
Алиса ободряюще улыбнулась мне, когда мы углубились в парк.
– Ты знаешь мой ответ.
– Конечно же, нет. Матвей всегда говорит нет!
– Тогда зачем спрашиваешь?
– Думаю, тебе нужно с кем-нибудь поцеловаться. И не только.
Я повернулся к ней и вопросительно приподнял брови. Наш разговор всё больше повергал меня в неловкость. Если днём после разговора с Же я думал, что не может быть ничего хуже, я понял, как ошибался. Слово «хуже» с каждой фразой Алисы становилось всё ощутимее.
– Ты ведь не хочешь умереть девственником, – Алиса с улыбкой обняла меня за плечи, и мы оказались на вытоптанной тропинке.
В подсохшей грязи виднелись следы от колёс велосипеда. Неподалёку слышались весёлые голоса.
– Не думаю, что это должно волновать мою сестру, – я постарался непринуждённо улыбнуться.
– Кто ещё об этом будет волноваться, если не я?
– Надеюсь, что не ты.
Я усмехнулся.
– Не бойся, я не буду этого представлять, – она засмеялась.
Мы шли по тропинке прямо к пустырю. К оврагу. Здесь мы и познакомились с Киром. Шрам на коленке вдруг неприятно заныл. Я вспомнил летнюю жару того дня, зелёнку и фисташковое мороженое.
– Уж постарайся.
Чем ближе мы приближались к пустырю, тем громче становились голоса. Я видел силуэты, мелькавшие за деревьями. Где-то среди них были Жека и Кир.
Теперь Алиса шла впереди меня. Похоже, ей не терпелось попасть на пустырь. Она всегда стремилась к вниманию. Я же, напротив, замедлил шаг, и нехотя поплёлся за ней. Раньше я пытался представить себе, что скажу Алисе, но сейчас во мне не осталось слов.
Я смотрел в спину Алисы. Светлые, слегка завитые волосы, локонами спускались на плечи. Алиса шла с гордо расправленными плечами навстречу своей цели. Я шёл, опустив голову.
Когда мы оказались совсем близко к пустырю, я окликнул Алису. Что я мог ей сказать?
«Знаешь, я целовался с тем, кто тебе нравится».
«Произошло недоразумение. Я недавно поцеловался с Киром, а сегодня узнал, что он тебе нравится».
«Может быть, он тоже мне нравится».
В последнем я отказывался признаваться даже себе. В любом случае ситуация получалась абсурдной.
– Ну что завис? – Алиса вопросительно посмотрела на меня. – Ты чего хотел, а?
– Тебе действительно нравится Кир? – я сделал шаг вперёд и незаметно сжал кулаки в карманах джинсов. – В смысле не так, как другие, как раньше, а по-настоящему?
– Думаю, он кто-то особенный для меня…
Я промолчал. Её ответа для меня было достаточно. Я кивнул и, обойдя Алису, пошёл вперёд.
На пустыре оказалось гораздо больше людей, чем я представлял. Кто-то катался на велосипедах, перепрыгивая через импровизированные трамплины, кто-то сидел на поваленном бревне и пил пиво. Кто-то курил, столпившись у кустов, кто-то громко разговаривал. На мгновение я растерялся.
– И почему мы раньше пропускали это веселье? – Алиса догнала меня и опустила руку на плечо.
– Пока не вижу здесь ничего весёлого, – флегматично ответил я. – Веселье начнётся, когда все начнут блевать.
– Так! – Алиса предупреждающе подняла палец у меня перед носом. – Даже не думай занудничать, понял? Расслабься и получай удовольствие, как все нормальные люди.
Я огляделся.
– Видишь Же или Кира? Они уже должны быть тут, – Алиса покрутилась вокруг себя, разглядывая собравшихся.
Широкие рукава светлой блузки напоминали крылья бабочки.
– Нет, не вижу. Может, они опаздывают?
– Пойду поищу их, – Алиса повернулась ко мне. – А ты веди себя хорошо.
Это наставление подошло бы Алисе гораздо больше, чем мне, но я не стал озвучивать это вслух.
Через мгновение Алиса, следуя за шумом, как мотылёк за светом, скрылась за широкими спинами. Я снова растерянно огляделся. Слишком много людей, слишком много голосов, слишком много улыбок. Я чувствовал сладковатый запах сигарет. В толпе я заметил знакомое лицо: оно принадлежало парню, которого мы нашли на озере в кустах. В прошлый раз он выглядел намного хуже. Вспомнит ли он меня? Как мне казалось, моё лицо, бледное и непримечательное, не оставалось в памяти ни у кого, кто смотрел бы на меня. Всё же после разговора с Эллой теперь и я хотел быть тем самым. Может быть, это важно – оставаться не только в памяти, но и в сердце.
Я зашагал вперёд, аккуратно протискиваясь через пьяных подростков.
– Привет, – сказал я, когда между нами было несколько шагов.
– Ну привет, – он небрежно кивнул и взглянул на меня. Любопытство в карих глазах сменилось узнаванием. Он несколько секунд оглядывал меня, словно пытался убедиться, что это не иллюзия. – Так это ты… тот самый, кто…
– Да, в тот вечер я помог тебе…
Он схватил меня за плечо и быстро вывел из тесного круга друзей. От него пахло пивом и сигаретами.
– Эй, чувак, полегче. Никто не знает, что…
Я вопросительно посмотрел в карие глаза. Они блестели от алкоголя.
– Вообще-то все думают, что я героически спас девушку от бешеной псины, – он задрал рукав рубашки и показал швы. – Усёк? Пусть и дальше так думают.
Улыбнувшись, я кивнул. Руку от локтя до запястья рассекали розовые шрамы, ярко выделяющиеся на загорелой коже. Теперь эта метка останется на всю жизнь.
«Как и мой шрам на коленке, – подумал я. – На всю жизнь».
– Я усёк. Ты – герой, – с лёгкой усмешкой сказал я.
– Вон, видишь её? – я развернулся и проследил за его взглядом. В толпе стояла красивая блондинка. – Она считает меня героем.
– А как же та…
– Мы расстались.
– Понял.
– И, да, спасибо, – он перевёл взгляд на меня. – Я серьёзно. Не знаю, что было бы, если бы вы меня не нашли.
Я кивнул.
– Если в следующий раз понадобится дотащить твой голый зад до больницы – обращайся, – отстранённо ответил я, ища взглядом в толпе знакомые лица. Я не видел ни Кира, ни Алису, ни Же. Это меня беспокоило. Прямо сейчас я попытался представить, как Алиса в привычной манере накручивала белокурый локон на палец и пыталась обворожить Кира.
Я напрягся и снова обвёл взглядом пустырь.
Парень рассмеялся.
– А ты смешной. Хочешь сигарету? – он щёлкнул зажигалкой. В полумраке вспыхнул маленький огонёк.
– Да, давай.
Он протянул мне сигарету, и я сделал первую затяжку. Вдохнул совсем неглубоко, чтобы не закашляться, и выпустил дым.
– Пойдём, познакомлю тебя с друзьями, – он кивнул и повернулся ко мне спиной.
– Может быть, чуть позже. Мне нужно кое-кого найти, – я взглянул на него. – Как тебя зовут?
– Серьёзно? Хочешь сказать, что тебе это реально интересно? – он вновь рассмеялся. – Судя по тому, как ты занят своими мыслями, ты забудешь моё имя через пять минут.
Смутившись, я ничего не ответил и сделал новую затяжку. Это действительно было вопросом вежливости.
– Извини.
– Но я хочу знать, как зовут тебя. Ведь ты помог мне.
– Матвей, – рассеянно ответил я и сделал глубокую затяжку, закашлявшись. – Матвей Гранин.
– Что ж, рад знакомству, Матвей Гранин. Кто-то должен в этом мире спасать такие неуклюжие задницы, как мои.
Он с ухмылкой пожал мне руку и направился к друзьям. Я вновь остался один. Щелчком выбросил сигарету, растоптал её подошвой и зашагал в сторону сосен. Я хотел отдохнуть от шума и придумать выход из ситуации. Что вообще можно сделать, когда твоей сестре нравится тот, кто нравится тебе? Этого я не мог представить и в кошмарных снах. С Алисой мы всегда были слишком разными даже в мелочах. Нам нравилась разная музыка, разная погода, разная еда… К тому же, я не подозревал, что мне может понравиться парень. «Мальчикам нравятся девочки, девочкам нравятся мальчики», – говорила Алиса. Значило ли это, что я был неправильным?
Когда голоса за спиной наконец стали тише, я успокоился. Чья-то рука резко дёрнула меня в сторону, и я едва не упал. Спустя мгновение я оказался прижатым к дереву, а мои губы прижались к чужим губам. Это был Кир. От него всегда пахло летом: пылью дороги и свежескошенной травой. Этот запах напоминал мне запах Того, кто должен был стать мне отцом.
В груди неприятно защемило: люди всегда уходят. Может быть, мама была права, и миг полёта не стоит вечности падения? Рано или поздно Икаровы крылья опалит солнце.