В Генштабе всполошились - вероятно, был разговор со Смирновым, ему пообещали, что пришлют действующего, а не отставного генерала. Игорь Николаевич извинился передо мной, поблагодарил за работу - ия понял, что надо уезжать. Вместо меня в Молдавию был прислан Лебедь со своими громкими словами и малыми делами. Когда румыны внезапно почти захватили Бендеры, но были выбиты силами ополчения и подразделениями 59-й дивизии, Лебедь запретил огневую поддержку наступающих сил приднестровской обороны. А ведь ополченцы могли дойти и до самого Кишинева, там всего около 90 километров. Атак - сколько людей погибло тогда? Считай кресты на новом кладбище на западной стороне Бендер!
В Кишиневе, кстати, все это время оставался советский парашютнодесантный полк, командовал им младший брат Лебедя. Румыны обложили расположение полка бетонными плитами, но вырваться можно было - и мы посылали в Кишинев ходоков, предлагая полку строем, на боевой технике, с развернутым знаменем прорваться в Тирасполь, где их готовы были принять. Но младший Лебедь отказался, сдал всю технику румынам и вместе со штабом отправился в Абакан (Тува), где и стал президентом. А мог стать национальным героем, как стал бы им любой комбат, который в 93-м прорвался бы к Дому Советов с техникой под развернутым знаменем.
В заключение хочу сказать, что верю - когда в Кремле будут патриоты, Россия признает ПМР и республика войдет в состав СНГ либо, если того пожелает приднестровский народ, станет частью России.
За свою работу в Приднестровье я получил республиканский орден «За мужество и храбрость». Горжусь этим, так как считаю, что моя поездка заставила руководство России повернуться лицом к патриотическому движению и не позволила бесшумно сдать Приднестровскую Молдавскую Республику.
За годы службы Родине я получил награды и звания:
Генерал-полковник - за безупречную службу в Советской Армии, успешное командование войсками двух округов: Уральского и Приволжско-Уральского.
Золотая медаль - за окончание Военной академии им. М. В. Фрунзе - 1973 год.
Золотая медаль - за окончание Академии Генерального штаба - 1982 год.
«Почетный железнодорожник СССР» - приказ министра путей сообщения № 128 от 23.12.88. «За большой личный вклад и проявленную инициативу по обеспечению устойчивой работы Закавказской железной дороги».
Народный депутат СССР, 1989-1991 гг. от Свердловской области (Ирбитский избирательный округ).
«Лучший русский 1992 года» - в противовес Горбачеву, признанному в Германии «лучшим немцем», журнал «Молодая гвардия» признал «лучшим русским» советского генерала.
Депутат Государственной Думы России - с 1996 года от Самарской области (Промышленный избирательный округ).
Почетный академик Петровской академии наук и искусств - 1999 год.
Почетный академик Международной славянской академии наук, образования, искусств и культуры - 1999 год.
Орден «За службу Родине» III степени - за освоение новой боевой техники.
Орден Красной Звезды - за успешное проведение оперативно-тактических учений в Закавказье с присутствием иностранных военных наблюдателей.
Орден «Защитник Советов» - за защиту Конституции и Советской власти в октябре 1993 года.
Орден Сталина, за № 01, - за совокупность патриотических действий по освобождению России от перестройки и реформ.
Орден «За мужество и храбрость» - Приднестровской Молдавской Республики.
Был под следствием с 25 августа по 25 декабря 1991 года. Из четырнадцати командующих войсками округов и четырех сил флотов единственным уволен за активную поддержку ГКЧП.
Находился в тюрьме «Лефортово» с 4 октября 1993 года по 26 февраля 1994 года за активное участие в восстании против ельцинского режима.
Под следствием со слов СМИ за разжигание антисемитской ненависти и призывы к насильственному свержению ельцинской власти (4,6 октября 1998 г. на митингах в Москве и Самаре, в апреле 1999 г. в Новочеркасске на встрече с казаками).
«НАРОДНЫЙ ГЕНЕРАЛ» - признан на митингах, в армии.
Есть еще два ордена иностранных государств, но я их не афиширую.
Я горжусь особенно своим участием в защите Верховного Совета и Конституции РСФСР. Иметь гражданское мужество выше, чем военное. Я не сбежал, не отказался от Красного знамени, от Присяги. С тех пор каждого меряю вопросом: «А что ты делал в октябре 93-го?»
По возвращении из Приднестровья спрашиваю редактора журнала «Молодая гвардия» Анатолия Иванова, присвоившего мне звание «лучший русский 1992 года»:
- Что, не могли курносого найти?
А Иванов отвечает:
- Нев отсутствии курносых дело, а в отсутствии русского характера бойцовского.
А по мне, так лучший или не лучший года, месяца или недели - неважно. Главное - русский. Главное - что не «лучший немец», как Горби и его подпевалы.
Я был еще комендантом Нахичеванской республики, когда позвонил командующий Родионов И.Н. и приказал срочно прибыть в Ереван:
- Вы назначены министром-комендантом особого района Армении.
- Игорь Николаевич, но там же правит ваш начальник штаба Самсонов. Неудобно мне как-то .
Откровенно говоря, мне не хотелось с одной собачьей должности на другую.
- Альберт Михайлович, приказ уже подписан. Прилетай.
Так я оказался комендантом особого района Армении после землетрясения.
Многотысячные митинги на Театральной площади сотрясали республику. Армянская диаспора за рубежом подпитывала эти настроения материально. Я выходил на встречи с людьми и доказывал, что республика, которая сто процентов хлеба, восемьдесят процентов мясо-молочной продукции, сто процентов деловой древесины, нефти, газа и т. д. получала из центра, не может выжить, отделившись от Союза. Митингующая Армения бежала к «независимости» впереди республик Прибалтики.
Чем только коменданту не приходилось заниматься. От поддержания порядка, поставки материалов, расквартирования строительных частей и техники для работы в очагах разрушения до выступления на телевидении, радио, в газетах. Я жил в кабинете, превращенном в центр управления. За дверью стояла раскладушка, на столе лежал мой автомат. И вот в это время приехал Проханов, и я познакомился с ним лично, хотя до этого с удовольствием читал его газету «День», когда выдавалась свободная минута (армейская шутка: когда командиры читают газеты - отдыхают, когда политработники - работают). Для поездки из Еревана в Карабах я отдал Проханову свой «УАЗ», водителя и адъютанта с автоматом.
В Ереване карабахских армян считали не равными себе, и в разговорной речи часто слышалась кличка «карабахский ишак». А здесь началась такая кампания в прессе, радио, ТВ, что сразу были созданы комитеты «Карабах» во всех вузах, школах, и даже в детских садах детишки водили хоровод с флажками «Карабах» в руках. Это было настолько нелепо, настолько видно, что все ветви власти, в том числе и армянские, отслеживали эту карабахскую, опасную обстановку. Дело в том, что 7-я армия, расположившаяся на территории Армении, и 4-я армия в Азербайджане в период войны укомплектовывались в основном за счет местного населения, и офицеры были в основном местные. Таки звали: «Армянская армия», «Азербайджанская армия», и все старания кадровиков и мобилизаторщиков исправить положение не удавались.
Тот личный состав, который прибыл из Ростовской области и Краснодарского края, не спасал положения. Таки приходилось мне большую часть времени работать в Армении, а в Баку работал генерал-полковник Тягунов Михаил Александрович, представитель Южной ставки.
В один из тех напряженных дней я и познакомился с Прохановым.
Когда я стал командующим, мы с ним продолжали поддерживать связь: то военком г. Троицка сообщит о рассказах одного деда, который якобы на фронте расстрелял отца Горбачева; то делегация писателей во главе с Кунаевым пожелает посмотреть не солдат с Красной площади, а настоящих -с Тоцких лагерей. А когда меня «демократы» уволили, то я уже не выходил из редакции Проханова.
Помимо его таланта писателя, меня всегда удивляла его способность схватывать суть доклада авторов многочисленных заметок и публикаций. Практически Проханов возглавлял оппозицию после удушения советской власти. Через рентген его интервью (Руцкой, Лебедь, Зюганов, Бабурин) прошла практически вся оппозиция. Не миновала эта участь и меня. Он и вытащил меня в Приднестровье.
Когда мне исполнилось очередные «сто» лет, Проханов был ведущим за столом. Александр Андреевич, спасибо. Ласковое слово и генералу приятно!
Он столько сил вложил в раздувание Зюганова, что тот, в самом деле, поверил в свою гениальность. Сегодня Проханов этого уже не делает.
ОКТЯБРЬ 93-го
Из всего, что я заслужил, больше всего горжусь званием участника событий октября 93-го года. Тогда многие думали так же, как и я, но решиться на действия не смогли. Всё выжидали - вдруг само собой свершится. А самая трудная смелость - это смелость гражданина.
И никто не смеет осуждать ни меня, ни моих товарищей, пришедших на защиту Конституции. Продолжайте сидеть у камина и рассуждать, каким флангом надо бы бить. Вы струсили! Вы искали причины, по которым не хотели быть вместе с народом. Я был с народом, и не последним.
Октябрь 93-го - это восстание на броненосце «Потемкин», Кронштадт, бунт в Майданеке.
Октябрь 93-го - это предтеча Спасителя Иоанн Креститель. Не крестился бы Христос, не осталось бы христианства в мире. Многие, как и Иоанн Предтеча, сложили за это головы.
Массовое движение сопротивления родилось именно осенью 1993 года. Если бы не было людей, взявших на себя миссию защитников Конституции, то повторился бы безмолвный 91-й, не оставивший организованного сопротивления и развязавший руки Ельцину.
Добрые слова хочу прежде всего сказать о тысячах людей, что пришли тогда к Дому Советов. Их никто не принуждал, не гнал, не мобилизовал. Пришли сами. Они первые раз