— Вы, будучи беременной, наверное, льдом обедали, — поморщилась я, в очередной раз вспоминая равнодушие мужа.
Не проходило и десяти минут, чтобы я не думала о том, как изменилось его отношение ко мне. Но Иллая умела отвлечь беседой. Рассказывала о традициях и обычаях клана, делилась опытом воспитания детей. Просила не повторять её ошибок и бережнее отнестись к своему здоровью. Мне показалось, она сама верила, что виновата в разрыве с Ксаниром. Злилась на себя за слабость и за сомнения, хоть и старалась не подавать вида.
Я долго пыталась подобрать слова, чтобы начать важный разговор. Понимала, как он будет неприятен, оттягивала момент, но в голову ничего путного не приходило. Вежливые вступления казались глупыми и фальшивыми, потому я решила спросить прямо:
— Что мы будем делать с Сандрой? Динали и сестрички за ней наблюдают, конечно. Она и шагу не ступит без ведома моих глазастых воспитанниц, но я всё ещё плохо понимаю, почему вы её не выгнали из дома. Я оформила бы ей самые паршивые рекомендации и дала такого пинка, что вертихвостка вылетела бы на ближайший материк и не смела даже мечтать о возвращении.
Светлые глаза Иллаи потемнели от печали. Ложечка дважды задела стенки фарфоровой чашки, и свекровь аккуратно её вытащила.
— Я не надеялась, что ты поймёшь меня, девочка. Предчувствовала твой осуждающий взгляд и гневную отповедь. Конечно, боль, причинённая мне Сандрой, требует отмщения. Я не была бы женой главы Клана Смерти, не придумай для любовницы мужа жестокую кару. Но если она беременна? Дитя, растущее в ней, — плоть от плоти Ксанира. Мой обезумевший муж может сделать его наследником. Навредить Кеннету и тебе. Нет, дорогая. Я не стану отпускать Сандру с территории клана, пока она не родит. А потом без ребёнка пусть отправляется хоть в бездну. Да и самого младенца я Ксаниру не отдам. При мне будет.
Я посмотрела на свекровь с удивлением. В голове не укладывалось, как она могла прийти к такому решению. Нет, я не осуждала, но и понять не могла. Отнять ребёнка у его родителей и воспитывать как своего? Не верилось, что Иллая будет мстить малышу. Но и представить, как она нежно укачивает плод предательства и измены своего любимого мужа... Боги, нет, я никогда не смогу понять её.
— Сандра не замужем, — пробормотала я, когда молчание затянулось. — Растить ребёнка без мужа она не сможет. Слишком тяжело и работать, и воспитывать малыша, когда все вокруг считают тебя падшей женщиной. Думаю, она подпишет любые бумаги, если предложить ей достаточную сумму.
Скандала мне не хотелось. Я знала, как за него зацепятся соклановцы. Пришлая жена главы не просто забирает сирот у родственников, она готова торговать детьми при живых родителях. Мерзко звучало даже в мыслях. Уж лучше я буду молиться всем богам, чтобы у Сандры родилась девочка. Или чтобы беременности вообще не случилось.
— Она подпишет, — ответила свекровь с незнакомыми мне жёсткими нотами в голосе. — Она знала, под кого легла, и чем это грозит. Пять лет в нашем доме отработала. Видела и слышала всё, что между мной и мужем происходит. О, Ксанир постоянно говорил, что клану нужен наследник. Вот Сандра и подсуетилась. Обидно только, что меня в расчёт не взяли. Считали пустым местом или непроходимой идиоткой? Вот что больно, девочка. А всё остальное уже не так. Подумаешь, алчная экономка решила устроить свою судьбу.
— А вы разговаривали с ней об этом?
— На следующий день после того, как… — свекровь взяла короткую паузу, чтобы справиться с накатившими эмоциями. — Мы пришли к соглашению. Я не стану превращать её жизнь в ад, а она выносит и родит здорового ребёнка, если понесла. После — я дам ей столько золота, сколько у меня есть в шкатулке. Ксанир был щедрым мужем, так что на безбедную старость Сандре хватит. От неё требуется только отдать мне ребёнка и уехать из клана. Наплевать куда. Лишь бы подальше от моей семьи.
Я прищурилась, наблюдая, как экономка отчитывает за что-то Динали. Рыжеволосая “шпионка” послушно кивала, всем своим видом выражая готовность угодить непосредственной начальнице.
— Если она не дурочка и если вы уже обо всём договорились, то проблем у нас с ней не будет. Не должно, по крайней мере. Так что пусть работает. Командует прислугой, вынашивает ребёнка и не смеет лезть к моему мужу, — я дёрнула плечом, на миг усомнившись в решении. Не придёт ли в голову Сандры гениальная мысль утешить обиженного Кеннета? Его жена такая стерва. Совсем не ценит мужа. На диван его выгнала, ага. А тут красавица экономка, готовая выслушать и посочувствовать. Старший Делири, младший Делири — какая разница, под кого ложиться? — Я не смогу быть такой же мудрой и великодушной. Задушу своими руками и закопаю самостоятельно. Опыт есть, да простят меня боги.
Лицо Иллаи вытянулось, а голос охрип.
— Какой опыт?
— Копать, — рассмеялась я, вспоминая, насколько глубокие ямы пришлось готовить для семян камнедеревьев.
Если с трактиром, заводом и мастерскими не выгорит, всегда могу устроиться могильщиком. Хотя нет, в клане принято разводить погребальные костры, так что мои услуги останутся невостребованными. А жаль! Такой бизнес-проект на корню загубили своими традициями.
Разговор сам собой сошёл на нет. Иллая задумалась о своём, а я продолжила наблюдать, как все суетятся из-за переезда. Сандра закончила отчитывать Динали, и к помощнице моей экономки подошёл Бесо с сундучком. Он хмурился, о чём-то спрашивая у своей возлюбленной. Я напряглась, ожидая скандала, но Динали звонко рассмеялась и засияла улыбкой. Удивительно светлая девочка!
— Пойду посмотрю, как там у них дела, — сказала я, обращаясь к свекрови и встала из-за столика.
— Отдохнула бы ты, девочка, — проворчала она. — Без тебя разберутся, куда что поставить.
Я не ответила. Да, разберутся. Но мне хотелось удостовериться, что ребята помирились окончательно, а издалека разглядеть их настроение было сложно.
— Лина Хельда, — продолжила улыбаться Динали. — Мы почти закончили. Чуть-чуть ещё подождите, пожалуйста, и мы накроем на стол. Нэди готовит что-то особенно вкусное. Говорит, что первая трапеза в новом доме должна запомниться надолго.
— У неё вся стряпня такая, что забыть невозможно, — хмыкнул Бесо и поставил сундучок на землю. — Мы сегодня завтракали с рабочими мастерских. Они ещё не запустились, но тоже уже переезжают на новое место. Скажу я вам, лина Хельда, избаловали нас в приюте вкусной едой в последнее время.
— “Мы взрослые, мы взрослые!” А как до вкусной еды дело доходит, так за один стол с малышами хочется, — сощурилась рыжая красавица. — Вот хотели наравне с воинами и рабочими жить, так и ешьте из одного с ними котла.
— Мы едим, — пожал плечами мой уже. наверное, бывший помощник. — Даже готовить будем. Там дежурных ставят, нас тоже в график внесли. Лина Хельда, я хотел кое-что обсудить с вами. Можно?
— Конечно, — согласилась я.
Динали пробормотала, что ей срочно нужно проверить, где Миса, и сбежала, оставив нас с Бесо наедине. Меня порадовало, что она не обиделась. Знала, что за разговор нас ждёт? Или просто решила не перечить своему “мужчине” при мне?
— Я должен извиниться за своё поведение, — уверенно начал будущий воин. — Было верхом глупости задирать лину Амелию, словно она не воспитательница, а обычная девчонка. И недостойно мужчины. Мне стыдно, что я так поступил.
— Ты обидел лину Амелию, прощения следует просить у неё. Но я рада, что ты осознал свою ошибку и решил её вовремя исправить. Это — достойно мужчины.
— Ага, — покаянно опустил он голову. — Перед линой Амелией я уже извинился, решил, что перед вами нужно тоже. И за барана на ритуале удачной охоты… Я проявил высокомерие, не объяснив, почему хочу пойти в шатёр. Ох, лина Хельда, язык сломаешь, пока выговоришь всё правильно. Магнус и такому учит, да. “Ты больше не босяк, так выражай свои мысли словами вместо кулаков”. Я учусь. Ребятам бросил помогать с мебелью. Тренируюсь утром и вечером, а днём сижу над книгами. Больше спрашиваю: “А это что такое?”, чем читаю. Руфус отвечал, пока в Трезд не уехал. Объяснял мне. Так вот про барана. Ритуал там важный. Для клана важный и для меня теперь тоже. Кажется, я нашёл своё место. Думал, оно в приюте и в трактире, но здесь нравится так, что я совсем другим становлюсь. Плечи расправляются, защищать хочется, — он запнулся, а потом всё-таки выговорил имя: — Динали. Быть частью клана, понимаете?
— Бесо, — простонала я.
Так боялась этого разговора, так не хотела его начинать. Думала, наверное, что воспитанник перебесится. Попробует тренировки с мечом, поймёт, как это тяжело и бросит. Забыла, какой он упёртый. Ведь именно за это изначально его и приметила — характер у Бесо был несгибаемый.
А потом я вспомнила себя в его возрасте. Давление отца. “Ты не справишься, Хельда, бизнес — мужское дело!” Его мотало от уверенности, что кровь Беринских даже в женщинах остаётся кровью Беринских, до абсолютного разочарования во мне лично. А я старалась ещё больше, лезла в самые дебри, чтобы доказать, на что способна. Но сейчас понимала, поддержи меня тогда несравненный Актур, научи он меня быть осторожнее, хитрее, я многих ошибок избежала бы.
И вот сейчас я была почти на месте родителя. Почти. Когда-то давно, будто целую жизнь назад, Бесо предложил быть для него не матерью, но старшей сестрой. Я согласилась. Старалась заботиться о нём и всей его семье. “Я понимаю, что ты ради бессалийских детей готова на всё,” — говорил Кеннет. Он был прав. Готова. А отпустить — готова? Ради того, чтобы мои воспитанники могли сами выбрать судьбу?
— Понимаю, — с трудом выговорила я после долгой паузы. — Если хочешь стать частью клана, я поддержу. Буду молиться всем богам о твоей победе на испытании.
— Будет бездна, как сложно, — вздохнул Бесо. — Я только учусь, а парни из клана всё детство тренировались. Кондр и Дайс отбор не прошли. Первому силы не хватило, второму магии. Один я остался за всех бессалийских. Не могу в грязь лицом ударить. Особенно перед вами, линой Амелией и Магнусом. Вы ведь будете на празднике инициации?